Чтение онлайн

— Алло?

Волер обернулся.

— Привет, это… — он посмотрел на табличку с именами жильцов рядом с кнопкой, — …Астрид Монсен?

Двадцать секунд спустя он уже стоял на лестничной площадке перед открытой на цепочку дверью, из-за которой его разглядывала насмерть перепуганная женщина с веснушчатым лицом.

— Можно мне войти, фрёкен Монсен? — спросил он и обнажил зубы в улыбке в стиле Дэвида Хасселхоффа.

— Нет, нельзя, — пропищала хозяйка квартиры. Вероятно, «Спасателей Малибу» она не видела.

Он протянул ей свое удостоверение:

— Мне надо задать вам несколько вопросов касательно смерти Анны Бетсен. Мы полагаем теперь, что это не было самоубийство. Мне известно, что один из моих коллег расследовал дело по личной инициативе и разговаривал с вами на эту тему.

Том Волер слышал, что животные, в особенности хищники, могут чуять страх по запаху. Но это его не удивляло. А удивляло его то, что не все обладают таким умением. У страха такое же летучее горьковатое амбре, как у бычьей мочи.

— Чего вы так боитесь, фрёкен Монсен?

Зрачки у нее еще больше увеличились. Волосы на затылке у Волера встали дыбом.

— Нам очень важна ваша помощь, — сказал он. — Самое главное в отношениях между полицией и простыми людьми — это честность, разве вы не согласны?

Глаза у нее забегали, и он решил воспользоваться шансом:

— Мне кажется, мой коллега каким-то образом замешан в этом деле.

У нее отвисла челюсть, и она беспомощно уставилась на него. Победа!

Они сели в кухне. Коричневые стены были сплошь увешаны детскими рисунками, и Волер решил, что у нее куча племянников. Слушая ее, он делал пометки в блокноте.

— Я услышала грохот на лестнице, вышла и на площадке прямо перед своей дверью увидела согнувшегося в три погибели мужчину. Он, наверное, упал, и я спросила, не нуждается ли он в помощи, но ясного ответа не получила. Тогда я поднялась наверх и позвонила в квартиру Анны Бетсен, но и она не ответила. Я снова спустилась и помогла ему встать на ноги. Вокруг валялись выпавшие у него из карманов вещи. Я нашла бумажник и банковскую карточку с именем и адресом. Потом помогла ему выйти на улицу, остановила такси и сообщила шоферу адрес. Вот все, что мне известно.

— И вы уверены, что это был тот человек, который позднее приходил к вам? То есть Харри Холе?

Она сглотнула. И закивала головой.

— Отлично, Астрид. А как вы догадались, что он был у Анны?

— Слышала, как он пришел.

— Вы слышали, как он пришел, и слышали, как он вошел в квартиру Анны?

— У меня рабочий кабинет прямо у лестницы. И там все слышно. У нас ведь дом очень тихий, редко когда что-то случается.

— Может быть, еще кто-то приходил к Анне в тот вечер?

Она помедлила:

— Мне показалось, что кто-то пробрался вверх по лестнице сразу после того, как полицейский уехал. Но по-моему, это была женщина. В туфлях на высоких каблуках. Совсем другой звук получается. Я подумала, что это фру Гундерсен с четвертого этажа.

— Кто?

— Она обычно, когда пропустит пару стаканчиков у «Старого майора», вот так по лестнице домой добирается.

— А выстрелы вы слышали?

Астрид покачала головой:

— Нет, у нас между квартирами хорошая звукоизоляция.

— А номер такси не запомнили?

— Нет.

— В котором часу вы услышали грохот на лестнице?

— В четверть двенадцатого.

— Вы уверены, Астрид?

Кивнув, она сделала глубокий вдох.

Волер поразился, с какой твердостью она произнесла следующую фразу:

— Это он убил ее.

Он почувствовал, как у него участился пульс. И сильно.

— Что заставляет вас утверждать это, Астрид?

— Я поняла, что тут что-то не так, услышав о самоубийстве Анны. Этот мертвецки пьяный мужчина валялся на лестничной площадке, а когда я позвонила в дверь Анны, она не ответила, ведь так? Я думала обратиться в полицию, но тут он заявился снова… — Астрид посмотрела на Тома Волера так, будто она тонула, а он ее спасал. — И первым делом спросил, узнаю ли я его. Вот я и поняла, что он имел в виду, не так ли?

— И что же он имел в виду, Астрид?

Голос у нее зазвучал на пол-октавы выше:

— Зачем убийце спрашивать единственного свидетеля, узнаёт ли он его? Вы как думаете? Он, конечно, запугать меня явился, показать, что со мной будет, если я его выдам. Вот я и сделала, как он хотел: сказала, что вижу его впервые.

— Но вы ведь говорите, что он и позднее приходил и выспрашивал вас об Арне Албу?

— Да, видно, хотел с моей помощью переложить вину на другого. Поймите, какой страх меня обуял. Я сделала вид, что ничего не знаю, и только поддакивала ему… — Волер понял, что у нее от волнения перехватило горло.

— Ну а теперь вы готовы обо всем этом рассказать? В том числе и в суде под присягой?

— Да, если вы… если я буду чувствовать себя в безопасности.

В другой комнате раздался сигнал компьютера о поступившем сообщении. Волер посмотрел на часы. Половина пятого. Действовать надо быстро. И лучше всего сделать все еще сегодня вечером.

Без двадцати пять Харри отпер дверь своей квартиры и тут вспомнил, что они с Халворсеном договаривались сегодня позаниматься на велотренажерах. Он сбросил ботинки, вошел в гостиную и нажал клавишу «play» на мигавшем автоответчике. Звонила Ракель:

— Суд назначен на среду. Я заказала билеты на четверг. Мы будем в Гардермуэне в половине пятого. Олег спрашивает, сможешь ли ты нас встретить.

«Мы». Она говорила, что решение суда вступает в силу немедленно. Если б они проиграли, встречать пришлось бы не «нас», а только одного человека, человека, потерявшего все.

Она опять не оставила номера своего телефона, так что он не мог перезвонить и сообщить, что все уладилось и ей больше не надо ничего опасаться. Он вздохнул и уселся в зеленое кресло. Но стоило ему закрыть глаза, как перед ним возникла она — Ракель. Белые простыни, такие холодные, что обжигали кожу, гардины, шевелившиеся перед открытым окном, и свет луны, падавший на ее обнаженную руку. Он с величайшей осторожностью провел кончиками пальцев по ее глазам, рукам, узким плечам, длинной стройной шее, ногам, сплетенным с его ногами. Он чувствовал ее спокойное теплое дыхание, ритм которого почти незаметно изменился, когда он нежно провел пальцем ниже ягодицы. Бедра ее так же почти незаметно стали покачиваться в такт его движениям, будто она, словно спящая красавица, забылась глубоким сном и только ждала его прикосновения, чтобы очнуться.