Богинка
Шрифт:
«Идиот», – про себя определила Тамила, решив, что больше ноги ее не будет на подобных сборищах.
Перед глазами еще мелькали черные точки, и казалось, что стоящий чуть поодаль ведущий семинара сейчас снова метнется к ней и сделает какую-нибудь гадость.
И да, желание схватить его за горло и сжать пальцы как можно сильнее вспыхнула ослепительно ярко. А виноватая улыбка больше показалась насмешкой.
– Я это запомню, – сухо сказала она.
А еще хотелось с размаху влепить пощечину, стереть полуулыбку с этих губ, чтоб на пальцах стало влажно и горячо от выступившей крови. Чтобы больше не позволял себе такого.
Богин, кажется, понял ее желания и усмехнулся. Посмотрел в глаза чуть дольше, чем позволяли приличия. Однако тут же резко перевел тему:
– Теперь поговорим о других возможностях осознанного сновидения. Если вы сумеете отыскивать причину своих неприятностей, то так же можно научиться их устранять. Самолечение – вот чему я сумею вас обучить. Но для этого нужно постараться.
Тамила искоса глянула на часы. Нет, вряд ли получится уйти.
– Вы сможете открыть для себя новый мир – безграничный, свободный, – звенел тем временем его голос. – Вы сумеете контролировать свои страхи, – слова вновь звучали четко и резко, словно они ударялись друг о друга металлические палицы.
Богин больше не смотрел на Тамилу, теперь его целью стала хрупкая рыжая девушка за одним из задних столов. Она путалась и еле слышно отвечала на поставленные вопросы, явно будучи не в состоянии говорить спокойно и уверенно.
Тамиле не нравились манеры Богина. Не нравилось, как он вел семинар, и в то же время она прекрасно понимала, что это… правильно. Клин вышибают клином. Может, он, действительно, почувствовал, что ей нужна именно встряска, а не ласковое поглаживание?
Корженевская наклонилась к ее уху:
– Что, сильно напугал?
– Фюрер, – шепнула Тамила и чуть поморщилась. – Но, кажется, знает, что делает.
Богин замер, в ту же секунду показалось, что он прислушивается, было даже видно, как напряглись мышцы спины. Он медленно повернулся, смерил Тамилу странным взглядом и снова заговорил с рыжей.
– Да уж, – выдохнула Лиза, – потом поговорим.
Тамила кивнула. Богин больше не сказал ей ни слова, несколько раз проходил мимо, увлеченно рассказывая о методиках осознанного сна, о практике, которая предстоит тем, кто придет на последующие занятия и не только.
За окном вновь начался дождь. Хрипло-металлический голос смешался с тарабанящими по крыше каплями, превратился в мерный гул, в который не было смысла вслушиваться.
Изнутри горячей волной поднимался придушенный страх.
Оно было. Очень давно, настолько, что может показаться неправдой, но… было. Тамила знала, что если закроет глаза, то увидит темную комнату, услышит женский голос, от которого все холодеет. Потом голос смолкнет, и разлетится истошный детский визг, захлебнется и смолкнет. Он больше не повторится, но Тамила не сумеет сомкнуть глаз.
– На этом наша встреча закончена, дорогие друзья, – произнес Богин, заставляя всех обратить на него внимание. – Я буду вам очень признателен, если увижу на будущих семинарах. Если у кого-то есть вопросы, то задавайте смело, не стесняйтесь.
Тамила поднялась, взяла сумку и направилась к выходу. Корженевская едва за ней поспевала.
– Девушка, – Богин явно не собирался отпускать Тамилу просто так, – постойте.
Она обернулась:
– Что?
Вышло куда грубее и резче, чем хотелось. Но и любезничать однозначно не хотелось.
– Вы ничего не хотите спросить?
– Я…
Вопрос напрашивался, но перед глазами вновь появились треснутые стекла очков. По спине пробежал холодок.
Тамила шумно выдохнула:
– Нет, благодарю. Всего хорошего.
Глава 6
Метро
Дождь закончился внезапно. Вроде все сидели в помещении, он барабанил по крыше и тут раз! – уже сквозь прорехи в серых небесах блестело яркое солнце. Ненужный зонтик раздражал Тамилу и казался неимоверно тяжелым. Корженевская некоторое время шла молча, теребила в руках смятую пачку сигарет и не решалась закурить. Потом все же не выдержала и ткнула рукой в сторону сквера.
– Пошли посидим, а то скоро на прохожих кидаться начнешь.
Тамила недовольно посмотрела на подругу, но потом вздохнула и кивнула. Лиза была абсолютно права: неприятные ощущения лучше не держать в себе. И уж точно не следует кидаться на людей.
– Идем уже в кафе. А то я от голода сама не своя. Заодно и поговорим.
– Да уж, – фыркнула Корженевская, – заметно.
В кафе было уютно, запах свежесваренного кофе витал в воздухе, сидевшая напротив Лиза внимательно изучала меню. Тамилу не покидало странное ощущение, что произошедшее на семинаре каким-то образом было ей нужно. Каким? Непонятно. Но интуиция обычно ее не подводила.
– Странный он, – наконец произнесла она. – Больше ни на какие подобные сборища меня не тяни.
Корженевская хмыкнула:
– Не бери дурного в голову и тяжелого на грудь. Все, кто работает в подобных сферах, малость не от мира сего.
– Но ко мне-то чего он прицепился? – раздраженно спросила Тамила. – Там была куча народу.
Корженевская отложила меню и, прищурившись, посмотрела на Тамилу. Потом вздохнула:
– Объясняю на примере. За тобой сидят два типа и пожирают нас глазами. Тише-тише, не вертись так! Так вот, судя по физиономиям, явно не славяне, а откуда-то с востока. Пялятся на обеих, но эффект белой косы куда сильнее.
Лиза отбросила за спину упомянутую косу, которая была длиной до пояса, и часто приковывала взгляды мужчин.
– И? – Тамила не совсем понимала, куда та клонит.
– А то, что свеженькое, экзотика, не такое, как у них, – Корженевская подозвала официантку и продиктовала ей заказ. – Вот и сидят, чуть глазами не поедают. Так и Богин. Почуял новичка – и вперед.
Тамила задумалась. Какая-то доля истины в словах подруги была, однако тут же возникал другой вопрос: неужто она одна была там таким желторотым птенцом?