Чтение онлайн

Дон и Гаррис переглянулись, прекрасно сознавая, что где бы ни находились сейчас Тенант я Валентина, они были вместе.

– Возьмите запасной ключ! – прогремел Видал в трубку. – Если она не отвечает, значит, заболела.

Он мгновенно осунулся, на лице выступили скулы. Непонятно, почему разногласия между Гаррисом и Тенантом подействовали на Валентину так сильно, что она позволила себе сорвать съемки! Возможно, просто не смогла уснуть и выпила снотворное. Она не привыкла к таблеткам. А что, если девушка нечаянно приняла слишком большую дозу?

Видал сжимал трубку так, что побелели костяшки пальцев, а на лбу выступили крупные капли пота.

– Дама из восьмого бунгало настоятельно просила не беспокоить ее, сэр, – почтительно откликнулся портье на другом конце.

– Это Ракоши! – взорвался Видал. – Немедленно идите в номер и узнайте, что там творится, ясно?

Повисла неловкая пауза, и портье извиняющимся голосом пролепетал:

– По-моему, у дамы… э-э-э, гости, сэр.

Видал застыл, прекрасно поняв, что означает вежливый эвфемизм [16] . На какое-то мгновение показалось, что он вот-вот потеряет сознание. Очень медленно он положил трубку на рычаг.

Дон смущенно откашлялся. Портье говорил достаточно громко, чтобы услышали окружающие.

– Наверное, они праздновали вчерашнее событие и проспали. Я немедленно пошлю туда кого-нибудь.

– Кого, спрашивается, ты подразумеваешь под словом «они», и что именно эти «они» празднуют? – поинтересовался Видал, оборачиваясь с таким потемневшим от злобы лицом, что Дон машинально отступил.

– Роган Тенант и Валентина. Именно из-за них вчера все и началось. Роган пытался устроить импровизированную вечеринку в честь их помолвки.

– Господи Иисусе, – мягко выговорил Видал, смертельно побледнев.

Дон и Гаррис смущенно отвели глаза. Они ошибались в своих предположениях. Между Ракоши и Валентиной действительно было что-то, только окружающие оказались слепы и ничего не поняли.

Никто не произнес ни слова. Мгновение, казалось, тянулось бесконечно. Наконец Видал вынудил себя шевельнуться. Неукротимый дикий зверь, обычно едва скрытый тонким налетом цивилизованности, сейчас вырвался наружу. В эту минуту Ракоши готов был на любое преступление, вплоть до убийства. Его глаза сверкали неистовой яростью. Выбежав из-за стола, он ринулся из комнаты.

– Мистер Ракоши, – окликнул его Гаррис, но тот уже открывал дверцу «роллс-ройса».

Испуганный водитель включил зажигание, и машина рванулась к воротам студии без всякого почтения к правилам, требующим обязательной скорости пять миль в час.

Когда облако пыли рассеялось, Гаррис побрел в офис Видала и рухнул на стул.

– Первый раз в жизни мне искренне жаль этого подонка Тенанта, – покачал он головой, нашаривая в кармане сигареты. – Ракоши сделает из него отбивную!

Дон мудро промолчал. Если гнев Ракоши не остынет по дороге от студии до отеля, Рогану Тенанту грозит не только жестокая трепка. Видал просто отправит его к праотцам, а сам сядет на скамью подсудимых за убийство.

Дон тихо вышел из комнаты, одолеваемый самыми дурными предчувствиями.

Впервые за долгие годы Ракоши был не в состоянии логично мыслить или строить планы. Он сознавал лишь, что видеть Валентину женой Рогана Тенанта будет жесточайшей мукой, пыткой, вынести которую он не сможет. Кровь шумела в ушах, голова кружилась. Он не заметил, как машина вылетела из пыльного каньона на широкий, обсаженный эвкалиптами бульвар.

Наконец показались розовые, словно сошедшие со страниц волшебной сказки, купола отеля «Беверли-Хиллз», и прежде чем «роллс-ройс» успел остановиться, Видал открыл заднюю дверцу и выскочил на ходу. Водитель, ошеломленно посмотрев ему вслед, отогнал машину от главного входа.

Видал, не обращая ни на что внимания, пробежал через идеально ухоженный сад к бунгало под красной черепичной крышей. У него не было запасного ключа, однако Видал вовсе не намеревался появляться в вестибюле и требовать его у портье. Тенант откроет дверь, или больше ноги его не будет на площадке. jqj

К горлу подступала тошнота. Если Тенант действительно находится в номере, значит, он и Валентина уже стали любовниками.

Занавеси на окнах были спущены, и Видал, ударив плечом в дверь, заорал:

– Открой, Тенант, черт бы тебя побрал!

Официант, везущий тележку с завтраком в какое-то из бунгало, оставил серебро без присмотра и поспешил уведомить службу безопасности, что возле восьмого номера происходят какие-то беспорядки.

Роган, полуодетый, с опухшими глазами, спотыкаясь, выбрался из постели. Вчера вечером он слишком много выпил и теперь смутно припоминал, как весело резвился в фонтане перед отелем и как пьяные спутники всю дорогу поздравляли его и вели к бунгало.

Ошеломленно поискав глазами Валентину, он заметил подушку, одеяла и смятые простыни на диване.

– Какого дьявола… – пробормотал он, уставясь на дверь, откуда доносились оглушительный стук и поток венгерских проклятий.

– Это Видал, – прошептала побледневшая Валентина, выходя из гостиной. Из-под туго подпоясанного розового пеньюара выглядывали босые ступни. – Я велела портье, чтобы нас не беспокоили. Они, должно быть, посчитали, что я имела в виду не вчерашнюю ночь, а сегодняшнее утро. Даже не соединили со студией, а ведь те наверняка звонили.

– Но какого хрена случилось вчера ночью? – удивился Роган.

Дверь затрещала, и на лбу актера выступил пот. Валентина боязливо посмотрела в сторону входа.

– Мы были на праздничном ужине, – запинаясь, пояснила она, – а потом пошли выпить в бар, где оказался Саттон. Он заказал шампанское. Поэтому остальные узнали о помолвке, и тут все пошло наперекосяк. Саттон сказал, что вечерние газеты тотчас же обо всем раззвонят и мне лучше предупредить портье, чтобы нас не беспокоили.