Чтение онлайн

— Ты этого хочешь?

Квентин смущенно поглядел в пол и покачал головой.

— Тогда я тоже не отошлю тебя обратно, — пообещал сэр Вальтер решительно.

— Но разве ты не сказал…?

— Возможно, Джонатан был самым талантливым студентом, который когда-либо состоял у меня на службе, и я признаю, что его смерть оставила большую пустоту в моем сердце. Но ты, Квентин, мой племянник! Уже поэтому ты навсегда занимаешь прочное место в моем сердце.

— Даже если я хожу по жизни с закрытыми глазами?

— Даже тогда, — заверил его сэр Вальтер и засмеялся. — Кроме того, тебе не следует забывать, что именно ты увидел руну меча. Без твоей улики мы бы никогда не вышли на след тайны.

— Вероятно, и тайны-то никакой не существует. Инспектор Деллард сказал, что мое открытие никак не связано с убийством Джонатана и пожаром в библиотеке.

— Это он говорит, — вмешался сэр Вальтер. — Но когда он говорил, в его глазах светилось нечто, что мне серьезно не понравилось. Если бы я не знал, что инспектор Деллард надежный и лояльный государственный служащий, я бы сказал, что он обманул нас.

— Что он обманул нас? — Лицо Квентина моментально вспыхнуло.

— Что он, по крайней мере, что-то от нас утаил, — немножко смягчил утверждение сэр Вальтер. — В обоих случаях разумнее всего, если мы продолжим расследования на наш страх и риск. Инспектор Деллард, кажется, не расположен к сотрудничеству.

— А если он прав в своих предостережениях? Если действительно продолжать дальнейшие расследования опасно?

Взгляд, который сэр Вальтер бросил на своего юного подопечного, содержал порыв юношеской бесшабашности и жажды приключений, которые хозяин Абботсфорда не растерял и по сей день.

— Тогда, мой дорогой племянник, — ответил он с глубоким убеждением, — мы сумеем за себя постоять. Однако я гораздо больше склонен признать, что наш достопочтенный инспектор хотел нас лишь припугнуть. Он хочет сам проводить расследование и не желает, чтобы старый взбалмошный шотландец заставлял его открывать карты.

— Ты так считаешь?

— Его вряд ли ждет успех, — сказал сэр Вальтер с улыбкой, отправляясь снова в путь по узкой главной улице, ведущей в Келсо.

— Что мы теперь предпримем? — спросил Квентин.

— Мы отправимся к аббату Эндрю и попросим его уделить нам время. Может так оказаться, что он лучше Делларда знает, как приступить к руническому знаку, — как-никак его нашли у него в библиотеке. И возможно, он сумеет оценить союз с нами.

— Ты все еще убежден, что руна — ключ ко всему?

— Да, это так, мой мальчик, хотя я не могу точно сказать тебе, почему мне так кажется. С одной стороны, на мой взгляд, здесь встретилось слишком много совпадений, с другой — у меня непреодолимое ощущение, что за всем этим скрывается гораздо больше того, чем пока показалось на поверхности.

Квентин не осмеливался задавать новые вопросы. Вся история, начиная со смерти Джонатана до обнаружения руны меча, была для него ужасна и заставляла биться от волнения его юное сердце. Одна часть его, и не малая, ничего не имела бы против, если бы дядя отправил его обратно в Эдинбург. Другая же, и, как утверждал сам сэр Вальтер, здесь проявлялось наследие семьи Скоттов, подталкивала его к тому, чтобы остаться рядом с дядей и всячески помогать ему при расследованиях. Весьма своеобразная гамма чувств из жажды приключений и страха поселилась в сердце Квентина.

Они шли по главной улице в сторону церкви, к которой примыкало небольшое строение.

Там жило только несколько премонстратенских монахов, и их жилище было незаметным и скромным. Каждый из братьев ордена обитал в узкой, скудно обставленной келье; для собраний служила зала с колоннами, рядом с которой находилась трапезная, в которой монахи по обыкновению принимали пищу. Маленький монастырский садик, где выращивали овощи, картошку и травы, обеспечивал их основными продуктами питания; кроме того, герцог Роксбургский регулярно велел закалывать для них корову или свинью.

Квентин уже частенько бывал в библиотеке, но сам монастырь он посетил впервые. Странный священный трепет охватил его, когда они постучали в тяжелые входные ворота. С гулким грохотом ворота открылись, и появилось сморщенное лицо маленького монаха, которого Квентин знал как брата Патрика.

Сэр Вальтер вежливо попросил извинить их за вторжение и спросил, можно ли поговорить с аббатом Эндрю. Брат Патрик кивнул, позволил войти обоим посетителям и попросил их обождать в маленьком холле.

Квентин мял вспотевшими руками свой цилиндр, который вежливо снял, и посмотрел наверх на богато украшенное резьбой деревянное панно, расположенное над входом. Кажущийся снаружи скорее бедным, этот дом ничем не выдавал наличия такой роскоши.

— Потолок — одна из тех немногих вещей, которые сумело сохранить Драйбургское аббатство, — пояснил сэр Вальтер, который заметил удивление Квентина. — Если ты внимательно посмотришь, то увидишь во многих местах следы реставрации. Англичане не очень-то почтительно обошлись со старинным аббатством.

Квентин кивнул головой. Он вспомнил, что рассказывал ему дядя о кровавых событиях во время движения Реформации. В 1544 году англичанин Сомерсет напал со своим войском на юг Шотландии, и три долгих года по земле неслась волна пожарищ. Драйбургское аббатство пало жертвой ее разрушительной ярости еще в первый год войны, и с тех пор так и не было восстановлено. Гордые руины на севере тоже напоминали о прежнем великолепии.

В галерее раздались приближающиеся шаги, и показался аббат Эндрю. Его аскетическое лицо вытянулось в приветливой улыбке, когда он увидел Скотта и его племянника.

— Сэр Вальтер, какая приятная неожиданность. И молодой мастер Квентин с вами.

— Здравствуйте, аббат Эндрю, — сказал Скотт, он и его племянник поклонились. — Будет ли наш визит вам приятен, нужно обождать.

— Я вижу, вас что-то гнетет, друг мой. В чем дело? Могу ли я помочь вам?

— Честно говоря, именно на это мы и надеемся, достопочтенный аббат. Можете ли вы уделить нам немного вашего драгоценного времени?