Чтение онлайн

— Видишь! А ты говорил…

За одной из дверей я мельком увидел толстого человека в белом халате.

— Профессор Васильев! — я дернулся к двери, но провожатый не пустил меня.

— Потом, все потом.

Сопровождающий вел нас вниз по лестнице. Видимо, здание Центра было выстроено по тому же принципу, что и наш Лагерь: куда большая часть его находилась под землей. Не совсем понятно было, правда, зачем понадобилось оно среди Города.

Перед нами открылась дверь, сопровождающий удалился, а мы осторожно вошли. Это был огромный зал, освещенный великолепной хрустальной люстрой. Под нашими грязными ботинками мягко шуршал толстый старинный ковер, и прямо посреди зала стоял широкий обеденный стол из настоящего дуба, украшенный изысканной резьбой и прикрытый бархатной скатертью.

Но самое первое, что привлекало внимание входящего — черная дыра в рост человека на том месте, где по логике вещей должен был быть камин. Дыра была закрыта дверцей из бронированного стекла, и тем не менее от нее веяло холодом.

Сидящий за столом человек сделал приглашающий жест рукой:

— Здравствуйте. Садитесь, пожалуйста. Я ждал вас.

Я узнал его. Это был тот самый старичок, которого мы видели на экране древнего компьютера в лаборатории. За сорок с лишним лет он почти не изменился.

— Кто вы? Откуда вы знаете нас? — спросил я.

Старичок улыбнулся.

— Воспитанные люди сначала здороваются.

— Здравствуйте. Кто вы? Откуда вы знаете нас? — взял слово Толик. Когда он был не в настроении, у него проявлялся редкий дар выводить из себя людей. Мы все знали об этом, и я на всякий случай легонько пнул его под столом: не начинай!

— Ну, нас вы и так знаете. Чего надо-то? — нарочито развязно продолжил Толик, проигнорировав мое предупреждение. — мы жили себе, никого не трогали, вдруг как налетели, поубивали всех, а теперь еще и в какое-то мрачное подземелье затащили. И вообще, это мы вам нужны, а не вы нам. Так что объясняйтесь.

Один из стоящих рядом со старичком телохранителей в глухом черном шлеме вопросительно глянул на своего повелителя; но того вовсе не рассердили слова Толика. Он засмеялся старческим дребезжащим смехом.

— Сдаюсь, молодой человек. Вы меня победили. Я, гм… как бы это поточнее выразиться… я, видите ли, творец этого мира.

Толик насмешливо шевельнул бровью.

— Я имею в виду, что именно благодаря мне мир стал таким, каким вы его знаете. Я создал модификационный вирус.

— Сколько же вам лет? — охнула Саша.

— Сто девять. Также, к сожалению, именно я виновен в сегодняшней обстановке…

— Мы догадались. — осторожно сказал я. — эта фраза… как ее, кажется "Ощ аз рещ, ю ян рсамо"? Это психокод, верно?

— Верно, верно… только не возьму в толк, откуда вам, Максим, известно это понятие. Поверить вашему рассказу про деревню посреди Болота я, уж извините, не могу.

— Откуда вы знаете?!

Старик снисходительно улыбнулся.

— В Лагере были установлены следящие устройства. Практически в каждом закоулке. — он подмигнул покрасневшей Саше. — кроме душевых и туалетов, конечно. Мы же культурные люди.

— Так вы знали… вы же знали про то, что случилось у нас? Почему же вы ничего не делали?

— Как это не делал? А кто же послал к вам бот?

— Хорошее начало знакомства… — пробурчал Толик, нехорошо смотря на правителя. — послать убийцу…

Старик виновато развел руками:

— Да, Анатолий. Сергей — это я про пилота — был не сахар, это точно. Я видел, как он забавлялся, убивая ваших, через камеру на боте; поверьте, я вам сочувствовал. И когда ваш великолепный снайпер — старик уважительно склонил голову перед Мишкой — умудрился из дешевенького арбалета сбить армейский бот, честное слово, я не огорчился.

Правитель помолчал.

— Зато, как видите, я честен перед вами. Знаете, когда держишь на своих плечах всю страну, порой приходится совершать некрасивые поступки. Заразу нужно было выжечь в зародыше.

— Кстати, о заразе. Что это значит — "Ощ аз рещ, ю ян рсамо"? Зачем был нужен этот психокод? Или это случайность? Побочный эффект? Что это?

— Нет, не случайность. Это первое правило творца — не создавай творение, которое не в силах уничтожить. Я встроил в модификационный вирус механизм самоуничтожения. Вот только сработал он без моего участия, что, поверьте, очень меня удивило и огорчило. Отвечу на ваш вопрос, что значит эта фраза: давным-давно на территории Африки жило племя, полностью вымершее задолго до катастрофы и известное лишь благодаря записям одного исследователя. У этого племени был интересный обычай: когда один из их членов становился старым и не мог больше охотиться, однажды молодой охотник подходил к нему и говорил "Ощ аз рещ, ю ян рсамо!" что в буквальном переводе значит "пришло время есть мясо". И если старик не мог возразить, его убивали и кушали… практично, ничего не скажешь. Я выбрал именно эту фразу в качестве инициирующего психокода. До сих пор ума не приложу, как она могла быть произнесена.

Я медленно произнес, глядя мерзкому старику прямо в глаза:

— Знаете… полгода назад я стоял на коленях перед телом мертвой девушки… и думал, кого бы за это убить. Теперь я, кажется, знаю.

— Ну так чего же вы ждете? — усмехнулся старичок.

Меня не нужно было просить дважды. Я схватил столовый нож и метнул его, что было силы, прямо между смеющихся глаз.

Я никогда прежде не метал нож, но был уверен, что сделал это правильно. Нож сверкнул стремительной молнией и… повис в воздухе в метре от лица правителя. Я подошел и протянул руку: нас разделяла невидимая глазу стена.

— Вы уж простите старика, Максим. Ну пошутил, не удержался… кстати, чтобы вы впредь не делали глупостей, позвольте, я вам кое-что продемонстрирую.

Правитель махнул рукой, и его телохранители сняли свои шлемы. Я охнул: они не были людьми. Это были те самые упыри, с которыми мы дрались в подземельях лаборатории.

— Еще раз попытаетесь напасть на меня, и я не смогу их удержать. А теперь, когда вы выпустили пар, мы можем поговорить о деле?

Я устало опустился в кресло.

— Что вам от нас-то нужно?

— Мне нужны вы. Каждый год в этом зале наш инспектор задает выпускникам Лагерей — безвирусным, как и вы — один вопрос: согласитесь ли вы работать на нас? Мне нужны такие, как вы. Смелые, идущие напролом, отчаянные ребята, знакомые с Болотом практически с детства. Посмотрите туда — старик указал на черную дыру.

— Что это?

— Это дверь, Максим. Дверь в другое измерение; мы называем его "внешний мир". Это родина крыс. Во время катастрофы наш мир на время соприкоснулся с ним, и это погубило девяносто процентов населения земли. Мы его изучаем; именно к этому вас готовили в Лагере. Мы нуждаемся в вас, и в свете последних событий больше, чем когда бы то ни было.