Чтение онлайн

Обветренное лицо Малакса было изборождено мелкими морщинами. Красную клетчатую рубаху раздували гигантские мускулы. Огромные ручищи, скорее, походили на грабли.

— Уже давно, — голосу Эдди не хватало твердости, — я не имею никаких известий от Тони.

Глаза у старика были светло-голубые, а лицо излучало добродушие. Казалось, он улыбается всему Божьему свету, в котором нашел себе укромное местечко и, что бы ни случилось, ничто его не удивит и не выведет из равновесия.

— Он славный малый, — сказал старик.

— Да. Мне говорили, что он очень любит вашу дочь.

— Такой уж возраст!

— Я был очень рад, когда узнал, что они поженились, — продолжал Эдди.

Напротив него фермер раскачивался в кресле и мог достать бутылку, не поднимаясь.

— Этого всегда можно ожидать между мужчиной и женщиной.

— Не знаю, говорил ли вам Тони обо мне.

— Немного говорил. Вы, наверное, тот брат, что живет во Флориде?

Что Тони мог ему рассказать? Был ли он с тестем так же откровенен, как с женой? Говорил ли, чем занимаются братья Рико?

Казалось, Малакс не проявлял к нему недоверия. Безразличием это тоже нельзя назвать. Просто визит незнакомца с Юга нисколько не взволновал старика. Да и вряд ли что-нибудь могло его взволновать. Он построил свою жизнь так, как хотел, и полностью слился с той обстановкой, которую сам себе создал. Незнакомец переступает порог его дома, и он приглашает гостя выпить стопочку домашней водки. Для него это только повод выпить самому и перекинуться несколькими словами с новым человеком.

Глядя на старика, можно было подумать, что он не придает большого значения визиту Эдди.

— Мать написала мне, что Тони отказался от своей должности.

Эдди пустил пробный шар. Его интересовало, как будет реагировать Малакс. Если старик в курсе дела, он может иронически усмехнуться, услышав слово «должность».

Малакс и вправду усмехнулся, но без всякой иронии.

Усмешка была только в глазах. Лицо и губы не изменили выражения.

— Я проезжал поблизости и решил завернуть к вам.

Как бы в знак благодарности Малакс налил ему вторую стопку самогона, который обжигал горло.

Разговаривать с ним было куда труднее, чем с каким-нибудь шерифом или хозяином ночного клуба. Труднее еще и оттого, что Эдди плохо владел собой. Ему было немного стыдно, и он пытался это скрыть. Он чувствовал себя дряблым, слабым рядом с этой громадой, которая покачивалась перед его глазами.

А старик не спешил ему на помощь. Возможно, он делал это без всякой задней мысли. Люди, ведущие такую жизнь, как Малакс, не очень разговорчивы.

— Я подумал, что, если понадобится, я смог бы подыскать для Тони работу.

— Мне кажется, он один из тех, кто обходится своими силами.

— Тони очень способный механик. Еще мальчишкой он увлекался машинами.

— Да, за каких-нибудь три дня он пустил в ход старый грузовик, который давно валялся у меня среди другого железного хлама.

Эдди заставил себя улыбнуться.

— Это так похоже на Тони! Он оказал вам хорошую услугу.

— Ну, я просто подарил ему эту машину. Надо же было что-нибудь для него сделать. А в прошлом году я купил себе новую.

— И они уехали на грузовике?

Старик утвердительно кивнул.

— Это получилось для них очень удачно. Имея грузовик, такой человек, как мой брат, может заняться небольшим бизнесом.

— Так он и говорил.

Спрашивать о главном было еще рано.

— А ваша дочь? Кажется, ее зовут Нора?.. Она не побоялась?

— Чего?

— Бросить работу, Нью-Йорк, обеспеченную жизнь, чтобы отправиться куда глаза глядят!

Он сделал ударение на словах «куда глаза глядят», надеясь на реакцию, но ее не последовало.

— Нора уже достаточно взрослая. Три года назад, уезжая отсюда, она тоже не знала, что ее ждет. И я этого не знал, когда в шестнадцать лет покидал родную деревню.

— И она не боится трудностей?

Как фальшиво звучал его голос, даже для собственного слуха! Ему казалось, что он играет гнусную роль. Однако в интересах Тони он иначе поступить не мог.

— Какие это трудности! У моих родителей было восемнадцать душ детей, и до того дня, как я покинул отцовский дом, я никогда не видел белого хлеба. Даже не знал, что он существует. Нас всегда кормили ржаным хлебом, свеклой и картошкой, иной раз давали кусочек сала. Картошка с салом у них будет в любом случае.

— Тони не трус.

— Он славный малый.

— Я вот думаю, не было ли у него каких-нибудь планов, когда он приводил в порядок грузовик?

— Возможно, и были.

— В некоторых местах не хватает машин.

— Это верно.

— Особенно сейчас, когда собирают урожай.

Старик снова кивнул, подогревая свою стопку в широкой загорелой ладони.

— Во Флориде он сразу нашел бы клиентов. Там сейчас цветут гладиолусы.

И это ничего не дало. Нужно было идти более прямым путем.

— Они вам писали?

— С тех пор как уехали — нет.

— Как же это дочка не пишет отцу?

— Когда я уехал от родителей, я три года ничего не писал им. Прежде всего потому, что пришлось бы покупать марки. Да и писать было не о чем. За все время я послал им только два письма.

— И сын вам тоже не пишет?

— Который?

Эдди не знал, сколько их у него. Двое, трое?

— Тот, что работает в «Дженерал электрик». Тони рассказывал о нем матери. Кажется, это человек с большим будущим.