Чтение онлайн

По центру Меркул, справа Серса, слева Хорт.

— Нам туда! — указал Сорем на пятиметровую статую Меркула.

Дорн немного притормозил и окинул взглядом искусно выполненное изваяние.

Скульптор постарался изобразить это божество максимально похожим на человека. На плечи накинуто свободное одеяние в виде жреческого балахона. Вместо пояса веревка. На лице круглая маска с очертаниями Гуаса, в правой руке свиток, левая приподнята вверх и указывает куда-то вдаль.

Еще раз по достоинству оценив работу скульптора, молодой воин поспешил вслед за своими старшими товарищами.

Жреца по имени Рабар нашли не сразу.

При входе в сам храм дядя Сорем отделился от толпы паломников, оставив там Марка и Дорна, и направился в дальний угол огромного зала, где за длинным каменным столом жрецы принимали артефакты от поисковиков.

Выстоял там небольшую очередь к дежурному жрецу, и почти за бесценок продал ему миниатюрный походный светильник. Таких светильников было несколько в каждом наборе туриста из лаборатории профессора, и тот ради общего дела решил пожертвовать одним из них.

Идеальное состояние артефакта, и то, что поисковик, совершенно не торгуясь, продал его храму за один полновесный грот, настроили жреца на добродушный лад. Этим и воспользовался Сорем, спросив у него, как поживает Рабар.

— Он меня меняет через час… а что? — добродушие из глаз жреца начало быстро улетучиваться. — У тебя к нему какое-то дело?

— Нет-нет! — поспешно выставил перед собою ладони Сорем. — В прошлый раз я сдавал ему некий артефакт, и хотелось бы узнать… разобрались ли, что это такое? Вдруг еще найду такой?

Лицо жреца сразу же изменилось и он ответил строго:

— Мы такую информацию не даем! Если найдешь что-то ценное, тащи сюда, получай деньги, а дальше уже не твоя забота.

Сорем отошел в сторону, растворился в толпе и, незаметно пробравшись к своим, стал ждать, время от времени посматривая в сторону стола со жрецами.

К паломникам вышел проповедник и, взобравшись на постамент, начал говорить о том, что такое истина, и какое зло раньше творилось на планете, пока с неба не сошли Меркул, Серса, и Хорт.

Примерно через час этого проповедника сменил другой, и тот начал говорить о том, какие пороки привели к полной гибели Древних, и главное — теперь не повторять их ошибок, и Тарсон при помощи служителей культа Меркула очищает себя от скверны.

Марк коснулся руки Сорема и незаметно кивнул в сторону жреца, которому тот продал артефакт час назад. Его уже сменил другой. Этот был худой, как жердь, на котором жреческий балахон висел, как на пугале. По всей видимости, это и был тот самый Рабар. Описание деда совпадало полностью.

Теперь надо как-то умудриться дать почитать ему короткое письмо от Самола. Письмо действительно было коротким, всего одна строка, начертанная на маленьком клочке бумаги какими-то закорючками, в которых не смог разобраться ни Марк, ни Дорн, ни сам Сорем.

— Дай мне письмо, — тихо, чтобы не слышали окружающие, попросил Марк у Сорема.

Не поворачивая головы, дядя незаметно всунул в руку племяннику клочок бумаги.

Марк тут же начал выбираться из толпы в сторону стола с Рабаром.

Не доходя до стола метров десять, он встал у стены и распустил лямки своего рюкзака. Запустив туда обе руки, оборвал с записки лишнюю бумагу и получившуюся после этого полоску зажал между указательным и средним пальцем, а другой конец записки, заправил за плотно прилегающий к запястью рукав.

Проковырявшись во внутренностях рюкзака с минуту, Марк вытащил на свет испорченного дрона, того самого, что Лютый постоянно таскал с собой в надежде когда-нибудь починить.

Подойдя к Рабару, Марк выложил перед ним прибор и тихо спросил:

— Рабар?

Тот кивнул и с вопросом в глазах посмотрел на следопыта.

Не давая ему ответить, Марк, делая вид, что показывает жрецу прибор, шепнул:

— Послание от Самола, — сказав это, он развернул ладонь и, держа в обеих руках прибор, поднес его к лицу Рабара.

Марк увидел, что тот прочитал, но ни один мускул не дрогнул на лице жреца.

Отодвинув от себя руку следопыта, он отрицательно мотнул головой и выкрикнул голосом полным негодования:

— Сколько раз я говорил, не таскать сюда такую рухлядь! Склады уже забиты этим мусором под завязку…

— Так я же… — обиженно хлопнул глазами Марк, подыгрывая жрецу, — я же не продавать! Я в дар! Вдруг вам пригодится.

— В пасть болотному юду такие дары! — возмущенно воскликнул Жрец, но тем не менее прибор забрал и бросил его в отдельно стоящую коробку.

Решив, что разговор окончен, Марк прихватил рюкзак и, не оглядываясь на Дорна и Сорема, пошел на выход.

Они встретились у паромной переправы.

— Он прочитал записку? — первым делом спросил Сорем.

— Да, — коротко ответил Марк.

— Что он ответил?

— Послал в пасть к болотному юду.

Сорем на мгновение замер, а затем широко улыбнулся и кивнул.

— Пойдем, я знаю, куда он тебя послал.

Таверна под названием «Пьяный Юд» находилась в том же самом поселке, где дядя Марка лишил жизни дебошира Клешню.

Их встретил хозяин таверны, и стало понятно, почему ее назвали именно так.

Он был тощ, под два метра ростом, и немного пьян. Его круглая голова на тонкой шее неуловимо напоминала болотного хищника.