Чтение онлайн

– А так же, – ехидно протянул Геннадий. – Заработаешь себе славу лучшего агентуриста округа, а то и всей Москвы, – и хлопнул Дзюбу по налитому плечу, обтянутому толстым свитером.

– Почему? – не понял тот.

– Молодой ты еще, – притворно вздохнул Геннадий. – Элементарных вещей не понимаешь. Ты как собираешься следаку представлять информацию, которую для нас нароет Антон? Придешь и скажешь: «А вот Антон Сташис с Петровки мне сказал»? Нет, Рыжик, тебе придется бумагу строчить о том, что ты встречался с источником, и источник тебе поведал, что случайно познакомился с неким господином, который, оказывается, знаком с Ларисой Скляр и рассказывал о ней то-то и то-то. Представляешь, сколько агентурных сообщений ты накропаешь с подачи Антона? Вот так, Ромчик. Учись, пока есть у кого.

– Получается, врать придется? – Дзюба огорчился и даже не пытался это скрыть. – Это же натуральная подделка документов. Разве это правильно?

Антон улыбнулся. Нравится ему этот парнишка своей непосредственностью и открытостью. Наверное, эти качества не особенно хороши для сыщика, но зато им нет цены в обычных человеческих отношениях. С самого начала встречи он внимательно наблюдал за обоими оперативниками. Мнение о Геннадии Колосенцеве у него уже было составлено во время первого знакомства, и мнение это никаких изменений не претерпело. Все жесты, мимика, выражение лица и позы не просто говорили – кричали об одном: оставьте меня в покое, дайте мне быстро выполнить поручение следователя и отвалить, в моей жизни есть вещи куда более интересные и важные, чем раскрытие каких-то там преступлений. Интересно, что это за нужные и важные дела, которые так манят Геннадия? Надо будет при случае спросить у Дзюбы. А вот Роман никакого второго дна не имеет, он что думает, то и говорит, что чувствует, то и демонстрирует, ничего не скрывая и не пытаясь выдавать одно за другое. Через десять минут после начала встречи Антон перестал следить за внешними проявлениями рыжеволосого оперативника и только слушал то, что он говорил. Для чего наблюдать, если и без того все видно и слышно?

– Ну, Ромчик, как теперь выглядит твоя теория с сектой? – поддел Дзюбу Геннадий. – Не укладываются в нее другие наследники, верно? Что ты теперь придумаешь?

– Почему это не укладываются? – возмутился Роман. – Очень даже все складно получается. Секта подбирается ко всем наследникам, деньги-то немалые. В случае с сестрами Аверкиными дело дошло до убийства, потому что Катя вышла из подчинения. А во всех других случаях все идет хорошо, поэтому больше трупов нет.

– Ромчик, ты так увлекаешься своими глупостями, что не замечаешь очевидного, – Геннадий укоризненно покачал головой. – В эту схему не вписывается частный детектив, который следил за Катей Аверкиной и продолжает следить за Анатолием Тишуниным и братьями Щелкуновыми. Он-то тут с какого боку?

– Так его секта наняла, – не сдавался Дзюба. – Секта наняла детектива наблюдать, а если что не так идет, то уже посылают исполнителя.

Геннадий расхохотался громко и самозабвенно.

– Ромчик, тебя только в цирке показывать. На тебя всегда будет аншлаг.

Антон в их перепалку не вмешивался. Он внимательно наблюдал, слушал и думал о Ларисе Скляр, с которой собирался в самое ближайшее время познакомиться.

Видимо, новым своим номером Лариса Скляр пользовалась не особенно активно, потому что в списке абонентов, с которыми контактировала «Евгения Головкина», она же Яна Орлова, кроме номера Кати Аверкиной, числился только еще один, зарегистрированный на Жмурова Леонида Алексеевича. Получив в компании сотовой связи адрес и паспортные данные Жмурова, Дзюба и Колосенцев отправились его искать. Это оказалось делом не в пример более легким, нежели поиски Евгении Головкиной: Леонид Алексеевич был пенсионером, сильно пьющим и не удаляющимся слишком далеко от места проживания. Он и не собирался скрывать, что сим-карту купил «для какого-то мужика».

– Он заплатил денег и попросил кого-нибудь нанять для покупки карты, тоже за деньги, но я делиться не захотел и купил сам, а ему сказал, что все сделал, как он велел, – охотно рассказывал Жмуров, чрезвычайно, по-видимому, довольный своей ловкостью.

– А он не проверил? – усомнился Колосенцев.

– Интересное кино! – презрительно фыркнул Жмуров. – Как это он проверит? Ну, спросил, конечно, кого я наладил карту покупать, я и соврал чего-то, что первое в голову пришло. Не пойдет же он искать и выяснять, не того полета птица.

– А какого? – живо поинтересовался Роман Дзюба. – Что он был за мужик?

– Да хрен его знает, – Жмуров неопределенно мотнул головой, – мужик и мужик, обыкновенный.

– А вы говорите, что он не того полета птица, – возразил Геннадий. – Вы что имели в виду? Может, он одет дорого? Или машина хорошая? Или что?

– Ну, это я не разбираюсь насчет одежды, дорогая она или какая. И машины его я не видал, врать не стану. А только повадка у него такая… важная. Самоуверенная, вот.

– Сколько ему лет примерно?

– Около сорока.

– Рост? Лицо? Прическа? Особые приметы? – наседал Колосенцев.

– Да я не всматривался, мне не нужно, главное, что он заплатил сразу половину суммы, – пожал плечами Леонид Алексеевич Жмуров. – Особых примет я не заметил.

– Может, усы? Очки?

– Не, усов точно не было. А очки вроде были.

– Так вроде или были? – не отставали оперативники.

– Не, на морде у него очков точно не было, а вот когда я «симку» принес вместе с конвертом, он из кармана достал очки и вот так, – Жмуров поднял руку и остановил ее где-то на полпути к глазам, – не надевая на нос, посмотрел, чего там написано. Потом очки спрятал.

– Очки были в очечнике или без?

Жмуров на секунду задумался, вероятно, пытаясь представить себе, что такое очечник, потом кивнул:

– Он какую-то маленькую коробочку достал, овальную такую, вынул очки и разложил их, типа складные.

– На чем он приехал? На машине?

– Не, я же сказал, машину я не видел.

– Может быть, он сам говорил, что приехал, скажем, на метро или на автобусе, не помните?

– Да не говорил он мне ничего! – Жмуров внезапно рассердился.

– Как он был одет?

– Обыкновенно, куртка длинная, без шапки. Все, пацаны, не помню больше ничего, у меня голова болит.

Жмурову срочно требовалось выпить, он начал нервничать и злиться, и оперативники оставили его в покое. Все равно больше из него ничего не вытрясешь.

Они на всякий случай предупредили пенсионера о том, что его может вызвать следователь для допроса. Ни малейшего восторга это сообщение у Жмурова не вызвало, он, казалось, разозлился еще больше и поспешил ретироваться.

– Ты смотри, какая завышенная самооценка у этого таинственного кренделя, – задумчиво проговорил Роман Дзюба, когда оперативники сели в машину.

– Чего-чего? – прищурился Колосенцев. – Чего у него с самооценкой?

– Она завышенная. Вот смотри, он поручил Жмурову нанять человека, который купил бы ему сим-карту, а Жмуров его обманул. Причем обманул в легкую, наш крендель даже не попытался его проверить и проконтролировать.

– И чего?

– А того, что он, видать, считает себя самым умным и главным и уверен, что никто не посмеет его обмануть и не выполнить его указания. Это и называется завышенной самооценкой.

– А ты-то откуда это знаешь? – ехидно поддел Романа Колосенцев.