Чтение онлайн

Но, несмотря на мягкую подушку и пушистое одеяло, заснул Аткас не скоро, все вспоминал торжественный въезд в город и приключения на пути к нему.

А потом пришли мысли о Циле. Как она там поживает? Скучает ли? Хорошо бы она действительно устроилась работать! А малыш, с ним все в порядке? Он такой маленький, запросто может заболеть, а то и похуже… Вот бы Цила оказалась рядом, он бы ее обнял, прижался к ней, зарылся носом в волосы, пахнущие полевыми цветами…

Думы о доме мягко погрузили его в сон, да такой крепкий, что когда Экроланд с утра пришел его будить, Аткас спросонья не сообразил, что к чему, и чуть не отвесил хозяину тумака, вообразив, что перед ним злобный гоблин.

— Полегче, парень, — развеселился рыцарь, ловя машущие во все стороны руки. — Верно, кошмары замучили?

— Простите, сэр Эри, — смущенно пробормотал Аткас, окончательно просыпаясь и протирая заспанные глаза. Из окна лился серенький свет, предвестник рассвета.

Рыцарь выглядел бодро, словно и не ложился с вечера. Он сменил доспехи на удобную домашнюю одежду: льняную рубашку с широкими рукавами и просторные кожаные штаны.

— Одевайся потеплее, у меня есть для тебя работа.

Аткас ринулся одеваться, в спешке попадая ногой мимо штанины и надевая рубашку наизнанку. Экроланд терпеливо подождал, привалившись к косяку, пока неловкий оруженосец закончит туалет, а потом объяснил суть работы:

— Помоги мастеру Вилу в конюшне. Оба его помощника слегли с простудой, так что дел у тебя будет много. А все погода, будь она неладна. То солнце, то слякоть. Люди и покрепче не выдерживают. Когда же кончится эта зима?..

Утром варвар показался юноше еще страшнее, чем накануне. Кольца звякали у него в ушах, бровях и носу, выпуклые татуировки узорами спускались по рукам с засученными рукавами, на шее звенели связки бус. В намасленные рыжие волосы было воткнуто яркое перо. Вил хмуро возился с упряжью в углу конюшни и даже не обернулся посмотреть, кто там вошел. Откашлявшись, Аткас робко сказал:

— Мастер Вил, сэр Экроланд прислал меня помочь вам...

Варвар оторвался от своего занятия и окинул паренька настороженным взглядом. Потом, не вставая, дотянулся до большой лопаты и протянул ее Аткасу черенком вперед:

— На, держи. Вычисти все стойла и подмети пол. Потом считай себя свободным.

Аткас покорно взял лопату и отправился расчищать навоз. Вил спокойно продолжал заниматься ремонтом упряжи, не обращая на Аткаса ровным счетом никакого внимания. Юноше пришлось по душе, что к нему не лезли с советами и указаниями, как чего делать. С заданием справился он довольно быстро, хотя работа отняла у него все утро, так что, придя позавтракать, он обнаружил, что все уже давно разбрелись по своим делам, и никто не собирается накрывать ради него стол.

Тогда он решил, что на кухне уж точно осталось что-нибудь вкусненькое, и побрел туда, на ходу потягиваясь. От непривычной работы заломило поясницу, да и руки противно дрожали.

На кухне Дженна, оживленно жестикулируя, рассказывала повару Тиму какой-то сложный рецепт. Повар лишь восхищенно цокал языком, а поварята смирно сидели позади него и внимательно слушали девушку, боясь пропустить хоть одно слово.

— ...Потом поливаешь сверху соусом, но не обильно, а так, чтобы он слегка побежал по бокам. Вот это и будет настоящая свининка по-силвердальски, — закончила Дженна и, обернувшись, увидала подле себя Аткаса. — Так. Ты, парень, бери ноги в руки и бегом во двор. Там тебя ждет моя горничная, Эста. Вам надо будет съездить на местный рынок. Вот список продуктов, которые надо купить. Все ясно?

Аткас уже хотел было разозлиться — в самом деле, как смеет какая-то пигалица указывать ему, что делать! — но вовремя вспомнил о том, что ведьма неизмеримо выше его по положению, а к тому же Экроланд принял ее в дом экономкой, посему ему пришлось прикусить язык. Тим подмигнул ему и сунул в руки большой ломоть хлеба, намазанный маслом. Под пристальным взглядом Дженны юноша все съел и запил молоком. Едва дождавшись, пока он дожует, девушка принялась легонько подталкивать его к двери, словно домашнюю скотину. Скривившись, он вышел во двор.

Серый рассвет сменился хмурым днем. Под густым покровом облаков невозможно было определить, как высоко встало солнце. Того и гляди, небеса начнут сыпать снежной крупой, а то и похуже: выплюнут мерзкую кашу из снега и воды.

Эста поджидала Аткаса возле запряженной повозки. Чтобы не мерзнуть, девушка переминалась с ноги на ногу и дышала в кулачки. Понурая лошадка косила печальным глазом. Аткас рассеянно погладил ее по носу и спросил:

— Так мы что, отправимся на рынок не своим ходом?

Девушка хихикнула, залезая в повозку:

— Удивлен? Небось, никогда не служил у знатных господ! Нам столько всего накупить надо, что нипочем на своем горбу не дотащим! Да и дорога долгая. Давай сюда список и залезай на козлы. Леди Ивесси велела не мешкать.

«Леди Ивесси! — возмущенно подумал Аткас, занимая место кучера. — Тоже мне, нашлась принцесса! Да стоит мне сказать этой дурехе, что ее госпожа — ведьма, тут такой визг поднимется! Посмотрим, кто тогда будет заплетать так называемой леди косы на башке».

Путь до Вусэнта занял не больше двух часов. Аткас скумекал, что вчера вечером они ехали еще меньше, просто от усталости ему показалось, что дорога длилась много часов. Эста развалилась на скамейке позади, ровно какая знатная дама, и непрерывно болтала, ухитряясь то и дело указывать, какой дорогой ехать, хотя путь был прямой, словно стрела.

Распогодилось. Облака незаметно рассеялись, обнажив бескрайний голубой купол. Весеннее солнце начало припекать. Лошадка шла, никуда не торопясь, медленно обходила ямы и рытвины, пару раз даже попробовала остановиться пощипать прошлогодней пожухлой травки, обнажившейся из-под сугробов, но Аткас лениво понукал ее, и она покорно шла дальше. Под мерное движение Аткаса разморило, он стал клевать носом и проваливаться в тягучую дрему. Сил хватало только на то, чтобы временами лениво открывать один глаз и следить за лошадкой, а то она запросто могла свернуть на одну из многочисленных дорожек, вливающихся в их дорогу.

Из сонного состояния Аткаса вывели подозрительные шорохи в кустах у обочины. Он насторожился, привстал, оглядываясь назад. Эста, спрятав руки в муфту, мирно дремала. Послышались треск веток, невнятная брань, и на дорогу, ломая кусты, выбрались крепкие низкие мужчины числом не меньше десяти. Что-то в их облике показалось Аткасу странным, но увидев, что все как один вооружены кто чем: ржавыми мечами, топорами, а кое-кто и кирками, юноша выхватил кинжал и приготовился сражаться до последнего.