Чтение онлайн

Я невольно хихикнул, хотя всего несколько секунд назад мне казалось, что веселиться я уже не буду — никогда в жизни!

— Коп? Федеральный агент? Где вы нахватались таких словечек, сэр?

— Где, где… В этом прекрасном Мире, хвала Магистрам, есть всего одно место, где можно столь основательно испортить свою речь. Седьмой дом по улице Старых Монеток и твое грешное кино, будь оно неладно! Вот о чем я всплакну через тысячу лет, если этот замечательный Мир все-таки рухнет…

— Не отвлекайтесь, ладно? — Я вдруг стал смертельно серьезным: испугался, что у меня не хватит времени дослушать его до конца.

— Сам виноват, нечего было меня перебивать… Так вот, ты — коп. Ты идешь в неизвестность не для того, чтобы наслаждаться ее головокружительным разнообразием и дармовым могуществом, а с простой и понятной целью: арестовать преступника и доставить его в Дом у Моста. Это все.

— Но что именно я должен для этого делать? — спросил я. — Существует какой-нибудь порядок действий, которые я должен выполнить?

— Не думаю, — безмятежно сказал Джуффин. — Вряд ли тут нужен какой-то ритуал… Главное — помнить, зачем ты отправился в Хумгат, и хотеть — я имею в виду искренне хотеть! — найти там Йонги. Это называется азарт охотника…

— Стоп, — хрипло сказал я. — Кажется, мир уже уплывает от меня. Приглядывайте за мной… за нами, ладно?

Если Джуффин что-то мне и ответил, я не услышал его слов, потому что меня уже накрыла эта самая «первая волна перемен».

Джуффин все верно говорил: сейчас, когда моя память кое-как справляется с почти непосильной задачей восстановить сумбурные события этой воистину бесконечной ночи, я не нахожу лучшего сравнения, чем слово «волна».

Когда-то давно я полез купаться в сильный шторм. До сих пор помню, как поразило меня превращение самой обыкновенной мокрой соленой воды в беснующуюся стихию, чья сокрушительная сила сбила с ног глупого человечка, совершенно не считаясь с его мнением о собственных возможностях… Теперь со мной происходило нечто в таком же роде, только на сей раз взбесилась не вода, а вещество, из которого состоял и мир, где я привык обитать, и я сам заодно.

Последним понятным, «человеческим» ощущением, которое я испытал перед тем, как эта тяжелая горячая волна утащила меня в неизвестность, было прикосновение жесткой шерсти Друппи к моей руке. Мне показалось, что он ищет у меня защиты, бедняга…

А потом все, что до сих пор казалось мне реальностью, рухнуло, но крошечная частичка меня устояла перед этой бурей. Она помнила немудреную инструкцию сэра Джуффина и была твердо намерена выполнить его напутствия.

«Я — Тайный сыщик, и мне нужно арестовать Йонги Мелихаиса, — истошно орало это упрямое существо. — Я — Тайный сыщик, и мне нужно арестовать Йонги Мелихаиса. Мне нужно арестовать Йонги Мелихаиса, потому что я — Тайный сыщик…»

Тьма расступилась — очевидно перепуганная моими идиотскими воплями. Я снова обнаружил себя в полутемной комнате с низким потолком. Сейчас она показалась мне очень просторной и совершенно отвратительной. Не то чтобы у меня были какие-то конкретные претензии к этому помещению, но мне и не требовалось ничего формулировать. У меня почти не осталось мыслей, зато я был переполнен очень ясными и четкими ощущениями, которые позволяли мне судить об окружающем мире быстро, ясно и безапелляционно. Я просто знал, что есть что, и это не подлежало обсуждению с самим собой, как это принято у людей.

А потом я увидел Джуффина и сразу узнал в нем знакомого, хотя он выглядел как-то не так — я никак не мог сообразить, в чем, собственно, состоит разница. Его лицо все время менялось, как это бывает с видениями в бредовом сне тяжело больного человека. Меня немного раздражало это непостоянство, но в целом Джуффин мне понравился. Мои ощущения твердили, что ему можно доверять, а в глазах того существа, которым я стал, это была отличная рекомендация.

— Молодец, Макс, все идет очень хорошо. Ты ведь понимаешь мою речь, верно? Постарайся мне ответить, если можешь.

Джуффин говорил со мной тихо и ласково, как с больным ребенком или неприрученным хищником. Я чувствовал, что он старается быть очень осторожным. Мне захотелось успокоить этого человека — не потому, что меня волновало его мнение обо мне, просто его напряжение мешало мне сосредоточиться. Поэтому я заставил себя говорить. Это оказалось очень трудно: мой новый рот не был приспособлен к человеческому языку, а о такой удобной штуке, как Безмолвная речь, я тогда почему-то забыл напрочь, словно бы никогда не жил в Ехо, где такой способ общения почти столь же популярен, как обыкновенная болтовня вслух. Так что мне пришлось извлекать членораздельные звуки откуда-то из горла, помогая себе мышцами живота. Это оказалось вполне возможно, но чертовски утомительно.

— Я понимаю, — медленно произнес я. — И я помню, что надо сделать. Я — Тайный сыщик. Мне надо уйти в Хумгат и арестовать Йонги Мелихаиса. Я хочу это сделать.

— Я могу тебе помочь, если нужно, — радушно предложил Джуффин.

— Не нужно.

Я ни на секунду не задумался над предложением Джуффина. Просто я уже откуда-то знал, как все должно быть. Вел себя в соответствии с неким таинственным сценарием, среди создателей которого не значились имена таких прославленных тружеников, как Ум, Логика и Здравый Смысл.

— Я уйду сам, — пообещал я. — Но не отсюда. Это плохое место. У меня есть свое место.

— На улице Старых Монеток?

Признаться, в тот момент слова Джуффина были для меня сущей абракадаброй. Название «улица Старых Монеток» не означало для меня ничего. Тем не менее я сразу понял, что он знает, о каком месте я говорю. И еще я понял, что мой друг беспокоится. Впрочем, беспокойство было слабым, почти неощутимым, да и оно вскоре исчезло. Тогда я понятия не имел, что именно его встревожило, и только потом, задним числом, смог оценить железную выдержку шефа. Если бы я выяснил, что мне предстоит транспортировать с места на место такое неуправляемое страшилище, я бы, пожалуй, просто хлопнулся в обморок — и делайте со мной что хотите! Но Джуффин держался молодцом.

— Ладно, как скажешь, — невозмутимо кивнул он. — Сейчас только ты можешь решать, что и как следует делать. Что ж, пошли.

Я все еще был двуногим прямоходящим — это совершенно точно. Поэтому трудностей с передвижением у меня не возникло. Другое дело, что мне быстро надоело подниматься по лестнице. Я не ощущал усталости — какое там, думаю, я смог бы преодолеть несколько дюжин таких же лестниц и мое дыхание осталось бы ровным, как у спящего. Но мне стало скучно переставлять ноги со ступеньки на ступеньку.