Чтение онлайн

— Не дрейфь, чародей! Ничего не произошло. Я ничего делать не намерен…

— Хотя стопроцентной гарантии нет…

— Да. Не стони! Мы друзья, а потому ты можешь ничего не опасаться! Мы — мужчины, в нашей мужской компании можем делать что пожелаем.

Во мне пробудились подозрения. В последнюю фразу можно было вложить много всяких смыслов.

— Например?

— Ну объедаться мороженым, сахарной ватой, пирожками, конфетами. Таскаться по ярмаркам и бродячим циркам. Вообще валять дурака.

— Я вышел из этого возраста, — сказал я.

— Гермиона говорила мне обратное.

— Что? Она это говорила?

— Первое, что она о тебе рассказала, Браул.

— Быть не может! Чтобы она…

— Ладно, я наврал. Но мне кажется, ты действительно валяешь дурака. Я о тебе слышал. В обществе о Брауле Невергоре бродят нелицеприятные слухи.

Вот так. Этот сопляк уже вращается в обществе, где мне то и дело перемывают косточки.

Печально, но, кажется, я настолько оторвался от реальности, что упустил из виду последние тенденции.

— Ладно. Хватит обо мне!

— Вот именно, — подхватил Тристан. — Пора взяться за дело. Я голоден. Я хочу развлекаться! Кстати, где твоя лаборатория?

— Неважно. Тебе туда входить запрещено. Это второй категоричный запрет после жабы.

— Ты невыносимо скучен, Браул. Каким ты был ребенком?

— Старался не огорчать окружающих и не убивать в них веру, что дети — цветы жизни.

— Чего?

— Куда бы ты хотел пойти?

— Не знаю. Подумай сам. Ты взрослый, поэтому твоя задача — всячески меня развлекать, — сказал Тристан.

Я вздохнул, понимая, что попал в ловушку. И все из-за своего бескорыстного и доброго сердца. Оно постоянно выходит мне боком, а потому надо в срочном порядке пересмотреть свою альтруистическую политику. Заметили, мизантропам живется намного легче в этом мире!

Первым делом я заставил Профитроля-младшего привести в порядок свой внешний вид. Мальчишка сопротивлялся, но недолго и в конце концов вернул иллюзию на место, вновь сделавшись богато одетым отпрыском богатых родителей.

Увидев, что получилось, я скептически причмокнул. Лично мне его прилизанные соломенные волосы внушали отвращение. Теперь он походил уже не на хорька, а на гусеницу, которая проводит жизнь за пожиранием сочной листвы. Однако лишь в таком виде Тристана можно было вывести наружу, не опасаясь истерики со стороны блюстителей нравов.

И тут же юный герцог мне отомстил.

— Мы пойдем пешком. Обожаю ходить пешком!

Оставалось плотно сжать зубы. Подпрыгивая, Тристан тащился рядом. Как все подростки, в свои годы он еще не овладел искусством медленного и чинного фланирования. И как всякий неугомонный попрыгун, действовал мне, взрослому, на нервы, потому что фланировать медленно и чинно я умел довольно хорошо.

Прохожие за пределами Радужной улицы взирали на нас с умилением. Причину умиления я понял не сразу. Оказалось, они принимали нас за папашу и сыночка и, должно быть, думали, что мы образцовая семья. Вот так новость! Неужели можно отыскать в нас что-то похожее? Обливаясь холодным потом, я попробовал представить, что когда-нибудь я буду вот так же разгуливать по Мигонии со своим собственным отпрыском. Или даже не одним. Не-эт! Это почище любого ночного кошмара! Сначала спеленаться узами брака, а потом окружить себя кровожадными монстрами, своими уменьшенными копиями? Никогда! Браула Невергора они не получат.

Пока я грезил страшными видениями, Тристан Профитроль сумел отделиться от меня и уже разговаривал с каким-то шпановатым мальчишкой, по виду сыном сапожника. Очевидно, эти двое неплохо понимали друг друга. Сын сапожника показывал крупные лошадиные зубы, а юный герцог демонстрировал свои, острые, полученные магическим путем.

Не знаю, чем бы закончилось это непринужденное общение между двумя слоями общества: дракой или совместной оргией выбивания стекол. Я не стал дожидаться развязки. Схватил Тристана за руку и поволок дальше.

— Тебе не пристало общаться с подобными субъектами, — прошипел я. — Ты — сын герцога Профитроля!

— Не хочу быть сыном герцога, — пробурчал Тристан. — Это скучно. За двенадцать лет я в этом убедился!

— Ладно. Тогда будешь зеленщиком. Но осваивать новую специальность начнешь, только когда мы расстанемся. — Я развил спринтерскую скорость, — Я в ответе за тебя перед Гермионой, ее мамашей, ее тетушкой и далее по восходящей. Вплоть до твоего родителя!

— Подумаешь! А вот у меня много знакомых среди уличных мальчишек.

— Много? Когда ж ты успел?

— Во время своих странствий.

— А, это когда ты убегал? Как сегодня от извозчика?

— А ты не такой дурак, каким тебя описывала Гермиона.

— Кажется, Гермиона напрашивается на большую взбучку!

— Слушай, можно мне посмотреть, как ты будешь ее взбучивать?

Я ощерился:

— Это зрелище не для детей.

Что из этого понял или не понял Тристан, осталось загадкой — он промолчал. Несколько минут подрастающий чародей позволял вести себя, но потом сердито вырвал свою руку из моей. Дескать, он уже достаточно взрослый. Я ответил, что и вести себя надо, как положено взрослому. Предсказуемой реакцией было громкое кошачье фырканье.

Когда впереди показался ресторан, Тристан незамедлительно заныл, что его внутренности источают горечь и стоны, означающие последнюю стадию голода.

Пришлось тащить «умирающего» Профитроля-младшего обедать. Мне и самому требовалось основательно подкрепиться, ибо мои мозги, я чувствовал, порядком усохли и напоминали сушеное яблоко.

После хлеба всегда идут зрелища. Набив брюхо сластями и мороженым, Тристан сказал, что хочет посетить Ярмарку Десяти Чудес. По его словам, он всегда ходит туда с кем-нибудь из слуг и наслаждается диковинками. Я поглядел на мальчишку искоса, давая понять, что Ярмарка — не место для высокородных наследников, но Тристан тут же спросил, что с моим лицом и не пучит ли у меня живот. Вот так легко он отбивал не только мои словесные атаки, но и мимические. Вскоре стало ясно, что это герцогский отпрыск выгуливает меня, а не наоборот. Это я был маленьким мальчиком, который со всех ног бежит за громадным мастиффом и из последних сил цепляется за поводок. А мастиффу что? Ему бы утолить свои собачьи прихоти, на своего поводыря он плевать хотел. Точно так же поступил со мной Тристан.