Бой капитанов
Шрифт:
– Откуда объявился, сказать не могу, как и то, кто он, а вот уходил бандит вдоль кустов к реке. Я тут обшарил местность. Нашел след. Уходил убийца спешно, даже не пытаясь замаскировать путь отхода.
– Так чего стоим? Быстро по следу! Веди!
Капитан двинулся вперед. Вершинин за ним. Вскоре они вышли к реке и увидели прибрежный участок смятой осоки.
Родин сказал:
– Здесь убийцу ждала лодка. На ней он и свалил. Вот только куда – вверх по течению? Или вниз?
– Да, лохонулись мы с этим «чистильщиком»! И надо было сделать малость, пройтись по полосе кустарника.
– Всего не предусмотришь. Но, думаю, начни мы зачистку этой стороны железной дороги, неизвестный нашел бы способ скрыться. Наверняка он здесь объявился задолго до появления и бандитов, и нашего отделения. А возможно, он кто-то из местных.
– Из местных?
– Почему нет? Возьмите любой случай захвата заложников. Я имею в виду случай массового захвата, так везде среди жителей поселков, подвергшихся атаке террористов, были осведомители у бандитов.
– Но на хрена ему голова Есаула? Солить ее он, что ли, собрался? В кадке у себя дома.
Капитан погладил подбородок:
– Да, с головой трупа непонятка. Хотя ее могли отрубить, чтобы сбить нас с толку. Кто обычно отсекает головы своим мертвым жертвам? Кавказцы, дабы доказать, что месть свершилась. Здесь же ни о какой мести Есаулу речи нет. Но нам подбрасывают эту версию, дабы направить на ложный след. Мол, ломайте макушки, ребята, на хрена Есаулу отрубили голову. Вот мы и ломаем, а она где-нибудь в той же осоке на дне реки тихо тиной затягивается.
Подполковник сплюнул в траву:
– Ладно! В принципе, мы свою задачу выполнили. С остальным пусть МВД или ФСБ разбирается.
Родин согласился:
– Тоже верно! Мы свое отработали, спецвагон отбили, Карахана с помощником и бандой Есаула завалили. А что до разборок среди них, так это не наше дело.
Вершинин проговорил:
– Какая-то хреновина за всеми действиями боевиков кроется. Карахана шлепнул Анвар. Есаула – непонятно кто. Мутняк сплошной.
– Да пошло оно все к черту! К нам-то какие претензии? На состав Карахан выводил одиннадцать рыл банды Есаула. Все они уничтожены. Ваха с помощником тоже. Все. Мы свое отстреляли.
Подполковник махнул рукой:
– Ладно! Пошли к отделению. Тут нам делать нечего. Идем!
Офицеры вернулись к отделению, бойцам которого Зубов объявил привал. Через час к ним подошел бронетранспортер полка внутренних войск. Вершинину передали приказ следовать на территорию городка военнослужащих, обслуживающих полигон «Северный», и оставаться там до особого распоряжения из Москвы.
Полухаров же со своими подчиненными 1 октября вылетел в Москву, не зная, что в штабе службы его ждет весть, которая перевернет всю дальнейшую жизнь, заставив в итоге вновь встать на тропу войны и продолжить участие в эпопее, связанной с кровавым Вахой Карахановым.
30 сентября. Ростов-на-Дону! 9.00.
Остановившись перед постом ДПС у небольшого, уютного дорожного кафе, Карахан достал сотовый телефон. Набрал номер.
После нескольких коротких гудков, услышал:
– Ассолом, Ваха! Как дела?
– Ва аллейкум ассолом, уважаемый Масуд. Дела нормально.
– Откуда звонишь?
– Можно сказать, из Ростова.
– Вот как? Быстро, однако, ты пробежал 800 верст. А что с твоими друзьями? Они тоже прибыли на Дон?
– Нет, уважаемый Масуд. Они навсегда остались у проклятой железнодорожной станции Магино.
– Не понял?!
– Операция «Зигзаг» оказалась банальной подставой Кермана. Сбросив мне заказ, он сдал его русским спецслужбам. На станции нас ждала засада.
Масуд спросил:
– Как же ты остался жив?
– Вместо меня погиб Джохар, мой брат.
– Вот как? Близнец?
– Да!
– Значит, Керман подставил тебя, а ты собственного брата?
– Я не хотел подставлять Джохара, ему отводилась роль перевозчика. Он должен был доставить меня с Анваром к месту проведения операции по реке. И ждать возвращения в лодке. Но, упустив меня, гяуры зацепили Джохара. И тут плохую службу брату сыграло наше практически неразличимое сходство. Спецназ убил Джохара. Он всех убил. Мне удалось уйти чудом и только потому, что, приняв брата за меня, спецы за мной не охотились. Остальных же перебили.
– Что ж! Война есть война! Ты сейчас едешь на хутор?
– Да!
– Не торопись! Я в Ставрополе. Но к Ростову подъеду. Встретимся, поговорим. Нам есть что обсудить. Касающееся положения дел на хуторе. Ты квартиру на окраине сними, покушай хорошо, отдохни, выспись. Я найду тебя. Сам меня больше до встречи не вызывай!
– Хорошо! Я так и сделаю!
– Сделай, Ваха. До встречи!
– До встречи, господин!
Карахан въехал в город, остановился недалеко и от железнодорожного и автобусного вокзалов. Вышел из салона, прошелся по улице. Увидел у арки толпу старушек с объявлениями, вывешенными на карточках.
Он подошел к одной из старушек, предлагающей к сдаче однокомнатную, меблированную квартиру:
– Здравствуйте, хозяйка! Значит, сдаете квартиру?
– Сдаю!
– Далеко отсюда?
– Рядом, за шашлычной вверх по улице метров сто. Дом старый, но крепкий, еще сталинской постройки, тихий двор. Мебель простенькая, но не рухлядь, телефон, телевизор.
– И сколько берешь за сутки?
– Пятьсот рублев!
– Что так дорого!
– Это за сутки. За неделю или месяц дешевле.
– Стоянка машин рядом имеется?
– А зачем она? Жильцы во дворе машины ставят.
– Я спросил о платной стоянке.
– Есть и такая, но далековато, остановка троллейбуса.
– Хорошо! Веди на хату, смотреть будем!
Жилье Карахану понравилось. Место действительно оказалось тихим, квартира ухоженная, чистая.
Осмотрев комнату, кухню, санузел, Карахан сказал старушке:
– Снимаю! Пока на двое суток. Потом видно будет.
– Деньги вперед!
– Естественно! Держи.