Чтение онлайн

Колонна проходила прямой участок осторожно, насколько это было возможно. Особую нагрузку несли бойцы боевого охранения старшего лейтенанта Кливина. Его солдаты до потемнения в глазах всматривались в склоны, но ничего подозрительного не замечали. Лишь рядовой Олег Белов смотрел в сторону обрыва. И смотрел через оптику своей снайперской винтовки СВДС. Он видел лишь верхушки деревьев, так как склон на этом участке был хоть и не пропастью, как до поворота, но все же крут. Однако противник мог занять позиции и на кронах деревьев. Поэтому молодой солдат не переставал водить винтовку из стороны в сторону, иногда задевая стволом своего соседа — одногодку гранатометчика Илью Хамова.

Тому подобные движения сослуживца надоели, и он толкнул Белова в бок:

— Белый! Да опусти ты свою дуру, ну чего мотаешь ею?

Стрелок ответил:

— Ты делаешь свое дело, я свое!

— Тогда, блин, аккуратней, а то надоело уклоняться от ствола.

Белов резонно заметил:

— Отодвинься!

Хамов воскликнул:

— Куда? Итак на краю держусь!

Бронетранспортер в одном месте подошел к самому обрыву, слева лежал огромный валун, пришлось объезжать его. И тут, когда перед Беловым на короткое время открылся склон, он в прицеле увидел, что как будто тень мелькнула в кустах, ниже обочины метров на двадцать. Стрелок до предела напряг зрение. Куст шевельнулся, и это отчетливо увидел боец. Но какая-то тень и шевеление кустов еще не повод поднимать тревогу. На склоне мог затаиться какой-нибудь зверек. Их здесь не пуганных в спокойных горах хватало. И лис, и зайцев, и волков, не говоря уже о шакалах. Последние, правда, проявляли себя с заходом солнца. Белов продолжал вглядываться в кусты. И уже хотел отвести прицел влево, как заметил человеческую голову. От неожиданности вздрогнул. Уж не привиделось ли ему от напряжения? Солдат на секунду закрыл глаза, а когда открыл их, головы в кустах не было. Стрелок встряхнулся.

Хамов спросил:

— Ты чего башкой, как контуженый, трясешь?

— Ничего!

Сослуживец, усмехнувшись, посоветовал:

— Больше в прицел гляди и вместо дерева минут через двадцать точно духа увидишь! И чего ты к окуляру прилип? И так все хорошо видно. Тем более опасный участок кончается, скоро поворот. За ним пойдем на спуск, станет веселее!

Белов согласился:

— Ты прав, Илья! Слишком я увлекся наблюдением.

— Вот именно!

Олег поставил винтовку прикладом на броню, задрав длинный ствол вверх, и задумался. А померещилось ли ему? Не боевики ли были в кустах? Попытался отогнать эту мысль. Ведь если на склоне прятались бандиты, то они обстреляли бы колонну. И почему прятались бандиты там, откуда наименее удобно атаковать колонну? Бред какой-то. Видимо, он действительно слишком долго пользовался прицелом, а он не бинокль. Он предназначен для прицельной стрельбы, а не длительного наблюдения за сложной местностью!

До пункта назначения колонна дошла благополучно. Выгрузив автомобили, капитан Головачев, приказав прапорщику Шурину организовать обед и отдых личного состава, направился на доклад к командиру части, которой и предназначался груз. Тот вылетел утром в округ, оставив за себя начальника штаба. Пришлось докладывать заместителю, молодому майору Михайлову с колодками двух орденов Мужества. Человеку молодому, но строгому, прошедшему пекло войны и в полной мере испытавшему все ее «прелести». Михайлов внимательно выслушал доклад. Спросил:

— Ничего подозрительного на серпантине в ходе марша не заметили?

— Нет, товарищ майор!

— С охранением связь держали постоянно?

— Так точно! Как обычно!

Майор задумчиво проговорил:

— Как обычно!

Головачев поинтересовался:

— А что, товарищ майор, на перевале не все так спокойно, как кажется?

— Как тебе сказать, капитан. Воздушная разведка вчера доложила, что видела нечто похожее на выдвижение к перевалу неизвестного отряда. Я проверил, наши в том районе никаких мероприятий не проводили, да все наши — это, по сути, ваш гарнизон. Запросил повторную разведку. Она ничего не дала.

— Так, значит, все спокойно! Иначе колонна вряд ли свободно прошла бы серпантин.

Майор оставался задумчивым, сосредоточенным:

— Возможно! Но… возможно и другое. Вы же запросили усиления поддержки в случае необходимости?

— Так точно, запросил!

— Почему? Что явилось тому причиной?

Головачев пожал плечами:

— А черт его знает, майор. Какое-то предчувствие нехорошего!

— Вот-вот, предчувствие. Кто-то скажет, что ерунда все это, а я на собственном опыте испытал, как иногда такие вот ощущения тревожные в дальнейшем оправдываются. И потом, результаты первой разведки не дают покоя!

Головачев спросил:

— Но с другой стороны, если на перевале имела место засада, почему не был предпринят штурм колонны?

— В этом-то и вопрос! Хотя ответ на него найти в принципе легко, прибегнув к карте, смотрите! — Майор разложил на столе точно такую же, как и у Головачева, карту, повторив: — Смотри, капитан! Вот два опасных участка. Никто не может помешать боевикам расстрелять колонну на прямом участке дороги со склонов перевала, заминировав противоположную обочину. Но если и войска и «вертушки» будут переведены в готовность «военная опасность» и смогут начать действовать по первому же сигналу и без предварительной подготовки, боевикам с перевала до «зеленки», а другого пути отхода у них просто нет, никак не успеть дойти!

Капитан взглянул на начальника штаба:

— Что вы хотите сказать, майор?

— Ничего, капитан! Я на этой войне видел столько крови, что тебе и не снилось. Поэтому привык просчитывать любой вариант, связанный с вероятностью активизации боевиков там, где либо дислоцируются наши войска, либо, как вы, совершают марш. Но ладно, возможно, я и драматизирую ситуацию. Перейдем к делу! До 15.00 бойцам обед и отдых. Затем возвращение на базу.

Головачев спросил:

— Порожняком пойдем?

Майор ответил:

— Мне вас грузить нечем! Но, возможно, соседняя танковая часть что-нибудь вам подбросит. Я сообщу о прибытии колонны, танкисты скажут, есть ли у них груз на базу. Все решится до 14.00. А сейчас отдыхать. Если обойдется без погрузки, то тебя поднимут в три часа, если не обойдется, то в два. В любом случае восстановиться успеешь.

— Да я и не устал особо!

— Тем лучше! Иди, путевую и сопроводительную документацию заместитель по вооружению отметит и оформит, как положено.

Головачев вышел из штаба, направился к бараку, где после обеда должен был разместиться на отдых подчиненный ему личный состав.

Подходя к курилке, услышал разговор двух бойцов отделения охранения. Капитан узнал их по голосам. Рядовые Белов и Хамов. Они спорили.

Белов доказывал одногодке:

— Да говорю тебе, был кто-то в кустах, сейчас уверен, что был!

Хамов усмехнулся:

— Но кто там мог быть? Если только архар какой?

— Ага, архар, двуногий. Я голову человеческую видел, понял?