Чтение онлайн

— Чего, поедете? — спросил Борода, заметив появление Романа.

— Поедем, если все в порядке. Слушай, как в последнее время с рейдерами по направлению на Приморское?

— Я сам давно туда не ездил, не черта там делать… — Моховая Борода посопел, почесал волосатое ухо. — Говорили, что шалят. Но давно уже. Оттуда чего-то не ездят совсем в последнее время.

— В Приморском трясучка, Борода, — серьезно сказал Роман.

— Ох ты, господи! — искренне испугался хозяин. — Так какого ж вас туда черта несет?!

— Вакцину везем. Ну и разведать, что там и как…

— Может, вам противогазы хотя бы дать? У меня полно.

— Ты же знаешь, что от трясучки противогазы не помогают.

— Это да…

Максим выбрался наружу и сообщил:

— Должны дотянуть. Даже уверен.

— Смотри, застрянем на подступах, что тогда делать? Придется одному пешком, а другому машину стеречь, — предостерег Роман.

— Я же сказал, что уверен! Все, поехали.

Роману не хотелось лезть под душную броню, и он подождал, пока приятель развернет Гошу, помог Моховой Бороде открыть ворота и только потом, опершись на прикрепленное сбоку бревно для самовытаскивания, взобрался на танк.

— Удачи, ребятки! — крикнул Борода, махая рукой им вслед. Роман вздохнул и полез в люк.

Далеко они не уехали. Нет, с двигателем проблем не возникло, но километрах в двенадцати от фактории Роман засек вражескую машину.

Гоша шлепал гусеницами по болотистой пролысинке между низкими холмами, когда Роман пнул Макса ногой и крикнул в танкофон:

— Стоп!

Молниеносно затормозив, Максим осведомился:

— Какого хрена?

— Вон, за камнем, видишь?

«Тетрарх» прятался за желто-коричневым округлым валуном. Его мотор работал на холостом ходу, и Роман засек танк по едва заметному дымку выхлопа.

— Не все коту творог, бывает и жопой об порог, — философски произнес Максим.

— Спасибо. Он нас, по-моему, пока не видит.

— Это если он здесь один.

— Давай-ка вон туда, держимся так, чтобы он оставался за валуном…

«Гочкисс» развернулся и пополз вправо. Роман на всякий случай приник к прицелу орудия, чтобы быть готовым к возможному нападению. Рейдеры — а это скорее всего рейдер, почему-то «тетрархи» чаще всего попадали именно к ним — редко шастают по одному, явно рядом есть еще машины… Возможно, даже САУ, и «тетрарх» их давно уже засек, а теперь по рации передает координаты.

«Тетрарх» дернулся и кормой вперед выехал из-за валуна. Наверное, экипаж услыхал шум двигателя «гочкисса» и решил не церемониться. Что ж, сами виноваты, подумал Роман и поймал в прицел неосторожно высунувшегося противника.

Есть!

Тридцатисемимиллиметровый подкалиберный снаряд снес задний каток и разбил гусеницу. «Тетрарх» задергался, пытаясь скрыться, и Роман добавил. Снова попадание! «Тетрарх» задымил, но добивать его Роман не стал, тем более что тот медленно, толчками, но все же скрылся за камнем. Теперь оставалось надеяться, что он здесь в самом деле один.

«Гочкисс» перевалил гребень холма и, набирая скорость, покатился вниз по склону. Слева по курсу ярким цветком расцвел взрыв — что-то внушительное, черт, все же артиллерия! Максим тут же повел танк зигзагами, и правильно — второй выстрел раскидал землю на сей раз справа. Третий ушел вовсе в «молоко», метрах в двадцати от улепетывающего «гочкисса».

— А ведь они нам дорогу на Приморское перекрыли! — крикнул в танкофон Максим. — Придется крюк делать!

— Не дураки, небось… Знают, где вертеться.

— Чует мое сердце, все только начинается.

— Давай вон туда, в заросли! — велел Роман на правах командира. «Гочкисс», опасно кренясь, пошел по крутому склону к сплошной стене местной разновидности камыша: густой зеленой травы с толстыми стеблями, высотой метров до четырех. Существовала опасность влететь в бочажину, потому что «камыш» жил на влажной почве, но сейчас важнее было спрятаться.

Захрустели, замолотили по корпусу толстые, почти с руку, сочные травяные стволики. Оставляя за собой просеку, танк упорно шел вперед, практически не сбавляя набранную скорость — очевидно, место оказалось достаточно сухое. По следу их найти не составляло труда, но ты поди сначала обнаружь, где этот след начинается… Роману хотелось верить, что экипажу подбитого «тетрарха» сейчас не до этого.

Максим петлял, то ли выбирая путь посуше, то ли запутывая следы: резко менял курс, пересекал свою же колею, тормозил и двигался задним ходом. Один раз «гочкисс» таки угодил в глубокую промоину, затянутую шевелящейся бурой ряской. Долго возился там, рычал, Макс громко матерился. Роман уже собрался вылезать наружу и цеплять к гусеницам бревно, но танк взвыл особенно натужно и резвым прыжком выскочил из ловушки.

— Движок угробишь, — предупредил для порядка Роман, выслушал по танкофону, куда ему следует идти с такими пророчествами, и улыбнулся.

Повертевшись еще немного среди зарослей, они выбрались на склон очередного холма (вся равнина выглядела именно так: сырые низинки, среди которых там и сям торчат примерно одинакового размера невысокие пологие холмы). Вражеская арта больше не давала о себе знать, преследования тоже не наблюдалось.

— Что будем делать? — спросил Максим, заглушив уставший и выбившийся из сил двигатель.

— Подождем чуток. Лишний час погоды не делает, у трясучки долгий инкубационный период… Если в Приморском кто-то уже подхватил и сейчас во второй стадии — спасти шансов мало, а для остальных без разницы. Сиди пока здесь, я вылезу, осмотрюсь.

Роман взобрался на башню и выпрямился. Прислушался — все тихо, шума моторов не слыхать, выстрелов тоже… Спрыгнул на землю, осмотрел Гошин корпус на предмет повреждения осколками от близких разрывов артиллерийских снарядов — нет, все в порядке, ни царапины. Кроме тех, что уже были, разумеется, а уж их Роман знал наперечет. Не говоря уж о залатанных пробоинах. Вот эта — встреча с двумя рейдерскими легкими М2 на патрулировании. Вон та — подарок от «панцеръягера», притаившегося в кустах, когда они сопровождали небольшой караван. А это россыпь шрамов от скорострельной 13,2-миллиметровой пушки «Рено ФТ». Попадать под ее огонь практически безопасно, но очень неприятно… Молотит по броне, как швейная машинка… Роман аж поежился, припомнив.