Чтение онлайн

Не ошибся. Уж не знаю, сама Лина придумала затею со слухами или же ей кто-то подсказал, старый такой, с трубкой в зубах и тростью в руке, например… но попытки больно мне напинать вызваны именно пущенным ею слухом. Неужто дедушка решил продемонстрировать, чем чреваты споры с ним? Или Ирина Михайловна подсуропила? Черт его знает. Но тему надо прикрывать. Хорошо еще, что в классе на эти слухи забили. Спасибо Леониду, объяснил однокашникам всю несостоятельность этих дурацких шепотков…

– Кхм… Кирилл. – Я поднял взгляд на все еще активированный экран. Леонид дождался, пока я отреагирую, и проговорил: – Тут вот какое дело… Вчера я об этом не сказал, нас прервали. Но слух о твоем изгнании первым сообщил мне отец… вечером, накануне начала учебного года.

– Оп-па. А он где это услышал? – неприятно удивился я.

– Хм… – Бестужев демонстративно замолчал, внимательно глядя на меня.

– Ладно-ладно. Достану я тебе это приглашение, – я понимающе вздохнул. – На следующей неделе жди.

Он меня полдня доставал фотографиями военной техники и все вздыхал, что никак не может уговорить родных на поездку в посвященный этим взрослым игрушкам музей. Родичи-де все время отговаривались отсутствием билетов в свободной продаже и необходимостью их предварительного заказа, желательно на группу. Ну откуда мне было знать, что этот самый музей находится под плотной опекой Громовых? Пока дошло, чертов Бестужев мне все нервы вымотал.

– Ага! – Леонид довольно потер руки. – Спасибо, Кирилл!

– Оставь свои восторги и ответь на мой вопрос наконец… – я махнул рукой. Ну, не рассказывать же ему об истинном положении дел и моем искреннем нежелании одалживаться у Громовых. А информация, которую зажал Леня, явно не из общедоступных, иначе бы он и не подумал торговаться. В общем, овчинка стоит выделки, на мой взгляд…

– Да-да. Так вот, шепоток этот мой батюшка услышал на приеме у Томилиных. Тридцатого младшей дочери наследника двенадцать лет исполнилось… Вот они и устроили ей «домашний» выход в свет.

Томилины? Значит, Ирина Михайловна, так? Или все же… Мало, очень мало информации.

– А от кого он это услышал-то?

– Кирилл, ну что ты как маленький, честное слово… – нарочито поморщился Леонид, явно копируя кого-то из взрослых. Впрочем… кого еще он мог копировать, как не обожаемого батюшку. Старший Бестужев для младшего, кажется, бо-ольшой авторитет.

– Не крути, сын дипломата! Отвечай четко, ясно и без кривляний!

– Есть отвечать четко, ясно и без кривляний, – изобразил стойку «смирно» Леонид и неожиданно вздохнул. – Ну, не знаю я, Кирилл. Там же народу было – под полтысячи приглашенных… А учитывая, что такая информация проверяется в Герольдии на раз, никто не стал бы открыто светить свое авторство. Зачем ему… или ей… такой конфуз?

– Поня-атно, – разочарованно протянул я. – Значит, определить, кто именно запустил слух на приеме, не получится.

– Пф, – отмахнулся Бестужев. – Можно подумать, тебе так важно это знать. Среди своих-то, поди, проще болтуна найти. Вон хотя бы тех же кузин… ой.

Тут Леонид словно споткнулся и вдруг стал убийственно серьезным.

– Приношу свои извинения, Кирилл Николаевич, я не должен был позволять себе лезть в дела вашей родни.

– Ты белены объелся? Сойди с трибуны, сын дипломата, – я было отмахнулся, но Бестужев только упрямо покачал головой. Чертовы традиции! Пришлось соответствовать. – Я принимаю ваши извинения, Леонид Валентинович.

– Вот и ладушки, – тут же ухмыльнулся, как ни в чем не бывало, Бестужев. – Так когда, говоришь, билеты будут?

Ну, дите дитем…

Да, беседа с Леонидом оказалась весьма показательным примером отношений в здешнем боярском обществе. Оплатить услугу деньгами – дурной тон, а вот отдариться «борзыми щенками» – совсем другое дело.

Я не стал тянуть время и сразу после обеда стал названивать дядьке. А что? Насколько я знаю, Федор Георгиевич мало того что руководит фактически всей экономической составляющей рода, а это, между прочим, огромный военный концерн, так он еще и фанатик тяжелого вооружения, не меньший, чем Бестужев-младший, и лично курирует дела музея, так что к кому и обращаться за теми самыми «борзыми щенками», как не к нему. Да и к кому еще я мог бы обратиться? К деду, что ли? Ну на фиг. Вот с кем-кем, а с этим монстром я вообще не желаю пересекаться. Пока. К тому же даже если отставить в сторону тот факт, что боярин Громов находится на почетном втором месте в моем «черном списке», просить что-то у этого хапуги – глупость несусветная. Даже такую мелочь. Он же за это идиотское приглашение с меня последние штаны снимет… и я ему еще должен останусь. В общем, не пойдет.

Можно было бы обратиться к Гдовицкому, но… в конечном итоге он сам почти наверняка решит этот вопрос через все того же наследника рода. А я опять же буду должен. Нет, понятно, что долг образуется, как ни крути и к кому ни обратись. Но лучше уж быть чуть-чуть обязанным вполне вменяемому дяде Федору, чем должником начальника службы безопасности. Опять же Гдовицкой состоит на службе у боярина Громова, и мне совсем не климатит перспектива в один прекрасный момент получить от деда напоминание вроде: «А помнишь, Володя тебе помогал… вот и ты теперь НАМ помоги»…

Стоп… Я покрутил так и эдак пришедшую мне в голову мысль и усмехнулся. Почему бы и нет? Я, конечно, не актер больших и малых академических театров, как приснопамятный Жорж Милославский, но с такой ролью должен справиться. А значит, вдох-выдох – и… поехали.

– Добрый день, Федор Георгиевич, – еле успев стереть улыбку с лица, кивнул я появившемуся на экране моего старого браслета наследнику.

– Хм. Ты меня еще господином Громовым назови, – фыркнул тот, откладывая в сторону ручку. Ну да, дед вроде как опять встал в строй и дядька тут же сбежал к любимой работе, с радостным визгом сдав пост главы рода обратно батюшке. Вот и сегодня, судя по размытому фону за спиной, дядька заседает в офисе. – Здравствуй, Кирилл. Поздравляю с новосельем. Видел я запись Владимира Александровича, уютный домик ты себе подобрал… мне понравился. Я прямо так девчонкам и сказал.

– О, благодарю, – кивнул я, мысленно хмыкнув. Намек понятен. Кажется, Ирине Михайловне скоро придется вводить новую статью расходов в домашнюю бухгалтерию и выделять под нее средства из бюджета. Розги-то штука недолговечная…

– Как дела, как гимназия? – поинтересовался Громов.

– Дела, замечательно. С гимназией… – я чуть-чуть запнулся и тут же договорил: – Тоже все в порядке.

– М-да? – недоверчиво хмыкнул мой собеседник. – Точно?

– Точно-точно, – закивал я, но, заметив, как нахмурился дядька, остановился и, вильнув взглядом, нехотя протянул: – Ну-у, есть, конечно, кое-какие шероховатости, но я с ними справлюсь.

– Кирилл, – помолчав, заговорил наследник, проникновенно глядя на меня. – Я понимаю, что ты теперь человек самостоятельный, взрослый и хочешь решать все свои проблемы сам. Это похвально и достойно уважения. Но… не забывай, что помимо знаний и умений, для принятия правильных решений зачастую необходим опыт. И поверь мне, если ты сомневаешься в чем-то или просто не знаешь, как поступить, спросить совета у старших не зазорно. В любом возрасте… Понимаешь?

– М-м, да… – я задумчиво глянул на серьезную физиономию собеседника и кивнул. – Понимаю.