Чтение онлайн

— В прошлом месяце. Разве это не странно? Столетия никто не интересовался этой комнатой, а теперь сразу все один за другим.

— Действительно. И эти люди хотели также получить именно ключ от этой комнаты?

— Верно. Но они не получили его, так же, как и вы.

— Понимаю, — сказал сэр Вальтер. — Благодарю вас, друг мой. Вы нам очень помогли. — С этими словами он развернулся и схватил Квентина за рукав, чтобы увести его прочь.

— Ты слышал? — зашипел Квентин на него, когда они снова оказались в подвале и могли быть уверены, что никто не подслушивает за ними. — Комната закрыта уже несколько столетий. Значит, запретные документы хранятся там. Возможно, они имеют что-то общее с руной или братством.

— Возможно, — ответил на это сэр Вальтер.

— И эти люди, которые пару недель назад приходили в библиотеку, явно были приверженцами секты. Они тоже хотели получить доступ в комнату, но куратор отказал им.

— Может быть.

— Может быть? Но дядя, все подтверждает это. Ты разве не слышал, что сказал о них библиотекарь? То, что это были мрачные типы?

— И из этого ты делаешь вывод, что это были сектанты?

— Нет, — смущенно ответил Квентин. — Но нам следует поговорить с куратором. Вполне вероятно, он может дать нам описание этих людей.

— Очень хорошо, племянник. И что дальше?

— Ну, да, — добавил Квентин немного тише, — тогда нам следует снова обратиться к комнате. Твое предположение, что именно там хранится интересующий нас документ, кажется очень правдоподобным.

— Так оно и есть. — Сэр Вальтер с триумфом ударил кулаком по пульту. — Если эти люди действительно хотели получить доступ в эту комнату, значит, там есть что искать. Вполне возможно, что мы наконец найдем существенные указания, которые помогут нам разгадать тайну руны меча и уничтожить это зловещее братство.

— Итак, мы не будет больше искать отрывок документа, о котором рассказывал профессор Гэнсвик?

— Нет, мой мальчик. Эта комната мне обещает гораздо больший успех, чем продолжение поиска иголки в стоге сена. Мы тут же пойдем поговорить к куратору. Возможно, он сумеет нам помочь в дальнейшем.

Однако это было не так. Куратор библиотеки не мог им помочь в дальнейшем. Квентину показалось даже больше, что он не хотел им помочь.

Хотя круглолицый человек с бакенбардами и постарался дать вежливую справку, однако было трудно не заметить, что он был напуган. Явно нервничая, он рассказал сэру Вальтеру и его племяннику ту же самую историю, которую они уже слышали: комната заперта много лет назад и дан строжайший приказ не открывать ее снова. Ключ от нее давно потерян, и конечно, запрещено ломать замок.

Сэр Вальтер предпринял некоторые попытки убедить его, но в итоге он должен был признать, что по части упорства встретил в лице куратора непревзойденного мастера. Куратор порекомендовал ему под конец обратиться в королевское ведомство по исследованиям и науке с официальным запросом, ответ на который может последовать через недели, а то и месяцы и к тому же с малой долей вероятности на успех.

По поводу мужчин, пытавшихся получить позволение войти в комнату, куратор тоже не мог дать им справку.

Где-то шесть недель назад к нему пришли двое мужчин, чей внешний облик и появление он охарактеризовал как «таинственные», тоже пытались получить ключ, но безусловно он отказал им в проникновений в запретную комнату. Так как они не назвали своих имен и куратор не мог вспомнить, как выглядели эти мужчины, сэру Вальтеру показалось бессмысленным продолжать задавать вопросы, стараясь выудить любую информацию.

После он и его племянник отправились обратно домой. Конечно, они могли продолжить просматривать собрание фрагментов в надежде натолкнуться на находку профессора Гэнсвика. Но эта вероятность, казалось, обещала мало успеха, теперь они знали, где находится истинное указание, которое могло бы привести к объяснению этого мистического случая.

— Чтобы открыть комнату по государственному разрешению, придется долго ждать, — постановил сэр Вальтер, когда они снова сидели в карете. — Поэтому я напишу письмо министру юстиции. Как председатель верховного суда я имею право устраивать расследования, если они способствуют раскрытию дела.

— Как ты думаешь, почему куратор не захотел помочь нам? — спросил Квентин.

Сэр Вальтер внимательно поглядел на племянника.

— Тебе не следует забывать, что в нашей семье я тот, кто задает риторические вопросы, — с улыбкой ответил он. — Ты знаешь ответ, иначе ты бы не задал его.

— Думаю, человек просто боялся. И причина этого, я полагаю, в тех людях, которые приходили до нас.

— Это может быть.

— Если эти люди действительно относятся к братству рун, то это доказывает, что профессор Гэнсвик прав: эта секта существует до сих пор и ее приверженцы, как и прежде, промышляют своими нечистыми делами.

— Нет, — возразил сэр Вальтер. — Это лишь доказывает, что кто-то интересуется теми же вопросами, что и мы. И то, что мне не следовало брать тебя с собой к профессору Гэнсвику. Он человек с большой фантазией, вот что тебе следует знать.

— Но разве ты не сам говорил, что братья рун…

— Мы имеем дело с бестолковыми людьми, — перебил его сэр Вальтер, — с политическими карьеристами, которые используют старые суеверия, чтобы замаскироваться и вселять страх в таких робких людей, как куратор. Но я отказываюсь верить, что эти братья рун, или как они себя там называют, состоят в союзе со сверхъестественными силами. Все, что они пока совершили, было ужасно: им вменяется в вину убийство, поджог и нарушение границ владений, причем они ничем не отличались от обычных преступников. Я отказываюсь верить в сверхъестественное, пока предлагаются такие малоубедительные доказательства. Под сектантами подразумеваются преступники, которые воспользовались старинными преданиями, чтобы создать вокруг себя ауру таинственности. Вот и все.

— Итак, инспектор Деллард, вероятно, тоже прав?

— По крайней мере, его теории кое в чем оказались верны. Но все же в одном он основательно ошибся.

— И в чем же?

— Он послал нас в Эдинбург, чтобы мы оставили в покое этих сектантов. Но очевидно, что они проворачивают свои делишки здесь так же точно, как и там, в Галашилсе. И это единственное, что действительно беспокоит меня, мой мальчик. Поэтому я хочу сам посодействовать тому, чтобы этих людей по возможности схватили раньше, чем они совершат очередное злодеяние.