Бомбардир
Шрифт:
– Вы серьезно?!
– Конечно! Она, говорит, много чего порасскажет, человек надежный.
– Боюсь, кое-что ему не понравится! – усмехнулась Настя. – Да нет, Сергей наверняка пошутил. Мы ведь с ним… я его даже в Инстаграме найти не смогла, чтобы подписаться… А тут вы!
– Давно не виделись?
– Очень, – ножницы продолжали чирикать над моей макушкой. – Я за это время успела школу окончить, в университет поступила, проучилась три курса, замуж вышла, сына родила… Столько всего… И вдруг он обо мне вспомнил! Хорош дружок!
Мне послышалась в ее голосе ирония, но я тут же сообразил, что за этими словами прячется обида. Настя умолкла, сосредоточенно заканчивая работу.
– Ну вот… – наконец проговорила она. – Готово! Моем?
– Что? – Я был разочарован. Ниточка, которую мне удалось протянуть между Сергеем и этой молодой женщиной, по неясной мне причине оборвалась.
– Голову моем? – она неожиданно улыбнулась.
– Обязательно!
Мне пришлось переместиться к мойке, затем вернуться в кресло, где Настя высушила мою элегантно уменьшившуюся шевелюру феном, увенчав всю процедуру коротким словечком: «Все!»
Я полез за деньгами, но она вдруг произнесла, слегка запнувшись:
– Знаете… Клиентов все равно нет… Давайте-ка я угощу вас кофе. Правда, у меня только растворимый. Да и сахар кончился.
Я был готов и не на такое, лишь бы она оттаяла и разговорилась.
Через пару минут мы уже сидели за столиком в закутке, откуда была видна дверь в парикмахерскую. У Насти пару раз звонил мобильный, но она, не глядя, сбрасывала вызовы.
– Вы сказали – Сергею может не понравиться то, что вы о нем скажете. У вас были конфликты?
Я пытался вернуть разговор в нужное русло.
– Да нет, просто пошутила. А конфликты… С ним невозможно было конфликтовать. И все из-за его характера. Он всегда умел настоять на своем. Но не так, как другие. Возьмет за локоть, скажет пару слов, заглянет в глаза… И тебе сразу ясно – он прав. Просто какой-то гипноз… – она усмехнулась и тут же смахнула с лица улыбку. – Знаете, он ведь из той редкой породы мужчин, с которыми чувствуешь себя абсолютно защищенной. У меня и муж такой – сложный, но надежный. А с Сергеем мы дружили, было. Он у меня домашки списывал, после школы домой провожал. Жили мы рядом, он нравился моим родителям. И мне тоже. Спокойный, какой-то… правильный… А на школу ему всегда было наплевать. Знаете, как он говорил? Мне там скучно, я же знаю, что все это мне никогда не понадобится…
– Верил, что станет футболистом?
– Пожалуй, нет. Он о будущем вообще никогда не говорил.
– Занимался в футбольной секции?
– А у нас здесь ее нет и никогда не было…
– Чем же он увлекался?
– Как все. Футбол – во дворе или на стадионе. Зимой хоккей. Уже по первому снегу на школьной спортплощадке ставили кирпичи вместо ворот, играли без коньков, а вместо шайбы – теннисный мяч. В морозы мы в карты резались у нас дома. Летом втроем – Иванцов, Серега и я – ходили на пляж на водохранилище. Купались, загорали до черноты, иногда кто-нибудь пиво приносил. А потом все это как-то кончилось…
– Почему? – спросил я.
Впрочем, уже и сам сообразил – вспомнил собственную дочь в том же возрасте. С ее запутанными и наивными детскими историями, которые быстро превратились в сложные и мучительные сюжеты.
– Девчонки взрослеют быстрее… – Настя взглянула в сторону двери. – Почему-то стало с ними неинтересно. Ну ясно же – четырнадцать лет. Дискотеки, парни постарше. Ухаживали за мной, старались понравиться. Мне это льстило… Потом с одним завязались отношения. У него машина, катались по вечерам. У меня прямо бабочки в животе, влюбилась по уши… Мы с ним однажды долго целовались у самого дома, потом распрощались. Мой ухажер укатил, я в подъезд – а там мои приятели, Гайдук с Иванцовым: «Погоди, Насть, поговорить надо…» Чего это, думаю, все равно завтра в школе увидимся… А Сергей: «Настя, завязывай с ним!» «Это ж мудило полный! – поддакивает Иванцов. – У него одно на уме…» Ох, как же я разозлилась! Оттолкнула Сашку – и бегом вверх по лестнице…
– А потом?
– Потом? – она усмехнулась, повела плечом. – В школе все, вроде, как обычно – привет-пока. Но я чувствовала, что Сергей на меня уже по-другому смотрит. Будто издали. И ни разу больше не подошел… А насчет моего принца оба, понятно, оказались правы. Но это уже другая история, его не касается…
– Так и разошлись?
– Выходит, что так… А незадолго до его отъезда из города, у Сережки тоже начались неприятности… Не знаю, в чем там было дело, но вроде бы каким-то образом ему помог наш физрук, Вячеслав Иванович…
Она потянулась за телефоном. Жест понятен – беседа закончена, больше Настя ничего не скажет.
– Ну что ж, – я отодвинул чашку и поднялся. – Спасибо за все. И последний вопрос.
– Давайте, – она тоже встала, машинально потерла висок. – Только действительно последний. Что-то я сегодня не в форме.
– Настя, вы действительно ни разу за все эти годы не виделись с Сергеем?
– Я бы не стала темнить. Думаю, в Марганце он ни разу с тех пор не появлялся. А что, собственно, ему здесь делать?
– Мало ли. Родителей, например, навестить.
– Городок у нас небольшой, я бы знала. Во всяком случае, ко мне он не заглядывал и не звонил… Лучше скажите – как ему там живется?
Я замялся – уже успел позабыть о своем вранье.
– Нормально. О его успехах вы, наверно, знаете, о них только ленивый не пишет… А в остальном… Живет футболом. Очень талантлив, и все идет к тому, что со временем станет одним из самых выдающихся нападающих Европы.
– Женат?
– Нет. Пока нет.
Она отвела глаза, не желая встречаться со мной взглядом.
На этом мы распрощались.
Уже выходя на площадь, я сообразил, где раздобыть телефон учителя физкультуры. У симпатичной директрисы по имени Оксана. Вполне надежный источник.
Глава 3
Утром я связался с Вячеславом Ивановичем, коротко изложил суть вопроса и получил по-военному четкое приглашение явиться к часу дня. Вместе с просьбой прихватить по пути буханку «Украинского».