Чтение онлайн

Мэри была уверена, что Малькольм снова повторит попытку взять то, в чем она отказала ему. Если он не получит этого, то возьмет силой, горе, если она будет сопротивляться. Прошлой ночью наследник замка Ратвен показал свое истинное лицо. Мэри по-настоящему опасалась за свою жизнь, и мрачные предсказания ученика кузнеца напугали ее еще сильнее. Но возможно, не все еще было потеряно, и грозной судьбы можно избежать.

Как все молодые женщины из дворян, Мэри была приучена к исполнению долга. Даже если ей не нравилось, что ее отправили на чужбину, она бы вышла замуж за Малькольма Ратвена, чтобы исполнить желание семьи и сохранить честь дома Эгтонов.

Но никто, ни ее отец, ни кто-либо еще на этом свете не мог потребовать от нее оставаться здесь, если ее жизни угрожала опасность. Мэри не будет жертвовать своей жизнью только для того, чтобы угодить своей семье.

Храброе решение созрело в ней.

Перевод знаков, которые обнаружили Квентин и сэр Вальтер на саркофаге Роберта Брюса, оказался не таким уж легким занятием, как показалось сначала. Каждый из знаков имел много значений, да и порядок их был совершенно не ясен. Почти целый день они пытались обнаружить взаимосвязь между рунами, но ничего не добились. Уже не раз сэр Вальтер жалел, что с ними нет его старого друга и учителя Гэнсвика. Он наверняка помог бы им разобраться в этой задаче.

Через два дня Гэнсвик будет погребен на старинном кладбище Эдинбурга в непосредственном соседстве с тем художниками и учеными, которыми он сам восхищался при жизни. Сэр Вальтер знал, что это обрадовало бы профессора, но не могло утешить его самого. У него ныла душа от пустоты, возникшей со смертью Гэнсвика, боль не прекращалась, а убийцы тем временем разгуливали на свободе. Констебли изо всех сил старались выследить их, но доверие сэра Вальтера к блюстителям закона сильно пошатнулось за последнее время.

Разве не обещал инспектор Деллард, что они будут в безопасности в Эдинбурге? Что сектанты не посмеют сунуться в большие города? Однажды он ошибся, и в сознании сэра Вальтера укрепилась мысль, что он сам должен разгадать загадку. Слишком многое стояло на кону, и, кроме него, похоже, никто не желал видеть взаимосвязи между таинственными происшествиями. Чем больше он и Квентин узнавали подробностей, тем сложнее становился клубок интриг, суеверия, обманов и преступлений. Но сэр Вальтер чувствовал, что они уже близки к разгадке этой тайны.

— Начнем еще раз, — предложил он, пока задумчиво смотрел на исписанные знаками рун листы бумаги, разложенные перед ним на столе. — Этот знак мы точно знаем — это руна меча, которая доминирует над всеми остальными. Та руна, которую мы нашли на торцовой стороне саркофага, означает «общество» или «братство» и должна обозначать саму секту.

— В этих мы тоже должны быть в некотором роде уверены, — сказал Квентин и указал на два других символа. — Этот знак обозначает «круг». Другой означает галльское слово «cairn», что значит «скала» или «камень».

— Или собрание камней, — задумчиво предположил сэр Вальтер.

— Дядя! — воскликнул Квентин. — А не говорил ли ты, что вот эта руна означает «совершенство» и «выполнение»?

— Куда ты клонишь?

— Ну, — замямлил Квентин, находящийся теперь в состоянии крайнего волнения, — я думаю, что во многих древних культурах геометрическая форма круга имела значение высшего совершенства.

— И что из этого?

— Возможно, — с триумфом продолжил Квентин, — эту руну нужно читать вместе с двумя остальными и она означает не что иное, как круг камней, о котором мы прочитали в библиотеке.

Сэр Вальтер взглянул на Квентина так внимательно, что вся его эйфория иссякла.

— Это лишь теория, дядя, — осторожно добавил он, и пожал плечами. — Наверняка я что-то просмотрел, что тебе уже давно известно.

— Ни в коей мере, — возразил сэр Вальтер, — ты неправильно истолковал мой взгляд, мальчик мой. Я восхищен твоим острым умом.

— Действительно?

— Воистину. Ты совершенно прав, это единственная комбинация, у которой действительно есть смысл: братство рун в круге камней.

— Спрашивается только, что означают остальные восемь знаков.

— Вот эта руна означает событие, — подвел итог сэр Вальтер, — а та — зло или угрозу, как мы уже выяснили.

— Вероятно, нужно эти знаки также объединить между собой, — предположил Квентин. — Вероятно, имеется в виду неприятное событие. Опасная ситуация.

— Я вижу, мой мальчик, что ты гораздо более ловок, чем я, в разгадывании старинных загадок. Ну, давай, действуй дальше. Мы почти подошли к раскрытию тайны. Я чувствую это.

— Может быть все, что угодно, — пробормотал Квентин. — Возможно, предостережение. Своего рода анафема, которой наделили могилу короля.

Сэр Вальтер вздохнул.

— Как часто мне нужно еще говорить тебе, мальчик? Во всех загадках, которые вертятся вокруг этого братства, речь всегда идет о человеке из плоти и крови. Не существовало в тот промежуток времени сведущего в колдовстве мага, и никто из правителей не был свергнут каким-то заклятием. История вершится людьми, Квентин. Обыкновенными смертными, как ты и я.

— Пожалуй, скорее такими, как ты, — ответил Квентин смущенно. — Мне-то памятник не поставят. В этом я уверен. Ты — совсем другое дело.

— О, мальчик, — сэр Вальтер покачал головой. — Ты опять все выдумываешь. Если меня в ходе работы осенит идея, то я с полной уверенностью положусь на тебя, чтобы….

Пока говорил сэр Вальтер, взгляд Квентина упал случайно на секретер, где лежала корреспонденция, на которую нужно было ответить. Моментально черты его лица прояснились. — Мне кажется, я кое-что понял, — перебил он дядю.