Чтение онлайн

– Сразу идти писать? – вскочил на ноги поощренный сын.

– Нет. Вначале мы эту вот штуковину разместим в безопасном месте…

– Разве ты ее не в мастерской станешь разбирать?

– Ни в коем случае. Вдруг здесь и в самом деле метка, по которой шабен вновь создаст переходной тоннель в Пятый слой? И устроит нам в Пещере тридцатиметровую воронку? Ха! Нетушки! Волочем ее вон туда и подвешиваем между тех вон скал, на высоте трех метров. Ну и мостки удобные соорудим, чтобы спрыгнуть всегда можно было… А уже потом спокойно продолжите носить бамбук и закладывать окна второго уровня.

– Тэ-э! А-а? – недоумевал Чернявый, напоминая о послании. Писать он тоже умел, хотя буквы у него получались огромные и страшные.

– Послания написать, как и грамотно их упаковать, мы девочек попросим. А правильный текст – мама составит. Ну а Булат отправится в кузню и распластает нужные пластинки железа.

Раздав всем задания, Семен в предвкушении потер ладони и склонился над трофеем. Некоторые перспективы ближайшего будущего ему виделись весьма оптимистическими.

Вначале искореженный трансформатор отнесли на выбранное Семеном место. Затем он, вооружившись подручными инструментами, взялся за разборку устройства, а парней отослал за веревками и нужными жердями для помоста.

Еще через час они подняли трофей на задуманную высоту. Пообедали, после чего продолжили прерванные работы. Отец копался в ценнейшей для него куче металла, а сыновья таскали бамбук.

Уже после третьей спарки изрядно измученный Дим предложил другу:

– Давай предложим бате помощь?

Дождавшись неуверенного кивка, устремился к торчащим из массива скалам.

– Помощь профессионалов не нужна?

Семен оглянулся, скептически осмотрел переминающуюся парочку и вдруг согласился:

– Да, можно сказать, что нужна. – После чего жестом указал на разобранные части устройства. – Всмотритесь в каждую деталь внимательно. Причем не основным зрением, а тем, которое вам помогает заметить опасность или что-то странное. Или когда вы в полной темноте видите пятна теплокровных животных. Надо отыскать метку, хотя ее может и не быть.

Подобные умения ребята осознали в себе и развивали от самого рождения. Причем человек превосходил пса по умениям в большинстве из них и в количестве троекратном. Но опять-таки никакой четкой градации у него по уровням шабена составить не получалось. Все вразнобой, шиворот-навыворот, а порой и вообще не поддавалось классификации. Например: для чего может служить умение потрогать ствол живого дерева и узнать, сколько ему лет? Или: зачем человеку уметь ускорять образование кристаллов соли в перенасыщенном соляном растворе? Именно и только соли?

У дочерей и младшего сына умения вообще не поддавались квалификации, скорей всего будучи пригодны только для Эфира. Да они чаще всего и не проявлялись, что, по мнению матери, зависело от не изученных еще и непонятых окружающих факторов. Но над изучением и опознанием тех самых умений работали скрупулезно и ежедневно, пытаясь свести все это в некие таблицы, графики и списки.

Так что ребята отнеслись к заданию отца с особым усердием и с тщательно скрываемым удовольствием. Всё же лучше думать головой, чем наращивать мозоли на тяжелой работе. Внимательно осмотрели детали, несколько раз и с разного расстояния. Потом стали это делать с закрытыми глазами, отрешившись от всех внешних раздражителей. Именно так удавалось на охоте выследить, обнаружить, подстеречь самую пугливую и самую лакомую дичь.

Не прошло и десяти минут, как оба вполне уверенно указали на плотный моток медной проволоки со стальным стержнем внутри.

– Хм! Проволока вряд ли может нести на себе метку. А вот сердечник… – бормотал Семен. – Вполне может стоять особая метка, хотя бы мастера-изготовителя. Но почему я ничего не вижу?..

Через некоторое время он позвал супругу для подобных же определений. И она ничего не отыскала. Прибывшие на помощь дочери потратили на поиски четверть часа, но тоже указали правильно на часть с меткой. Хотя и делали это с некоторой неуверенностью. И только Булат сразу ткнул пальцем в стальной сердечник, уверенно заявив:

– Там внутри инородный кусочек металла. Он и выглядит как особая метка.

Впервые на младшего в семье посмотрели не просто с любовью или восторгом, но и с явным уважением. Да и с надеждой. Коль он в десять лет в чем-то оказался на голову выше всех, то что из него получится, когда он вырастет?

Но пока малый явно не зазнавался и просто спокойно ждал, какие вопросы последуют дальше. Вот отец и спросил:

– Какого цвета этот кусочек? Какого размера и какой формы?

– Цвет серебристый. Форма цилиндрик. Размер вот такой…

И он пальцами показал толщину и длину цилиндра.

– Хм, чуть тоньше, чем гильза от пистолетного патрона… А присмотрись-ка, сынок, может эта метка являться сплавом металла и того хрусталя, который я достаю из четвертого слоя?

– Так и есть. И как раз на крапинках этого хрусталя и закреплена метка.

– А убрать ты смог бы эту метку?

– Не знаю, – засомневался ребенок. – Вот если бы этот кусочек в руках подержать…

– Хорошо! Пока все – по своим делам, я сам продолжу разборку. Для меня эта проволока – невероятный подарок, так что все равно сматывать буду. Да, ребята, помогите вот это все отложенное в сторону отнести в мастерскую.

Но прежде чем все подхватили разобранные детали трансформатора, Люссия протянула мужу три послания, тщательно упакованные в непромокаемые пузыри и защищенные стальными пластинками:

– Я свои метки поставила. Ставь и ты!

Пока тот колдовал с навешиванием издалека видимых знаков, мать и младшего сына поощрила к действию:

– А ты сможешь свою особую метку поставить? Смотри, как мы это делаем…

Как только Булат стал возиться с одной из посылок, его сестры сразу заревновали: