Чтение онлайн

Доктор Томас Эндрюс продолжил - Вы были совершенно одни. И никого, кроме вас не был найден на месте крушения того сгоревшего в Тихом океане судна. Среди ящиков бочек. И прочего обгоревшего мусора затонувшего вашего грузового судна. Вы крепко держались левой рукой за один плавающий ящик. И были без сознания. Вокруг вас крутились дельфины. Наверное, отпугивая молотоголовых акул. И было какое-то странное лилового света свечение. Свечение охватывало все вокруг на большое расстояние. Оно, словно, шло от самой воды, и помогло вас быстро найти. Один, даже дельфин приблизился к нашему лайнеру, выпрыгивая высоко из воды перед бортом и носом нашего судна. И проводил нас до места вашего крушения. Словно, его кто-то заставил это сделать. Но, откуда это взялось само свечение? Что это было за свечение, мы и сами не понимаем? И там, где мы вас подобрали, больше никого не нашли.

– Вот, черт!
– я схватился за больную свою со щетиной на лице и растрепанными выгоревшими на солнце волосами голову - Черт! Черт! Но, как, же так!
– в диком неистовом отчаянии и в слезах, произнес дрожащим голосом уже я - Как, же так! Моя, девочка Джейн! Моя, любимая! Как же вы ее не могли видеть там! Она была рядом со мной!

– Ничего не понимаю - произнес капитан Смит, смотря на всех, пожимающих на его вопрос плечами, присутствующих, словно ожидая от них иного ответа.

– Мы прибыли сюда с момента поступления сигнала SOS! с вашего сгоревшего и затонувшего сухогруза - продолжил он, уже повернувшись ко мне - И кроме вас в воде не было уже никого. Только одни вы. И все.

– Может с ним была еще женщина - кто-то из толпы произнес - Может, она утонула. Он ведь пробыл в океане двенадцать суток. А за такое время вряд ли кто-то кроме него смог бы выжить. Он это аномалия какая-то. Чудесное природное явление. Или спасение.

– Заткнитесь, вы все, черт вас дери!
– прокричал я - Заткнитесь со своими дурацкими доводами о моем чудесном спасении. Она не могла, вот так, просто, взять и утонуть!
– прокричал я всем, потупив, скрывая свои текущие по лицу слезы свой безутешный от горя взор в постель - Она не могла, просто взять и утонуть! Она отлично плавала. И была в гидрокостюме акваланга. Как и я. И я ее держал, крепко, прижав к себе. И мы были все время вместе! Она не могла, просто утонуть! Не могла! Моя Джейн! Любимая, моя Джейн!
– повторил я, плача себе на грудь. И глотая с трудом слюну иссохшим от морской соли горлом.

– Может, кто-нибудь видел ее?! Женщина. Брюнетка. Латиноамериканка! Загоревшая до черноты, почти как я, Латинка!
– я, произносил плача, как ребенок. Я смотрел на присутствующих при моем чудесном спасении иностранных коллег моряков. И на свои руки и на тело под пижамой, видя совсем его не таким, каким оно недавно у меня было. Почти, как уголь от плотного, как и у моей Джейн тропического загара. Оно было обычным без малейшего на то признака. И я, просто уже не понимал, что вообще происходит дальше. Я, похоже, действительно, сходил от головной боли. И всего непонятно и происходящего с ума.

Я уже растерянно, и запинаясь на каждом слове, произносил свои слова, то по-русски, то по-английски, совершенно теряясь в пространстве и во времени.

– Она из Сан-Франциско из Калифорнии!
– произносил в диком отчаянии я, от собственного непонимания вообще, что со мной такое происходит. И от своего теперешнего отчаянного бессилия. И непонимания, куда я, вообще угодил.

– Был еще Дэниел!
– продолжал я плача, как ребенок - Брат моей любимой Джейн. И яхта была Арабелла! Яхта затонула. И мы с Джейн оказались в воде. Джейн была ранена. И я, держал ее своими руками в бурю в океане! Куда она пропала?!

– Arabelle?
– переспросил на английском капитан Эдвард Джей Смит.

– Arabelle! Arabelle!
– передразнил я его на английском. И внезапно, снова, сорвался на крик - Да, черт, подери, что такое со мной происходит?! Кто-нибудь объяснит мне наконец-то?! Я схожу с ума!

– Мы никого там не нашли, кроме вас - произнес, снова доктор Томас Эндрюс - Кроме вас - он повторил - И кучи обгоревших до основания обломков - произнес снова, подменив доктора капитан Эдвард Смит - Вы были всего один в океане. И ни какого на вас не было гидрокостюма от акваланга. Вы были, только в своей русского моряка рабочей одежде.

И кроме, всего прочего, вы странным образом вполне здоровы, даже без солнечного обширного ожога на открытых местах на открытых участках вашего тела. И ни какого ранения, о котором вы говорите, на вашей, левой ноге не было, и нет. Можете убедиться сами. Видите?

Доктор отбросил одеяло с моих ног. И я увидел, пока еще ничего не чувствующие свои в постельной больничной пижаме ноги. Я быстро задрал штанины пижамы на обеих ногах. И они были целыми без ран, и бинтов, только, внешне не чувствующими ничего. Даже, моих к себе прикосновений. Я просто, сидел как парализованный на виду у всех присутствующих. Но в целом, совершенно одновременно здоровый. Без загара. И даже, ожогов на своем мускулистом русского моряка теле. И это было, тоже странно. Я должен был, просто напросто сгореть до костей на тропическом ярком солнце. Все, что было у меня открыто. И это, тоже сводило меня с ума. И приводило в непонимание судового доктора. И капитана и всех присутствующих на лайнере, и в моей больничной, теперь каюте. Они не могли это объяснить. Семеро суток в океане и ни единого вообще ожога. Ни слабого, даже покраснения на теле. Я и сам не понимал как это и, вообще, что твориться.

– Вам, лучше сейчас, расслабиться. И попытаться вспомнить все - произнес доктор Томас Эндрюс - Вам сделают специальную инъекцию для быстрого восстановления и дополнительный медицинский осмотр.

– К черту все!
– возмутился в диком отчаянии я, не понимая, что вообще твориться - Что это?!
– проговорил я - Что это, черт возьми?! Что со мной все-таки, произошло?!

– Мы все и сами объяснить до конца не в состоянии - сказал судовой доктор за капитана - Но, то, что вы там видели или то, что переживали. Могло породить ваше бессознательное болезненное состояние.

– Какое еще болезненное бессознательное состояние?!
– прокричал в полнейшем отчаянии и недоумении - Что твориться, вообще здесь. И со мной?!

– Так я как врач, вам могу объяснить - продолжил судовой доктор - Всему виной бессознательное состояние вашего организма. Организма попавшего в крайне экстремальные условия. Между жизнью и смертью. Так как я судовой доктор, мы проходили это еще когда я учился. Состояние организма в пределах самой критической ситуации. Состояние на пределе самой грани. Способность к самовыживанию на границы между жизнью и смертью. Этот процесс до конца не изучен. Но, вы сейчас яркий пример, кажется, именно этого.

– Чего этого?!
– я был вне себя. Просто, уже в бешенстве - Кончайте гнать пургу!
– я возмущался как сумасшедший. И готов был броситься на кого угодно, стоящего передо мной. Я орал в состоянии психического шока. И, казалось, я нахожусь в какой-то психушке. Просто дурдоме.

– Я говорил - произнес доктор своей подручной санитарке на своем языке. Который я прекрасно понимал - Надо было ему сделать больше дозу успокоительного.

– Хватит с меня ваших уколов, доктор!
– прокричал я доктору, и уже в бешенстве, забыв его имя и фамилию - Объясняйте то, что собирались объяснить!