Боулинг-79
Шрифт:
А в последнее время у него чаще случались поглощения. Когда он брал новенькую девчушку лет восемнадцати, и за толику ласки, подкрепленную обещаниями и\или дензнаками, она стелилась перед ним так, как он хотел.
А что тогда на языке любви означает недружественное слияние! Наверное, изнасилование. Причем, как пишут в милицейских протоколах, в особо циничной форме, а также с применением словесных угроз, а то и физического воздействия.
Ничего странного, что именно сегодня в голову В.В. полезли сексуальные ассоциации.
Лилька опять не ночевала дома.
Наверняка не было жены и в ее московской квартире. Он мог бы позвонить и узнать точно, но не хотел унижаться. В конце концов она запросто могла ночевать там – но не в одиночестве.
В.В. скрипнул зубами. Вот шлюха! Как же она ему отплачивает!
Как же она мстит ему за бесконечную череду его девиц!
Ну, да, девчушки. Были они у него. Были, есть и будут. Но они ведь для него ничего не значат! Он берет их просто для поднятия тонуса и статуса, для увеличения количества гормонов радости в крови.
А Лилька-то не девка. Она – это она. Она для него многое значит. И она это знает. И оттого, наверное, выбрала такой изощренный способ мести.
Может быть, ее пора убрать?
– Что вы сказали?
Он и не заметил, что сидит за своим столом в кабинете, а перед ним – его секретарша (естественно, В.В. с ней спал – а как же иначе, все вокруг спят с собственными секретаршами. Ну и что с того, спрашивается?)
Да, хорош же он! Даже не заметил, как последнюю мысль произнес вслух:
– Может, ее пора убрать?
Ну, ничего страшного, что у него эта фраза вырвалась при секретутке. Неплохо получилось. Пусть теперь гадают, кого (или что) босс имел в виду. Может, он Валентину хочет уволить, финансового директора. Или выгнать из Мосгордумы прикормленную депутатшу Пастилкову. Или ему просто инсталляция в виде кактусов и мини-ветряных мельниц, возвышавшаяся в углу кабинета, надоела?
– Нет-нет, – отмахнулся В.В. – Это я о своем. Не бери в голову. Знаешь, найди мне Пылова.
– Простите, кого?
– Подполковника Пылова – ты что, не помнишь? Он сейчас в отставке, но тем лучше.
Старый друг Пылов уже три года как ушел из органов и стал подвизаться на поприще частного сыска.
Рад переменам в своей жизни – до безобразия. Свободы, говорит, больше; бумажной волокиты и не сравнить, насколько меньше. К тому же – никакого начальства и денег полно в сравнении с ментовской зарплатой.
Разумеется, В.В. мог поручить взять в разработку Лилию и своему департаменту безопасности. И они, пожалуй, выполнили бы задание быстрей и эффективней, чем какой-то там частный детектив, пусть в недавнем прошлом и подполковник МВД. Однако сие было неприлично для его статуса. Подобным заданием В.В. себя подставлял и обезоруживал в глазах подчиненных. Босс, поручающий охране следить за собственной женой – есть в этом что-то смешное и даже жалкое. Похожее на скверный анекдот. Пожалуй, весть о такой слежке может разнестись – и над ним смеяться начнут. А руководитель, за спиной которого начинают хихикать, кончается.
Нет уж, пусть щекотливое поручение выполнит человек со стороны. Тем паче такой, не раз проверенный, как Пылов.
К тому же… Неизвестно, какое решение он, В.В., примет по результатам разработки. Может, и в самом деле – убрать ее? Не она первая… Нет человека – нет проблемы, как говаривал усатый вождь, желтоглазый людоед… А что остается делать, если его собственная ревность становится для В.В. проблемой?.. Если поведение родной жены может серьезно скомпрометировать его в глазах друзей и деловых партнеров?.. Что ему, к психоаналитику прикажете идти? Почему бы лучше не избавиться, раз и навсегда, от первоисточника дискомфорта?
Есть и другие варианты. Например, напугать ее с применением физического воздействия – но так, чтобы она больше в сторону чужих мужчин даже смотреть не смела. Даже – на кривого бомжа.
Или – искалечить. Усадить, на фиг, в инвалидную коляску. Кому она тогда будет нужна?
Но это уже совсем другая задача. И, если он даст отмашку, решать ее должны будут другие специалисты, а отнюдь не люди из департамента безопасности. И уж, конечно, не Пылов.
Однако другие специалисты среди знакомых В.В. тоже, конечно, имелись.
– Фантастика! Ты?! Я никогда бы не узнал! – все восторгался Валерка, не отрываясь глядя на нее с кожаного сиденья «Лексуса». – Да ты ровесницей моей дочки выглядишь, честное слово!
– А сколько твоей дочери?
– Ох, она совсем невеста. Ей двадцать с небольшим.
Чего греха таить, его восхищение было Лиле приятно.
А ведь Валерка выглядел не моложе, а пожалуй, старше своих сорока с хвостиком лет. Жизнь не пощадила его. В ней уж наверняка не находилось места ни стилистам, ни парикмахерам, ни маникюршам.
Ведя «Лексус», Лиля украдкой рассматривала его.
Джинсики не первой свежести, потертые кроссовочки, залысины, морщины.
Однако глаза – все те же. Молодые, веселые, умные. И, как прежде, смотрят на нее с восхищением.
А ведь он ее, возможно, до сих пор любит, мелькнула мысль.
Валерка – ах, Валерка… Он, пожалуй, был единственным мужчиной, которого она по-настоящему любила. Ох, как же она его тогда любила!..
– Ты женат? – мимоходом спросила она.
– Уже нет. А ты?
– Я – да.
– Все за ним?
– Да уж, – вздохнула она.
– Ты счастлива? – вдруг выпалил он. Она делано рассмеялась.
– Хорошенький вопрос!..
– Значит, нет.
– С чего ты взял?
– Когда человек действительно счастлив, он не колеблясь отвечает «да».
– Ты все такой же… – покачала она головой.
– Какой?
– Философ.
– И ты все такая же.
Он прямо-таки ел ее глазами.
– Какая?
– Красивая. Соблазнительная.
– Куда тебя подвезти? – спросила она, стремительно меняя направление разговора.