Чтение онлайн

— Нет. Не слабо, — ответил Лёха. — Только я уже ответил за то, что совершил. Я лишился всего. Эпично провалил и отношения, и бизнес. Карина… — брат усмехнулся грустно. — Карина любит тебя. Не меня. Во мне она любила только твою тень и протянутую руку помощи. Как спасательный круг. Когда тонешь, жить без него не можешь. А на берегу он не нужен. Только если бы не моя подстава, я бы ей даже в качестве спасательного круга был не нужен.

— Тебе самому не противно было подставлять её так низко?

— Мне от себя тошно. И я не думал, что Карина так резко отреагирует на расставание с тобой. Я же не верил, что она сильно в тебя влюблена. Не верил, понимаешь? Многие пары распадаются, сходятся с другими и строят крепкие семьи.

— Ты поступил, как подлец, Лёха.

— Знаю. Я думал, что устроил всего лишь бурю в стакане воды.

— Только ты забыл, что и в стакане можно утонуть.

Лёха в ответ на мои слова усмехнулся, опять начал разглядывать снимок УЗИ, улыбаясь.

— Я хочу позвонить Карине. Можно?

— Ты спрашиваешь у меня разрешения? — удивился я. — С чего бы?

— С того, что для меня всё кончено. Я не хотел это признавать. Но сегодня понял окончательно. Твоя Рин относится ко мне сейчас как в другу или к брату. Нет ничего из того, что было, — Лёха вздохнул. — Признаю, что я эпично провалил всё. Карина не останется со мной, как с любимым мужчиной. Я могу надеяться только на то, что она разрешит мне участвовать в жизни ребёнка.

Я был удивлён. Впервые разговаривал с братом так долго и открыто. Без масок, так сказала бы Карина.

У меня с души свалился огромный камень. Не только потому, что Лёха признал окончательное поражение и, можно сказать, отказался от претензий на мою Рин в качестве её мужчины.

Лёха — мой младший брат. После разрыва с Рин я не поддерживал с ним связи, кидал денежные подачки и дежурно поздравлял с праздниками парой строк, отправленных через социальные сети.

Я общался с ним даже меньше, чем раньше. Нарочно держался на расстоянии. Отдалял родную кровь. Избегал единственного родного человека.

Это всегда больно. Как ни отрицай и ни возводи границы, где-то внутри колет счастливыми воспоминаниями из детства, больно режет картинами прошлых семейных посиделок и давит осознанием потери того, единственно ценного, что стоит беречь. Семья…

После разговора с Лёхой я почувствовал облегчение, как будто вернулся в дом, где мы жили с родителями много лет.

— Я хочу позвонить Карине, — повторил Лёха.

— Лучше поговорить не по телефону, — покачал я головой. — И нам нужно кое-что решить.

— Что?

— К зеркалу подойди и сразу поймёшь, что именно. Ты наркотой закидываешься, Лёха. Какой из тебя отец? — с нажимом спросил я.

— Думаешь, что я плотно сижу? Нет, только когда накатывает.

— Все торчки так говорят! — жёстко заявил я. — Абсолютно все. Ты не исключение. Нужно разобраться с твоим увлечением таблетками. Это первое условие.

— Условий будет несколько?

— Да. И ты, если только хочешь общаться с моей Рин и со своим ребёнком, будешь выполнять их. Я выставляю тебе условия только потому, что хочу оградить Рин от всякого дерьма. По нашей вине на неё свалилось слишком многое. По твоей вине, в особенности. И ты будешь последним кретином, если не захочешь покончить со своим гибельным увлечением.

— Хорошо, — не колеблясь, ответил Лёша.

— Значит, я отправлю тебя в клинику. Я хочу быть уверен, что твои мозги прочищены от всякой дряни.

— Ладно. Это не займёт долго времени, потому что я не заядлый наркоман. Но кажется, это не единственное условие, да?

— Нет. Не единственное. Ты связался не с теми людьми, Лёха. Они не остановятся ни перед чем. В случае, если ты опять накосячишь, не будет играть никакой роли то, что я договорился о неприкосновенности Рин. Теперь у них появится ещё один инструмент давления — твой ребёнок.

— Ни за что! — взбеленился Лёша.

— Я говорю только то, о чём знаю. Хочешь, чтобы ребёнок рос спокойно? Тогда откажись от своего клуба.

— Я вложил в него много сил и денег. Тебе ли не знать, да? — усмехнулся Лёша. — Но я хочу сохранить хоть что-то между мной и Кариной. Хочу, чтобы это была дочка, — Лёша погладил снимок пальцами.

— Ты не сможешь просто так съехать с договорённости и показать тем серьёзным ребятам на дверь.

— Как быть?

— Тебе придётся отдать клуб почти даром. Только такая жирная компенсация покажется существенной за то, что ты решил отойти от дел.

— Ввязался на свою голову, — вздохнул младший брат.

— Нужно было спросить совет.

— А ты бы подсказал? — усмехнулся Лёха.

— Не знаю, — честно ответил я. — Скорее всего, сказал бы, чтобы ты не лез к тем, кто тебе не по зубам.

— И я наперекор полез бы на рожон.

— Пора взрослеть, Лёха, — я кивнул в сторону снимка УЗИ. — Ты же не хочешь быть хреновым папашей?

— Не хочу, — согласился брат и вдруг озадачился. — Я лишусь клуба. У меня не будет ничего…

— Ошибаешься. У тебя будет семья и поддержка близких. Это дорогого стоит. При любых начинаниях.

45. Карина

Я ждала реакции мужчин на снимок УЗИ, оставленный на столе кухни.

Немного переживала, как бы мужчины снова ни сцепились в драке. Но я не могу быть вечным камнем преткновения, как и не могу стать примиряющей стороной против их воли.

Они оба — взрослые и сильные мужчины. Я хочу верить, что наше общее прошлое их хоть чему-нибудь научило.

Я вернулась на съёмную квартиру. Занималась обычными делами весь день и держала телефон возле себя.

Я ждала весточки или звонка от одного из братьев. Но вместо этого приходили только сообщения автоматических рассылок о распродажах или прочий рекламный спам.