Чтение онлайн

Его бледное лицо залила краска. Глаза нервно бегали, то опускаясь, то глядя в лицо Джоанны. Пальцы сильно сжали колени.

— Пит?

— Привет, Джоанна. Ты проснулась? То есть…

— Нет. Я все еще вижу сон. Пит, как ты? С тобой все в порядке?

— Да. Отлично, — лицо Пита при этом стало еще немного краснее. — Твоя мама говорит, что ты скоро поправишься.

— Она говорит это четыреста раз в день, — Джоанна изобразила на лице муку и закатила глаза. Только ими она сейчас и могла двигать, не испытывая при этом боли. — Так что это больше похоже на ложь.

Пит не сводил с нее глаз.

— А тебя хорошенько потрепало, а?

Джоанна сухо усмехнулась. И это сразу отозвалось болью в сломанных ребрах.

— Хороший вопрос, Пит. Еще будут какие-нибудь?

Пит не ответил. Некоторое время они сделали в полной тишине. Пит теребил бриллиантовый гвоздь, торчащий в ухе, и по-прежнему смотрел на Джоанну, у которой появилось ощущение, что он чего-то ждет от нее.

В конце концов, Пит нарушил молчание.

— Ты не хочешь спросить меня о Дексе? — в голосе Пита явно слышались гнев и осуждение.

«Что это со мной? — взволновалась Джоанна. — Действительно, почему я не спросила его о Дексе? Может, под действием этих отвратительных лекарств? Или я теряю рассудок? А может, я пытаюсь таким образом стереть воспоминания о той ночи?»

— В общем, Декс погиб, не выдержав, закричал Пит и вскочил на ноги. На его лице было написано отвращение. — Декс погиб, Джоанна. У него не получился фокус. Он погиб той ночью. А ты даже не соизволила спросить меня о нем.

Несколько дней спустя Джоанну пришла навестить Мэри. Или это было в тот же самый день? Джоанна потеряла счет времени и даже не пыталась за ним следить.

— Ш-ш-ш. Я принесла тебе кое-что, — прошептала Мэри, пытаясь что-то откопать в своей большой мягкой сумке, которую она всюду таскала с собой.

— Мне нравится твоя прическа, — сказал подруге Джоанна.

— Моя прическа? Я даже сегодня, не расчесывалась, — отшутилась Мэри, продолжая рыться в своей сумке. — А, вот.

Мэри бросила взгляд на дверь, чтобы удостовериться, что никто не войдет.

Джоанна посмеялась над ее скрытностью.

— Мэри, смилуйся, что там у тебя?

Мэри протянула подруге «Сникерс».

— Скорее прячь его.

— «Сникерс»? Мэри… я ранена!

— Просто спрячь его, — настаивала Мэри, пока они не отняли его. Я подумала, что сейчас как раз то время, когда ты не будешь следить за фигурой.

— Очень полезный презент, — буркнула Джоанна, пряча сладость под простыню.

Сначала подружки болтали весело и непринужденно, но вскоре темы для обсуждения иссякли, разговор стал нескладным, какими-то урывками. Они обе осознали, что у них стало гораздо меньше общего, о чем можно было бы поговорить. Ведь они уже не ходят в одну и ту же школу, не имеют общих друзей.

Они поговорили о переломах Джоанны, о том, как переживает случившееся с ней ее мама, о занятиях Мэри и о парне, с которым она познакомилась в торговом пассаже.

Пит рассказал мне … о Дексе, — совсем некстати сообщила Мери. Это прозвучало так, как будто эта фраза давно вертелась у нее на языке.

— Да, — откликнулась Джоанна и подалась вперед, чтобы поправить штангу, к которой все еще была прикреплена лодыжка.

— Тебе … тебе, наверное, сейчас так тяжело, — Мэри посмотрела прямо в глаза подруги, надеясь найти в них честный ответ.

Да. Нууу… — Джоанна не знала, что надеется услышать от нее Мери, и не понимала, почему она смотрит на нее так выжидающе.

Молчание стало невыносимо тягостным.

— Жаль, что я не чувствую себя лучше, — невпопад произнесла Джоанна, чтобы хоть чем-нибудь заполнить тишину.

А? Что ты сказала? — переспросила Мери, удивленная услышанной репликой.

— Я говорю, это ужасно. Когда Пит сказал мне, что Декс погиб, в первое мгновение я подумала о том, что теперь мне не придется выяснять с ним отношения и объяснять, почему нам нужно расстаться.

У Мери отвисла челюсть.

— Ты серьезно? Неужели это была первая мысль, которая пришла тебе в голову, когда ты услышала о смерти Декса?

«Ой! Кажется, я зашла слишком далеко. Нет надобности быть такой честной. Надо вести себя осторожнее. Мне следовало бы помнить, что это может шокировать Мери. В известной степени это шокировало и меня тоже».

— Ты действительно совсем ничего не почувствовала? — спросила Мери, ерзая на неудобном маленьком стульчике и нервно теребя руками складки матерчатой сумки.

— Я думаю, этого не стоит скрывать, — ответила Джоанна, чувствуя, как на нее снова наваливается усталость и испытывая только одно желание, чтобы Мери наконец-то ушла.

— Ой…

— Понимаешь, иногда мне кажется, что у меня все атрофировалось: и тело, и разум, и чувства. Видимо, это из-за болеутоляющих препаратов. Оценить то, что произошло, в полной мере я смогу позже. Я уверена в этом.

Мери смотрела на Джоанну почти с тем же выражением лица, которое было у Пита.

— Да, я знаю, это звучит немного жестоко, но… — начала было Джоанна, однако не закончила фразу, решив, что больше не будет ни перед кем оправдываться.

«В конце концов, мои чувства — это мое личное дело, — подумала она про себя. — Я не обязана отчитываться о них ни перед Мери, ни перед Питом, ни перед кем-либо еще. И потом, я единственный человек, кто видел, как погиб Декс. Я одна была свидетельницей того ужаса, который испытал Декс, когда почувствовал неминуемую гибель. Этого кошмара мне хватит на всю оставшуюся жизнь».