Чтение онлайн

– Торгпредство, - прошептал Алекс, чувствуя, как по спине его забегали мурашки.

– То же самое было и с гостиницей!
– с торжеством продолжал Нейв.
– За пребывание в отеле тоже заплатило Торгпредство. И за ее перелет из Лондона в Москву и обратно. Советская виза уже ждала ее в Лондоне, а ведь ты сам должен хорошо знать, что никто не может получить советскую визу в день обращения. Вся процедура с анкетой и прочим занимает минимум две недели.

Алекс глубоко вздохнул и обошел стол оперативного агента. На стене висела фотография четырех мужчин; в одном из них Алекс узнал самого Нейва, который выглядел гораздо более стройным, чем теперь. На лицах всех четверых было написано радостное облегчение. Мужчины окружали двух молодых парней испуганного вида. Под фотографией была сделанная от руки надпись: Бойс и Ли, Сокол и Снеговик. Январь 1977-го.

– А что твоя тетка скажет на это?
– спросил Нейв, вручая Алексу пачку фотокопий. Алекс быстро просмотрел глянцевые листки. На снимках были буквы и цифры, расположенные группами по пять или по четыре, и Алекс с недоумением посмотрел на сотрудника спецотдела.

– Микропленка, - пояснил Нейв.
– Мы извлекли ее из путеводителя по Кремлю, который был в багаже миссис Крамер. Шифр мы пока не раскололи, но это, без сомнения, просто вопрос времени.

– Книгу ей подарил Александр Колодный, - пробормотал Алекс.

– Не сомневаюсь, - ухмыльнулся Нейв.
– Спрашивается, что тебе еще нужно? Нина Крамер придерживается коммунистических убеждений, в пятидесятых годах она даже была под следствием, и вот теперь она тайком летит в Москву и встречается с одним из опаснейших разведчиков КГБ. Оттуда она привозит книгу, битком набитую шифрованной информацией, она лжет на каждом шагу, и ты еще утверждаешь, что она не виновна?!

Алекс покачал головой.

– Я считаю, что ее просто подставили.

– Кто?
– Нейв скептически посмотрел на него. Алекс подошел к окну и выглянул наружу. Внизу тускло блестели воды Анакосты. Между пустырем и помойкой, прикрытыми толстым слоем снега, гордо возвышалось массивное здание теплоэлектростанции, из трубы которой валил густой черный дым. Где-то совсем близко раздался печальный гудок позднего поезда.

Последние дни дались Алексу нелегко. Он был в Бонне, работая с западногерманской разведкой над пасьянсом, который помог бы ему заманить Дмитрия. Некое высокопоставленное лицо, известное своими связями с лидерами национальных меньшинств в ФРГ, должно было выйти на "Штази" - разведку Восточной Германии - и предложить ей секретные документы, касающиеся армянского националистического подполья в России. На эту наживку Дмитрий обязательно должен был клюнуть: несколькими месяцами раньше трое армян взорвали несколько бомб в Московском метро. Все они были арестованы, допрошены с пристрастием и расстреляны, однако имена их руководителей остались нераскрытыми.

Алекса вызвали к телефону во время одного из координационных совещаний. Звонила Клаудия, судя по голосу, она была на грани истерики. От нее Алекс узнал, что накануне вечером, после возвращения из Европы, Нину арестовали и что сегодня утром нью-йоркские газеты вышли с ее фотографиями на первых страницах. Целые развороты были посвящены разоблачению советской разведчицы, засланной в США пятьдесят лет назад. Один из заголовков гласил: "Красная" Нина была советской шпионкой".

Потрясенный, Алекс свернул заседание и туг же вылетел домой. Клаудия встретила его в аэропорту Кеннеди; маленькая Тоня осталась дома с бабушкой - мадам Беневенто. По дороге к городу она рассказала Алексу, что прокурор отказался выпустить Нину под залог, так как ее преступление относилось к категории "способных нанести ущерб государственной безопасности Соединенных Штатов".

В женской тюрьме они увидели Нину, которая стала похожа на привидение. Благодаря тому, что Алекс был сотрудником ЦРУ, им разрешили разговаривать в отдельной комнате. Нина не переставая плакала и ломала руки. Клаудия нежно обняла ее, и Нина постепенно пришла в себя. Понемногу она начала рассказывать о своей поездке в Москву, однако затем снова замолчала, скрючившись и замерев, словно бессловесный зародыш в материнской утробе. Кроме плача и невнятных слов, произнесенных по-русски, от нее ничего больше добиться не удалось. Глаза ее остекленели, а руки, сжатые в кулаки, тряслись. Когда Алекс попытался обнять ее, она вскрикнула и отвернулась к стене. Тогда он оставил с Ниной Клаудию, а сам вылетел в Вашингтон, чтобы встретиться с человеком, производившим ее арест.

Норман Нейв сказал ему, что ее билет и гостиница были оплачены Торгпредством, и Алекс догадался, что за этим стоит Дмитрий. Его изворотливый и хитрый брат без труда мог бы заплатить наличными или оставить ложный адрес, так, чтобы никто и никогда не узнал, откуда поступили деньги, однако он предпочел оставить неясный след, ведущий в Торгпредство. Он хотел, чтобы Алекс понял, чьих это рук дело. Оплаченный билет Нины был равносилен его подписи. Этот подлец решил нанести ему удар, уничтожив Нину.

Алекс повернулся к Нейву.

– Позволь мне задать несколько вопросов, - сказал он, с трудом удерживая себя в руках.

Нейв принялся набивать табаком большую пенковую трубку.

– Выкладывай, - лениво проговорил он. "Словно в кино", - подумал Алекс, глядя на его самодовольную рожу.

– Как к тебе попали московские фотографии?

– Это секретная информация.

Одним прыжком Алекс оказался рядом с ним. Схватив Нормана за лацканы пиджака, он свирепо тряхнул его.

– Хватит вешать мне лапшу на уши!
– рявкнул Алекс. Трубка вывалилась изо рта Нейва, и бурые табачные крошки рассыпались по коричневому ковру. Агент ФБР перехватил Алекса за запястья. Лицо его побледнело.

– Ты что, спятил?
– прошипел он.
– Отпусти сейчас же!

Взгляд его метнулся к телефону. Алекс схватил со стола аппарат и ткнул его прямо в лицо Нейва.

– Валяй, звони своему боссу, да не забудь спросить - должен ли ты отвечать на мои вопросы. Спроси! Скажи, что я грозился разбить твою поганую рожу, прежде чем он вышвырнет тебя с работы!

– Меня? Почему меня?

– Потому, братец, что ты попал в большую беду. Старушку подставили, и подставили не без твоей помощи. Это был капкан КГБ, и ты влез в него обеими ногами. Когда правда выплывет, твоему боссу понадобится козел отпущения. Это будешь ты!

Нейв с ненавистью поглядел на Алекса и пошел на попятный.

– Ну хорошо, хорошо, - пробормотал он, стараясь спасти свое уязвленное самолюбие.
– Только не бесись так. Я не имею права раскрывать тебе modus operandi...