Брак без расчета

Patricia HORST, 1971

Хорст П.

Х79 Брак без расчета: Роман / Переводчик с англ.: Л. В. Кутумова

М.: Издательский Дом "Панорама", 2004. – 192 с.

Панорама романов о любви, № 04-095

ISBN 5-7024-1761-5

Оригинал: Кэтрин Спэнсер "Мой нежный цветок " (ЛР № 1062) (Catherine Spencer "Constantino's Pregnant Bride", 2003)

Она не знала толком, ни чем он занимается, ни кто его родственники, и, тем не менее, согласилась выйти за него замуж. Потому что ждала от него ребенка. Но в стране, откуда он был родом и куда ей предстояло отправиться, царили отнюдь не европейские традиции и обычаи и не все близкие мужа жаждали встретить новоявленную родственницу с распростертыми объятиями. И только тогда, преодолевая козни недругов и собственные сомнения, они поняли, что всеми их действиями руководит отнюдь не расчет, как они полагали вначале, а искренняя любовь друг к другу…

12 марта 1971 года, 21.30. Модерн арт гэллери.

– Эрика, поздравляю, небывалый успех!

– Мисс Феррмонт, вы настоящая деловая женщина. Я в восторге от вашего профессионализма и чутья.

– Эрика, дорогая, дай-ка я тебя поцелую! Ты просто молодчина!

– Девочка моя, вот это потрясающая удача! Где тебе удалось откопать такой талант? Какая самобытность, какой взгляд на действительность! Поистине современная живопись!

– Эрика, думаю, доходами от этой выставки нам удастся покрыть все долги. Куда только деньги будем складывать? Ты молодец, сестренка!

Молодая женщина с копной ярко-рыжих волос повернулась к тому, кто произнес последние слова, – тихо, на ухо, так чтобы слышала только она, – и ослепительно улыбнулась. Кузен и партнер Майкл Парсонс протягивал ей высокий бокал со светло-золотистой пузырящейся жидкостью.

– Майки, дорогой, – радостно произнесла Эрика, принимая шампанское и поздравление, – ты даже не представляешь, как я счастлива! Перри – несомненный талант, и я горда, что мы смогли помочь ему. Но в общем ты прав, дорогой. С финансовой стороны наш успех несомненный. Долги мы точно покроем и прибыль, пожалуй, получим немалую. Ко мне уже подходили двое заинтересованных в покупке…

– Мисс Феррмонт, позвольте выразить восхищение вашей находкой. – Седовласый господин лет шестидесяти прервал негромкую беседу компаньонов. – Перри Сестон будет, без сомнения, самым громким открытием года. – Мистер Уорден слегка повернулся к сопровождающему его мужчине и произнес: – Разрешите представить вам сеньора Алехандро Миландро, моего делового партнера из Перу. Он глубоко впечатлен талантом художника и хотел бы обговорить с вами условия приобретения некоторых его произведений. Сеньор Миландро – мисс Эрика Феррмонт и мистер Майкл Парсонс, владельцы этой замечательной галереи.

Миландро почтительно поцеловал руку высокой рыжеволосой женщины и обменялся рукопожатием с ее компаньоном.

– Господа, поверьте, ваш художественный вкус вызывает во мне глубокое почтение и восхищение. И, если не возражаете, мне бы хотелось обсудить возможную покупку прямо сегодня. Я улетаю завтра на рассвете!

– Благодарю вас, мистер Миландро, за добрые слова, и, конечно, мы поговорим сегодня же, – приветливо улыбаясь, ответила Эрика. – Через пятнадцать минут начнется банкет, прошу почтить его своим присутствием. А обсудить сделку мы сможем, скажем, через час, если вам это подходит. В приемной на третьем этаже.

– В любое удобное для вас время, – с полупоклоном произнес южноамериканский гость и отошел со своим пожилым спутником к выставленным картинам.

Эрика взбежала на третий, офисный этаж "Модерн арт гэллери", не замечая здоровающихся с ней людей, распахнула дверь приемной и направилась мимо секретарши в кабинет.

– Мисс Феррмонт, вас ожидает посети… – Это было все, что успела выговорить пожилая миссис Кэрридж до того, как Эрика захлопнула за собой дверь.

Только здесь, оказавшись наконец в одиночестве, она позволила себе расслабиться. Официальная улыбка моментально слетела с губ, а из глаз потекли слезы. Прислонившись к двери, Эрика невидяще уставилась в окно на зеленый, залитый летним солнцем Монреаль. Дверь балкона была приоткрыта, и легкий ветерок трепал занавески, принося с собой легкий аромат цветущих роз. Чудесный день, полный тепла и радости, но для Эрики он казался самым несчастным, самым мрачным в ее жизни.

Полно, полно, сказала она себе, надо утереть слезы и успокоиться. От плача пока еще никому никакой пользы не было. Нужно взять себя в руки, сесть в кресло и все обдумать. Пока мною правят одни эмоции. А ситуация требует хладнокровного, трезвого обдумывания. Надо принять решение и построить дальнейшие жизненные планы с учетом новых обстоятельств. Но мысли невольно возвращались к выставке Перри Сестона, прошедшей почти три месяца назад. И к мужчине, с которым совершенно случайно она встретилась на ней… Эрика так ясно видела его, будто все это случилось только вчера. Будто всего сутки прошли с того мгновения, как он притянул ее к себе и показал, что такое настоящая страсть. Они провели вместе не более полутора часов, но сколько неожиданных, совершенно восхитительных чувств разбудил в ней мужчина, проявивший к ней отнюдь не случайный интерес. Увы, выяснилось, что это только казалось…

Резкий, нетерпеливый стук в дверь прервал ее печальные воспоминания. Спустя мгновение, не дожидаясь ответа, ее деловой партнер, двоюродный брат и лучший друг, вошел в кабинет.

– Эрика, я видел, как ты зашла к себе. С тобой… все в порядке? Ты странно выглядишь.

Комментарий Майкла был довольно сдержанный. Ее припухшие от слез глаза, размазанная по щекам тушь и покрасневший от плача нос говорили сами за себя. И Эрика, отвлекшаяся было от неприятностей дня сегодняшнего, погрузившись в воспоминания о двенадцатом марта, снова разрыдалась, услышав участливый тон кузена.

Майкл плотнее закрыл дверь, опасаясь, что звук ее отчаянного плача просочится в приемную, и подскочил к Эрике.

– Малышка, ты пугаешь меня. Последний раз я видел тебя в таком состоянии, когда мы лет в пять ходили на "Белоснежку".

Мисс Феррмонт подошла к своему столу, плюхнулась в кресло и, всхлипывая, простонала:

– Прости, Майки, я совершенно не планировала лить слезы. Все в полном порядке. – И тут же снова разрыдалась, не в состоянии справиться с эмоциями.

Майкл присел на ручку ее кресла, погладил по рыжим волосам и тихо произнес: