Чтение онлайн

— Поехали, поехали! В Дом у Моста скоро заявится грозный сэр Багуда Малдахан. Будешь прикрывать меня своей Мантией Смерти. Он с тобой до сих пор не знаком, а посему побаивается.

— Приятно слышать, — улыбнулся я.

И мы наконец-то поехали. В начале улицы Медных Горшков энергично подпрыгивала на месте хрупкая рыжеволосая девочка-подросток. Очаровательное существо с энтузиазмом размахивало толстой кипой газет и радостным криком оповещало прохожих, что они могут стать счастливыми обладателями экстренных выпусков «Королевского голоса» и «Суеты Ехо».

— Брат Йонги Мелихаиса рассказывает о его жизни! Выдумщик Йонги вставал с дивана только для того, чтобы выйти в соседний трактир! — весело кричала девочка.

Джуффин поморщился.

— Ну, насчет того, что он не вставал с дивана, — это перебор. Вставал, и еще как! Такое откровенное вранье — хуже, чем вообще ничего. Сэр Рогро такой опытный журналист, но иногда перегибает палку, как мальчишка! Да и Донди хорош: такую чушь брякнул с перепугу… Дондика, между прочим, Йонги тоже сдал. Что-то они там крутили с казной Управления… Свинство, по-моему!

— Конечно, свинство — родного брата заложить ради красного словца! — фыркнул я. И снова спросил: — Так вы верите в загробную жизнь, Джуффин?

— Я не очень понимаю, как можно верить или не верить в то, о чем знаешь, — неохотно сказал он.

Я опешил и чуть было не врезался в толстенное дерево вахари у входа в Управление Полного Порядка. Впрочем, в последний момент мне все же удалось исправить положение.

— Приехали, — растерянно констатировал я. — Так вы ЗНАЕТЕ?

— Да, — пожал плечами Джуффин. — А чему ты, собственно, так удивляешься? Жизнь после смерти возможна, но не для всех, и это не слишком похоже на обычную жизнь — если только не похоронить себя в Харумбе… А почему тебя это так заинтересовало?

— Не для всех — это как? И что это за Харумба такая? Где она? — Я так разволновался, что у меня в глазах потемнело.

— Не для всех — значит не для всех, — спокойно сказал Джуффин. — Это очень тонкий вопрос, Макс. Однозначного ответа на него не существует, а уж ответа, который мог бы тебе понравиться, — и подавно… А Харумба — это город мертвых на Уандуке, теплое местечко для желающих любой ценой продлить свое существование. Я тебе потом расскажу, ладно? Это долгая история. И довольно печальная… А сейчас объясни: почему ты задал мне вопрос о загробной жизни в связи с Йонги? Ты что, решил, что его можно доставить с того света для публичного покаяния?

— Ну да, — вздохнул я. — Появляется призрак Йонги Мелихаиса и говорит: «Простите меня, дорогие сограждане, за безвкусную шутку!» Все в обмороке, Магистр Нуфлин плачет на груди Его Величества с криком: «Как я мог плохо о вас подумать?» — после чего проделывает ту же операцию с вашей грудью. Сэр Багуда Малдахан с чистым сердцем отпускает из Холоми всех Йонгиных подельников. Все танцуют… Глупость, да?

— Это не просто глупость, это идиотизм высшей пробы, Макс, совершенно в твоем духе, — улыбнулся Джуффин. — Самая кошмарная из твоих многочисленных безумных идей… И при всем при том одна из самых соблазнительных! Ладно, пошли в Управление, раз уж приехали. И помалкивай пока, ладно? Никому ни звука. Даже мыслей в голове не держи. Учти, я говорю это совершенно серьезно! Вернемся к твоему вопросу о загробной жизни несколько позже… или вообще никогда, хорошо?

— Хорошо, — растерянно согласился я.

Мне ужасно хотелось вежливо осведомиться, с чего это шеф напустил на себя таинственность: вообще-то, такой романтический выпендреж — не его стиль. Но я быстро понял, что с расспросами сейчас к нему лучше не соваться. И вообще, лучше действовать по программе: «Сидеть, молчать, бояться». Или хотя бы делать вид.

— А, попались, господа заговорщики! — восхищенно завопил Мелифаро, пулей вылетая нам навстречу. — Сэр Джуффин, я перед вами преклоняюсь! — с пафосом заявил он. — Примите меня в ваш клуб любителей Магистра Нуфлина! Я не подведу: у меня все предки по отцовской линии были заговорщиками.

— Знаю, — проворчал Джуффин, — сам их ловил… Что, ты уже ознакомился с бессмертным творением Йонги Мелихаиса? От души тебя с этим поздравляю! Ты пока притормози со своими шуточками, мальчик. Я уже перестал их понимать, а если так и дальше пойдет, я скоро начну сердиться, как последний дурак!

— Не начнете! — оптимистически пообещал ему Мелифаро. — Вы переоцениваете свои возможности.

— Или же ты их недооцениваешь, — Джуффин наградил его столь грозным взглядом, что Мелифаро тут же проглотил свою разгильдяйскую улыбочку и поспешно скрылся в собственном кабинете.

К моему величайшему удивлению, в нашем кабинете сидел не обещанный сэр Багуда Малдахан — Начальник Канцелярии Скорой Расправы, с которым мне до сих пор так и не посчастливилось познакомиться лично. Вместо этого грозного государственного мужа в кресле покоился мой старый приятель Рогро Жииль, издатель и главный редактор «Королевского голоса», а заодно — настоящий владелец «Суеты Ехо» (о чем знают очень немногие), одним словом — единственный и неповторимый столичный медиа-магнат, полноправный хозяин наших немногочисленных «средств массовой информации». Сегодня он против обыкновения казался мрачным и каким-то взъерошенным, словно его только что разбудили.

— Ага, вот и вы, Рогро, легки на помине, — хмуро кивнул ему Джуффин. — Что же это вы так напортачили со своим специальным выпуском, дружище? Лучше бы вообще ничего не делали!

— Вы уже читали? — упавшим голосом спросил сэр Рогро.

Меня он, кажется, вовсе не заметил — по крайней мере, даже не поздоровался.

— Слышал, что орет на углу девчонка-газетчица, мне хватило, — буркнул Джуффин. — Что это с вами случилось, Рогро? Вы же столько собак в нашем деле съели…

— А вот на этой шавке подавился! — вздохнул он. — Я, собственно, потому и пришел… Скажите, только честно, сэр Халли: вы действительно верите, что я мог допустить такой ляп?

— Я верю фактам, — пожал плечами Джуффин. — Да не переживайте вы так, Рогро, — с кем не бывает! Я не стану откусывать вам голову, и вообще… Через пару дней я, наверное, даже буду способен посмеяться над этой дурацкой фразой: «Йонги Мелихаис не вставал с дивана…» А кто в таком случае целыми днями носился по Ехо, как в зад ужаленный, и умудрялся быть завсегдатаем в сорока трактирах одновременно?! Его Тень — так, что ли?.. Ладно, что сделано, то сделано, чего теперь локти кусать!

— Я переживаю, потому что это не мой ляп, — сердито сказал Рогро. — Был бы мой, я бы сегодня же ушел в отставку и не позорился. Знаете, кому мы должны сказать спасибо?