Чтение онлайн

— Большая часть перечисленных вами законов уже давно устарели и утратили свою силу! — наконец, спустя пару минут звенящей тишины установившейся в зале суда, подал голос председатель Магического Совета.

— То, что большая часть озвученных мною законов несколько устарели — соглашусь. — кивнул Виктор своему визави, — Вот только никто их не отменял. А если закон установленный государством и королем не был отменен — он считается действующим. Посему, советую вам поскорее начать сушить сухари и готовить теплые вещи. Кто знает, куда королевский суд определит каждого из вас, мои ни разу не уважаемые государственные изменники.

— Да это фарс какой-то! — фыркнула в ответ Уртир Милкович.

— Это не фарс! Это закон! А закон един для всех! — ударив кулаками по кафедре, за которой он выступал, с такой силой, что последняя разлетелась в щепки, произнес ледяным тоном Виктор — все же возможность частичного преобразования в черта и мрачного жнеца позволяли порой весьма неслабо удивить неподготовленного к подобному человека. Вот и сейчас одни из сильнейших магов королевства, считавшие, что перед ними распинается какой-то "С"-уровневый слабак, оказались абсолютно не готовы получить столь жесткий ответ. Причем жесткий, что в плане слов, что в плане физической силы и ментального воздействия. Разнести вдребезги дубовую кафедру — это еще куда ни шло, но вот заставить взбледнуть одним тоном своего голоса — это был уже показатель совершенно иного уровня. Вот только присутствовавшие в зале проекции никак не могли побледнеть, а считавшие себя наиболее могущественными магами, пусть и не в плане личной силы, вряд ли признались бы кому бы то ни было, что испугались.

Вновь наступившую в зале тишину прервали хлопки в ладоши. Джерар, расплывшись в улыбке, молча рукоплескал человеку столь изящно макнувшему этих, возомнивших о себе невесть что стариков, лицом в грязь. Он и сам в своих мечтах уже не один раз убивал всех этих старых маразматиков сотнями способов, но предпринять что-либо в реальной жизни даже не помышлял — все же для осуществления его плана требовалось, чтобы в совете находились именно такие — старые, самоуверенные и трясущиеся за свои жизни и положение отбросы. Возможно, когда-то все они были весьма неплохими боевыми магами, но за десятки лет проведенных в составе совета они превратились в настоящих политиков, а политика во все времена была настолько грязной вещью, что даже самые достойные, попав в нее, со временем превращались в лицемеров и лжецов.

— Один-один, господин Ред! Один-один! — все же рассмеялся Джерар.

— Ты не прав, Джерар. Два-ноль в мою пользу. Все же предоставленные мною доказательства подтверждают, что в Ошибане мы действовали в соответствии с приказами командира городской королевской стражи, и все расходы брал на себя город в его лице.

— Ну я же вам уже не единожды говорил, что меня зовут Зигрейн. — с хорошо слышимой обидой в голосе, покачал головой маг.

— Да. Извини. Все время забываю, что ты шифруешься от своих коллег, Джерар. — сделав серьезное лицо, повинился Виктор. — Впредь постараюсь запомнить, что здесь ты именуешь себя Зигрейн, а не Джерар.

— Уж сделай милость. — вновь рассмеялся тот.

— Ну так что, граждане государственные изменники, будем звать рунных рыцарей и писать чистосердечные признания или будем говорить?

— Чего ты хочешь? — буквально проскрежетал зубами председатель совета.

— Для начала — оплаты за уничтоженного демона. Мы не подряжались работать королевскими магами. Мы гильдейские маги. А это значит, что работаем за вознаграждение, а не за зарплату. Люди мы не жадные, так что стандартной платы в пятнадцать миллионов вполне хватит. Затем — компенсацию морального ущерба, который вы нанесли моей сестре, выдвинув против нее кучу надуманных обвинений и заставив провести в кандалах почти пять дней. Полагаю, одного миллиона за каждый день заточения будет для вас достаточно, чтобы в будущем не совершать подобных ошибок.

— Это наглый шантаж! — выкрикнул один из магов совета.

— Конечно! — расплылся в улыбке Виктор, — А чего вы еще ожидали? Но я еще не закончил. Все же я не хочу, чтобы у вас сложилось обо мне мнение, как о беспринципной меркантильной сволочи. Поэтому, третьим условием будет предоставление находящейся здесь Уртир Милкович засекреченных сведений о том, как именно ее отняли у ее матери и почему Ур Милкович, когда она вернулась забрать свое дитя, было сказано, что ее дочь скончалась. Полагаю, ей будет интересно узнать, кто именно виновен в том, что ей пришлось расти в качестве лабораторной мыши без материнской любви и заботы. Кстати, предупреждаю сразу, у меня имеется дневник одного из уже почивших лаборантов из той веселой компании, что ставили опыты на одаренных детях. Так вот, среди прочего в нем весьма детально описано именно это событие. И я не сомневаюсь, что если после ознакомления с предоставленной Советом информацией и данным дневником у госпожи Милкович возникнут вопросы о несоответствии предоставленных ей данных, она сможет найти кого стереть в порошок, чтобы добраться до правды.

— Зачем тебе это надо? — поинтересовалась со своего места Уртир, внимательно наблюдая за оказавшимся весьма непростым человеком красноволосым магом.

— Скажем так, у меня имеются собственные интересы в том, чтобы вы узнали всю правду.

— Это и так понятно.

— А раз понятно, зачем спрашивать? — расплылся в улыбке Виктор.

— Наглец! — хмыкнула Уртир.

— Сочту это за комплимент! — слегка поклонился в сторону девушки Виктор. — И может кто-нибудь, наконец, отдаст приказ снять с моей младшей сестры кандалы?

Покинув пределы цитадели Магического Совета, Виктор в двух словах, но во все горло проорал, что именно он думает об обитателях сего замка и закончив свой демарш международным жестом из согнутой в локте правой руки, с чувством глубокого морального удовлетворения направился в сторону столицы. Конечно, можно было сразу достать из пространственного кармана крыло и подхватив Эльзу, рвануть в гильдию, но, во-первых, раз уж он оказался столь близко к Крокусу, стоило воспользоваться моментом и наведаться как минимум к паре тройке знакомых артефакторов, а во-вторых, ему было страшно. Он так и не смог для себя решить, как именно ему выкручиваться из сложившейся с Мирой и Каной ситуации, чтобы не обидеть ни одну из этих дорогих ему девушек.

— О чем задумался, братец? — подхватив его под руку, поинтересовалась довольная жизнью Эльза. — Что-то ты не сильно походишь на человека только что умудрившегося развести Совет на два десятка миллионов драгоценных, да еще и преподнести это так, будто оказываешь им этим самым услугу.

— К черту этот Совет. — отмахнулся Виктор, — По моей шкале проблем они находятся едва ли не на последнем месте.

— И что же тебя гложет на сей раз? Опять узнал о скором пробуждении какого-нибудь демона?

— Если бы все было так легко. — тяжело вздохнул Виктор. — Я не знаю, как мне смотреть в глаза Мире, не знаю, что мне делать с Каной, и как вообще выпутываться из сложившейся ситуации.

— А что ты успел с ними натворить!? — немало удивилась Эльза. — Ты же после возвращения в гильдию только и успел, что пару дней проваляться болезным у Миры дома.

— Они тебе не рассказывали?

— Никто ничего мне не рассказывал.

— Если кратко, то Кана призналась Мире, что влюбилась в меня и не может без меня жить.