Чтение онлайн

Какой голос и особенно подход. Произнесённые с хрипотцой слова возбуждали похлеще крепких грудей, прижавшихся к плечу, и горячего обжигающего дыхания. Хороша чертовка! Дёмка забился в свою скорлупку, думаю, он не обидится, если я заменю его на время. Переворачиваю Машу на спину и начинаю медленно целовать роскошную грудь при полном её одобрении.

– Он отбыл в Тамбовскую губернию вчера днём, – докладывает Пахом, который взял на себя слежку за Уваровым. – По словам прислуги, господа офицеры получили отпуск. А их товарищ, который сейчас в госпитале, упал с лошади и расшибся. Когда офицер вернётся, неизвестно, но думаю к концу холодов должен. Им же ещё в столицу возвращаться, а значит, поедут по снегу. Не дураки же они по распутице кататься.

Сижу и обдумываю сказанное Пахомом. Вообще-то, мы по официальной версии пьём чай с изумительной выпечкой от Степаниды, но на самом деле обсуждаем сложившуюся ситуацию. Порадовался, что ближники отнеслись к проблеме спокойно и оставили решение за мной. Я атаман, а их дело выполнять приказы. Ещё я с удивлением узнал, что на Дон и в армию казаки возвращаться не хотят. Их нынешняя жизнь вполне устраивает и о завтрашнем дне никто задумываться не собирается. Вылазку против разбойников они восприняли как разминку или поход за зипунами. В общем, ребята наслаждаются жизнью и иного не хотят.

– Если нет возможности перехватить Семёна по дороге, значит, нужен свой человек в московском доме. Пахом, давай бери всё на себя, договорись с привратником или охмури служанку, но как этот упырь вернётся, я должен знать. Далее работаем в прежнем порядке и не дёргаемся. Главное, надо подготовить дежурные припасы, чтобы мы могли уйти в любой момент.

Здесь казаки меня полностью поддержали. Решили собрать часть вещей и оружия, а также небольшой запас круп с вяленым мясом. Также в конюшне отложили несколько мешков с овсом. Боевые кони не люди и требуют особого питания с уходом. Не кормиться же им травой из-под снега. Главное, чтобы нас не застали со спущенными штанами где-нибудь в городе. В госпиталь теперь мы ходили, вооружённые до зубов, и страховали друг друга. Один человек всегда оставался в доме, а двое обеспечивали моё прикрытие.

Маша сразу почувствовала перемену, но пока не задавала вопросов. Док тоже был не дурак и разговор с ним состоялся буквально на следующий день. После обеда решил заскочить к нему в кабинет и разъяснить ситуацию.

– Здесь полное описание, как я вижу работу будущего фармацевтического завода, – передаю доку стопку бумаг, над которыми корпел целый день. – Сумму, которая вам положена, мы давно обговорили и её хватит на пять таких заводов. Срочно договаривайтесь с будущим управляющим, хотел бы сам с ним побеседовать. Не берите никого в компаньоны и работайте исключительно самостоятельно. Вы уже стали немалой величиной в медицинских кругах. Думаю, через годик ваш авторитет вырастет в несколько раз. Новые лекарства и методики вы можете спокойно применять в госпитале, пациенты против точно не будут. Тем более что это безопасно.

– Всё так плохо, Дмитрий? Не думал, что наше парт-нёрство так быстро закончится.

– Ещё ничего не ясно, – усмехаюсь на специфическое для моего времени понятие. – Так сложились обстоятельства. Возможно, нам придётся быстро покинуть Москву. По нашим деньгам следующая ситуация. Тащить их с собой глупо. Я также набросал несколько вариантов вложения золота. Но здесь лучше не торопиться. Внимательно изучите мои записи. Посоветуйтесь со знающими людьми и только потом принимайте решение. Но я склоняюсь к открытию банка или подобной структуры. Другой вопрос, как вы будете совмещать работу в госпитале, управление заводом и ещё банком. Второй вариант – это строительство пассажа по типу большого закрытого рынка, но с отменной организацией и товарами для богатых и обеспеченных москвичей. Не золотое дно, но если подмазать кого надо, то можно зарабатывать неплохие деньги.

Делаю небольшой перерыв и допиваю чай. Шафонский молчит, но смотрит на меня с возрастающим недоумением.

– Третий способ – это строительство доходных домов и гостиниц для простой публики. Не для нищих, калик перехожих и прочей сволочи. Москву ежедневно посещает огромное количество купцов, мелких торговцев и зажиточных крестьян. Если построить гостиницу по типу караван-сарая ещё и с грамотной охраной, своим трактиром, магазинами, кабинетами для переговоров, то постепенно народ это оценит. Доходные дома будут предназначены для чистой, но не особо состоятельной публики. Жилья в городе не хватает, опять-таки возникает вопрос безопасности и комфорта. Если дома будут под охраной, а в наличии дрова и вода, то комнаты не будут пустовать. При каждом доме можно организовать небольшой трактир, который будет кормить жильцов со скидкой. Есть ещё несколько мыслей, но они менее рентабельны.

Под конец моей речи у дока чуть челюсть не упала от удивления. Я принципиально не хотел вкладываться в производство, за исключением лекарств, в которых Шафонский разбирается. Всё остальное – это финансы и сдача помещений в аренду. С банком могли возникнуть трудности и там бы потребовался толковый управляющий. С пассажем и доходными домами гораздо легче. И нам же не нужна прибыль завтра. Это долговременные инвестиции, которые в любом случае окупятся.

– Мне с трудом удалось понять половину из сказанного вами, – улыбнулся Афанасий Филимонович. – Но сразу скажу, что финансы меня не прельщают. И вообще, открытие банка – дело серьёзное, которое потребует огромных усилий, не только финансовых. Не рекомендую вам лезть в это дело. А вот крытый рынок, который вы назвали пассажем, весьма интересная затея. У меня есть добрый знакомый купец второй гильдии. С ним можно обсудить детали. Я когда-то вылечил его дочь, поэтому он не предаст и не растрезвонит о вашей затее. Некоторые люди умеют быть благодарными, хотя они и редкость. Могу завтра организовать встречу с Кириллом Никифоровичем.

Быстро обдумываю ситуацию. Насчёт банка док прав, там только я бы смог создать нормально работающее предприятие. Другой вопрос, что без реальной поддержки сверху просто отожмут и заморачиваться не станут. А вот пассаж дело более простое, хотя и геморроя там хватает. Вменяемый купец, с которым можно обсудить детали, точно не будет лишним. По зданию решил не мелочиться и сделать сразу аналог ЦУМа, но этажа в три. После дарования вольности дворянству предыдущим монархом в Москву стали возвращаться многие представители знатных родов. Город сейчас находился в стадии экономического и культурного подъёма. Всюду идёт строительство, и вообще, деловая активность за последние десять лет выросла в несколько раз. Думаю, дворяне, а в первую очередь их жёны, оценят удобство нового места, где будут сосредоточены лавки со всеми товарами, ещё и пара кафе с ресторанами, пока здесь неизвестными. На входе строгий фейсконтроль, внутри тепло, светло и десятки магазинов. Ещё и к общепиту надо будет подойти грамотно. Может, не сразу, но оценят. Женщины уж точно.

– Решено, – хлопаю ладонью по столу, – зовите завтра вашего купца. Надо обсудить много чего. Если дело реальное, то нужен участок, хороший архитектор и расположение властей. Вы вхожи во многие дома и лечите высокопоставленных офицеров, значит, с протекцией будет полегче. В любом случае нам не обойтись без знающего человека, а лучше нескольких. Только сразу уясните, никаких компаньонов. Дело должно принадлежать одному человеку и им же контролироваться. В ближайшие дни напишу подробный план с инструкциями, которые вам надо будет детально разобрать и выучить.

– Я же не торговец или купец, Дмитрий, – растерянно произнёс Шафонский. – Вы слишком много от меня хотите. Думаю, следует вызвать письмом моего брата. Он человек более грамотный в делах управления. Ещё и кристально честен. Его вынудили уволиться из Коммерц-коллегии, где он мешал важным людям проделывать свои делишки. Николай жутко обиделся, порвал с госслужбой и сейчас живёт в нашем родовом поместье в Соснице. Но там нет особых перспектив, мы не особо богатая фамилия. Супруга его писала, что брат сильно скучает и хиреет на глазах. А здесь он будет весьма полезен и в своей среде. Хотя сразу предупреждаю, характер у Николая Филимоновича непростой, но человек он порядочный и дисциплинированный.