Чтение онлайн

Эль-Джей и Лиз присоединились к Джеку на Рождество, как и Джони с Дэвидом. Сара, которая нашла работу в Лос-Анджелесе, провела с Джеком неделю до Рождества.

Все они видели, как он плакал. Сидел на берегу, глядя на накатывающие волны, и плакал.

Позвонив с Сент-Кроя, Джек назначил на понедельник, 6 января, собрание руководящего состава Эл-си-ай. На десять утра.

Все собрались в зале заседаний совета директоров.

Мэри Карсон сидела напротив Джека, на другом конце большого стола. За стол сели также Микки Салливан, Кэп Дуренбергер, Херб Моррилл, доктор Фридрих Лоувенстайн и Рей Ленфант. Остальные чиновники расселись на поставленных вдоль стен стульях, некоторые стояли.

Джек поднялся.

— Я хочу поблагодарить вас за то, что вы более чем на три месяца освободили меня от всех обязанностей. В это трудное для меня время мне очень помогало сознание того, что в мое отсутствие компания находится в руках компетентных и влюбленных в свою работу специалистов. Огромное вам всем спасибо.

Хочу попросить вас еще об одной услуге. Знаю, что вы все желали бы выразить мне свое сочувствие. Я получил ваши письма и открытки и обязательно отвечу на них. Я только убедительно прошу вас больше не сочувствовать мне. Не начинать разговор с того, как вы сожалеете о понесенной мною утрате. Я это и так знаю. Но всякое напоминание о…

У него перехватило дыхание, и с минуту все смотрели куда угодно, только не на Джека, дожидаясь, пока он возьмет себя в руки.

— Дамы и господа, компания должна работать. Позвонив с Сент-Кроя, я предложил повестку дня сегодняшнего совещания. Я попрошу остаться всех сидящих за столом, а также Дэйва и Маргарет. Остальным вновь выражаю свою благодарность и признательность. Я обещаю в течение этой недели переговорить с каждым, обсудить, что делается и что надо сделать.

Прежде чем пролистнуть свою записную книжку и перейти к первому вопросу повестки дня, Джек оглядел стол. Изменения уже произошли. Но точка еще не поставлена. Пейнтера, естественно, уволили. Теперь за создание новых передач отвечал другой человек. Кэпу Дуренбергеру шел семьдесят девятый год, и он уже собирался на пенсию. Ходили слухи, что Рею Ленфанту предложили высокий пост в администрации Никсона. Он с таким восторгом воспринял избрание Никсона президентом США, что до сих пор ходил с американским флагом в петлице. Мэри Карсон уже не напоминала ту молодую женщину, которая в бикини плавала в бассейне. В строгом деловом костюме, с короткой стрижкой и в очках она выглядела куда старше и солиднее.

За обедом Мэри Карсон дала понять Джеку, что хотела бы принимать в работе Эл-си-ай более активное участие, чем ее отец. Выслушав высказанные ею идеи, Джек заявил, что будет рекомендовать совету директоров назначить Мэри Карсон вице-президентом компании.

Домой он приехал около одиннадцати. Его подвез Микки Салливан, а дверь он открыл своим ключом. Линда ждала его в библиотеке, смотрела телевизор и одновременно читала книгу.

Телевизор она тут же выключила, а книгу отложила. На ней был желтый халатик, не прозрачный, но совсем коротенький, выставляющий напоказ ноги и желтые трусики. Линда подошла к Джеку и прижалась к нему. Они поцеловались.

Он ей заранее позвонил, чтобы предупредить, что обедать не будет.

— Пошли наверх, — прошептала Линда.

Они не пользовались главной спальней, где Джек спал с Энн. Он перебрался в одну из спален для гостей. Главная спальня практически не изменилась с той последней ночи, которую провели в ней Джек и Энн. Даже халатик Энн оставался на стуле, куда она положила его в сентябре, перед тем как ее в последний раз увезли в больницу. Правда, Линда перенесла в спальню для гостей несколько эротических гравюр, купленных Энн для Джека. Его одежда висела в стенном шкафу. В одном из ящиков комода лежало белье Линды.

Пока Джек раздевался, Линда выбирала себе вечерний туалет. Унесла вещи в ванную и вышла оттуда в прозрачном черном пиджаке, черных трусиках, состоящих из полоски материи, в двух местах присоединенной к резинке, черных чулках с черными кружевными подвязками и черных лакированных туфлях на высоком каблуке-шпильке.

Джек, уже в одних трусах, плеснул в два бокала бренди, и они сели на маленький диванчик. Джек включил телевизор. У них вошло в привычку каждый вечер смотреть информационный выпуск, который вел Джонни Карсон, или хотя бы часть выпуска.

Джек стянул вниз ее трусики. Лобок Линда выбривала, а половые губы, красные, мясистые, выдавались вперед. Он ласкал их, а Линда постанывала от удовольствия. Потом схватилась за его пенис.

Как обычно, новости оказались гораздо менее интересными, чем их занятия. Джек с Линдой поспешили в кровать и набросились друг на друга. Однако они успели вернуться на диванчик, уже голые (на Линде, правда, остались чулки), еще до того, как Карсон пожелал своим зрителям доброй ночи.

Линда стала спасением для Джека. Провидение позаботилось о том, чтобы свести их вместе. Во всяком случае, ни у одного из них раньше таких планов не было. После смерти Энн Джек и Линда провели пять недель на Сент-Крое. Линда как могла поддерживала его. Джони хотела прервать съемки «Нормы», чтобы побыть с отцом, но Линда сказала, что ей будет проще взять отпуск за свой счет в Йельском медицинском центре.

Линда оказалась идеальной компаньонкой. Знала, когда погрустить с ним, когда улыбнуться или посмеяться, если Джек вдруг вспоминал о том, что жизнь продолжается, знала, когда оставить его одного на берегу, а когда пригласить поехать вместе на рынок за продуктами. Именно на рынке, когда он взял ее за руку, Линда в ответ сжала его ладонь. С того момента все и образовалось.

— Джек, я собираюсь уехать отсюда, — поделилась своими планами Линда.

— Господи, нет!

Она поцеловала Джека в шею.

— Нельзя нам продолжать то, что мы сейчас делаем. Надо поставить точку. Я не могу допустить, чтобы Нелли выяснила, что я сплю с ее дедом. И остальным нашим родственникам знать об этом ни к чему.

Джек потер щеки.

— Я знаю… — Он взял ее за руки. — Линда, я бы покончил с собой, если бы не ты.

— Нет. Не покончил бы.

— Мог покончить. Я бы отдал все на свете ради того…

— Люди нас возненавидят. В частности, мои родители. Именно возненавидят, Джек.

Джек вздохнул и неохотно кивнул, признавая ее правоту.

— Поэтому я и хочу перебраться в другое место. Но, уж конечно, не к Гаю. Я…

— Постой, — прервал ее Джек. — Не надо тебе никуда перебираться. Ты здесь живешь. Уеду я.

— Ты не можешь уехать.

— Еще как могу. Подумай, сколько сразу разрешится проблем. Я буду жить в городе. Все равно мне не хочется оставаться в Гринвиче. Пока. Однако… это семейное гнездо. Я не хочу его продавать. Джони, Эль-Джей, Лиз… это их дом. Так же, как и Кэтлин, я хотел сказать Сары. Разве можно лишить их места, куда они могут вернуться? И у Присциллы тут дом. Она прожила с нами больше двадцати лет. Я перееду в городской особняк. Возьму кое-что из вещей и… Линда, пусть это будет твой дом, твой и Нелли. Я буду приезжать время от времени. И нам не надо…