Чтение онлайн

— Чушь! — резко сказала Лаки. — Кстати, что это за «Джордан девелопментс»?

— Это крупная компания, которая занимается недвижимостью. Можно даже сказать — крупнейшая на Восточном побережье. Я навел кое-какие справки: они и в самом деле в состоянии купить…

— Джеффри, — терпеливо сказала Лаки, — если бы я в самом деле решила продать «Ключи», ты узнал бы об этом первым.

— Я все понимаю, миссис Сантанджело, но мистер Фуад-хан, который представляет «Джордан девелопментс», держался очень уверенно и был весьма настойчив. Настолько настойчив, что я подумал: может быть, вы как-то вышли на него напрямую.

— Если мистер Фуад-хан позвонит еще раз, скажи ему — пусть проявляет свою настойчивость в другом месте. Я не собираюсь продавать «Ключи» ни сейчас, ни в обозримом будущем.

— Я все понял, миссис Сантанджело.

— Рада это слышать.

— Честно говоря, я так и подумал, что это какое-то недоразумение. Всем известно, сколько души вы вложили в это строительство. Я был уверен, что вы не продадите отель ни за какие деньги.

— Не продам. За все сокровища мира.

— Хорошо, что все разъяснилось. Приятного вам дня, миссис Сантанджело.

— И тебе того же, Джеффри.

— У нас в Нью-Йорке, вообще-то, дождь…

— Не хотелось тебя расстраивать, но у нас в Лос-Анджелесе стоит чудная погода, — сказала Лаки, любуясь раскинувшимся перед ней голубым океаном и безоблачным небом.

— Ах, миссис Сантанджело, вы всегда знаете, как заставить меня завидовать вам черной завистью.

— Ты же юрист, Джеффри, — улыбнулась Лаки. — Юристам полагается сохранять хладнокровие.

— Ну, если вы так считаете…

— В любом случае ты же прилетишь в Вегас в пятницу на собрание акционеров, — добавила Лаки. — Тогда и насладишься солнышком.

— Солнышком? В конференц-зале? — сухо уточнил Джеффри.

— Можешь остаться на все выходные. Я устраиваю вечеринку в честь дня рождения Макс. Думаю, ты приятно проведешь время.

— Ну, может быть…

— Не может быть, а оставайся. Можешь захватить с собой жену.

— Мы разводимся.

— Тогда подружку.

— У меня нет подружки.

— О’кей, о’кей, Джеффри, подробности твоей личной жизни меня не касаются. Но если ты все-таки решишь остаться в Вегасе, дай знать моему секретарю. Он позаботится, чтобы ты ни в чем не нуждался.

Дав отбой, Лаки невольно подумала о том, что день начался как-то не так. Кому могло прийти в голову, что она продает «Ключи»? Отель был ее главным достижением, ее главным успехом в жизни, и она не отдаст его никому.

Никому и никогда.

Бобби встал рано и уехал еще до того, как проснулась Денвер. В Вегасе у него были назначены важные переговоры с русскими инвесторами, которые, если верить его близкому другу и партнеру Эм-Джею, почти созрели для того, чтобы вложить крупные суммы в филиалы «Настроения» в Лос-Анджелесе и Майами. Нужно было сделать последнее усилие, и Бобби решил показать русским свой лас-вегасский клуб. Иметь дело с этими мрачными, подозрительными типами было нелегко, зато у них было достаточно денег, чтобы Бобби мог оборудовать свои филиалы именно так, как ему хотелось.

После переговоров с русскими Бобби предстояло срочно лететь в Нью-Йорк, где он запланировал еще несколько встреч, а потом — возвращаться в Лос-Анджелес за Денвер. Оттуда они вместе отправятся в «Ключи», где проведут романтический уик-энд и заодно побывают на вечеринке в честь восемнадцатилетия Макс.

Задумавшись о Денвер, Бобби поймал себя на том, что за короткое время их отношения стали гораздо более глубокими и серьезными, чем он обычно себе позволял. Больше того, с каждым днем Денвер нравилась ему все сильнее. Она была такая… нормальная. Нормальная и умная — намного умнее всех девушек, с которыми он когда-либо встречался. Кроме того, Денвер была по-настоящему красивой, а ее чувство — искренним и горячим.

«Надо сделать так, — подумал Бобби, — чтобы в грядущий уик-энд Денвер побольше общалась с Лаки. Пусть узнают друг друга как можно лучше, чтобы впоследствии не возникло никаких недоразумений». Кроме того, Бобби хотелось, чтобы девушка, к которой он начал относиться настолько серьезно, понравилась матери. Он нарочно ничего не говорил Лаки о Денвер, решив, что мать должна сама понять, какая она замечательная. Вечеринка в честь Макс казалась Бобби превосходным предлогом, чтобы свести двух женщин вместе.

Потом, если все пройдет гладко — в чем Бобби, впрочем, ни секунды не сомневался, — он купит в Лос-Анджелесе дом, где они с Денвер могли бы поселиться. Ее нынешняя квартирка была для него маловата — Бобби привык к куда большему жизненному пространству. Пару раз он уже заговаривал об этом с Денвер, но она ответила, что думать о совместной жизни им пока еще рановато.

«Но ведь я же живу у тебя, когда приезжаю в Лос-Анджелес», — возразил Бобби.

«Не живешь, а просто останавливаешься, — поправила Денвер. — А это совсем не то же, что жить вместе».

Да, порой с ней бывало нелегко. Большинство девушек были бы на седьмом небе от счастья, предложи он им поселиться вместе в новом доме. Впрочем, значительная часть очарования Денвер как раз и заключалась в том, что она была совершенно не похожа на это самое «большинство», и это нравилось Бобби едва ли не больше всего.

И, продолжая размышлять в таком духе, он включил музыку погромче и выжал педаль газа, разгоняя свой серебристый «Ламборджини» до предельной скорости.

Бобби спешил в Вегас.

— Что-то я не очень понимаю, в чем твоя проблема, — сказала Денвер Кэролайн Гендерсон, слегка покачивая детскую коляску. Подруги сидели в саду небольшого дома Кэролайн, расположенного на тихой улочке позади супермаркета «Павильонс» в Западном Голливуде, пили кофе и разговаривали вполголоса, чтобы не разбудить ребенка. — Бобби — отличный парень, — добавила Кэролайн. — И слепому ясно, что он от тебя без ума.

— Ты думаешь? — спросила Денвер, делая глоток кофе.