Бригада
Шрифт:
Как только покалеченный Кащей лишился своей магической силы, всё его колдовство исчезло. Паук уменьшился до размеров муравья и умчался в самый дальний и тёмный угол холла. Купол, пленивший четырёх друзей, растаял. Василиса подошла к Горынычу и мило улыбаясь, протянула тому его коготь:
– Держи, Горыныч. И больше кроме чая никаких крепких напитков не пей.
– Мдаа, крепкого орешка из тебя не получилось, - засмеялся Жорик глядя на парик Кащея, которым тот прикрывал свою лысину.
– И, похоже, что теперь тебе о свадьбе думать и не стоит, - завис, он над скрюченным и подвывающим Кощеем.
– Разве только если сменишь ориентацию. И кому он теперь ТАКОЙ нужен.
– Зато живой, - усмехнулась Василиса и опёрлась на свою боевую лопату.
– Хотя... Я могу его устроить в гарем, евнухом. У меня есть подружка - Гюльчатай. Так она любимая жена эмира Сухэ. Эй, Кощей! Хочешь, я тебя евнухом устрою?
Кощей в ответ только ещё сильней скрутился, и тоненько заскулил.
– Оригинальный способ, борьбы с бессмертными. Возьму и его на заметочку, как и косу-посох кощея. Кстати о посохе, - проговорила Смерть, выводя из глубины холла стройную, красивую, сорокалетнюю русоволосую женщину с толстой тугой косой до пола, в длинном шёлковом чёрном платье, обшитом жемчугом.
– А вот Ваня и твоя мама. Мой, так называемый братец, обратил её в свой посох и пытался, использовал её в качестве своего оружия. Но даже и тут он просчитался. На что он надеялся. Братец ты мне не скажешь, на что ты надеялся?
Кощей опять жалобно заскулил.
– Жаль, конечно, доченька... Я думаю, ты позволишь мне тебя теперь так называть?
– Людмила улыбнулась Василисе, которая стояла теперь в обнимку с Иваном, и продолжила: - Так вот... Я говорю - жаль, конечно, что ты его лишила всего, того, что я сама мечта выдрать у него с корнем, но теперь уже ничего не поделаешь.
– А в чём проблема, - удивился Жорик, подлетая к матери Ивана и кидая ей в руки золотое яйцо.
– У него их три... было. Так что вы ещё можете воспользоваться ситуацией, если отловите королеву-мышь. Или прирастите это ему...туда, - он кивнул на то место у Кощея, где недавно ещё было его наследство, - а затем, когда оно пустит корни, выдерните его. Ну, как репку. Типа - бабка за дедку, ну и так далее... А там глядишь и мышка подоспеет.
– Премного благодарна! Приму на заметку, - Людмила, сузив глаза и повертев в руке золотое яйцо, мстительно посмотрела на скрюченного Кащея.
– Как только представится такой случай, я непременно им воспользуюсь.
– Не надо, - запищал тоненьким голоском Кащей, - я больше не буду. Я согласен на гарем.
Все переглянулись и весело засмеялись.
– Ну что, - осмотрела Смерть всех весёлым взглядом, - а теперь приступим к раздаче пряников.
– Мне хватит и Василисы, - прижал к себе покрепче, девушку, Иван-Царевич.
– А мне Ивана, - поцеловала Ивана Василиса.
– Только тепель тебе плидётся учится класить жаболы, - ехидно прищурившись, проговорил Юрец, обращаясь к Ивану-Царевичу.
– Ага, - заржал Вовчик, - а заодно и фехтованию на лопатах.
Все опять дружно засмеялись. А Иван пожал в ответ плечами:
– Я не возражаю. Организуем с Василисой семейную бригаду. Я кстати могу избу "срубить".
– Во!
– подмигнул ему Вовчик.
– Осталось только дерево посадить и сына родить.
– Ну, за этим дело не станет, - усмехнулась Василиса, - я имею в виду, сына родить. Дайте нам только до дворца добраться.
– Потерпите хоть до свадьбы, - улыбаясь, покачала головой мать Ивана.
– А теперь если можно, крёстная, - Людмила обратилась к Смерти, - отправь нас во дворец. Нам надо готовиться к свадьбе. И обязательно всех вас ждём в качестве почётных гостей. Низкий вам всем поклон дорогие мои! Благодарю вас за моё спасение!
– и она до земли поклонилась своим спасителям.
– Да чего уж там, - отмахнулся за всех Жорик. - Каждый внёс свою лепту. Ну...
– он покосился на скрюченного Кащея, - или лопату.
Все опять засмеялись, Смерть взмахнула рукой и Иван, Василиса и Людмила растаяли в воздухе.
– Э-Э! А я?! Я тоже с ними, - завозмущался Горыныч, пыхнув из ноздрей дымом, и смущённо закашлялся: - Извиняюсь, отвык от своего когтя.
– Ты... давай привыкай обратно, - прокашлялся Жорик, который наглотался змеиного дыма больше всех.
– А не то отковыряем у тебя коготь обратно. И скажем, что так и было.
– А выдёргивать будем кусачками, - с серьёзной мной на лице добавил Вовчик.
Горыныч закивал часто-часто всеми своими тремя головами, спрятал за спину лапу с волшебным когтем, от греха подальше, и умоляюще посмотрел на Смерть:
– Я с ними хочу! Давненько с Иваном не болтали.
Смерть только вздохнула и вновь взмахнула рукой - Горыныч исчез.
– А теперь разберёмся с вами, - она осмотрела трёх строителей.
– Так как мы действовали совместно, то мне причитается тоже процент от сокровищ.
– И сколько же ты хочешь?
– скрестив руки на груди, подступил к ней гремлин, и посмотрел на неё, нахмурившись, снизу вверх.
– Ну а ты сам посуди, - начала перечислять Смерть: - Я отвлекала, на себя Кащея. Я помогла тебе зачаровать тряпичные куклы, усилив тем самым твою строительную магию. Я перенесла замок во мрак. Я...
– Сколько, - резко прервал её Юрец.
– Ну...пятьдесят процентов.
– СКОЛЬКО?!
– А ты чего хотел?!
– раскрасневшаяся от возмущения Смерть, наклонилась над гремлином.
Теперь они оба стояли, тяжело дыша, и буравя друг друга яростными взглядами.
– А ничего, что мы перед всеми этими разборками с твоим братцем, корячились тут целый год, и из какого-то зачуханного готического особняка, сварганили гламурную конфетку с ангелочками, и цветочками. И ещё к тому же, за всё это, получили огромное - НИФИГА.
– Ну, начнём с того, что вы, как ты выразился, корячились здесь, не год, а всего лишь три месяца. И знаю, как вы тут, корячились! Больше "козла" забивали, горилку хлестали и по трактирщицам грудастым шлялись, - Смерть мстительно посмотрела на Жорика, и тот поспешил спрятаться за широкую спину Вовчика.
– И кстати по поводу, что вам не заплатили - ты сам мне говорил, что в начале работы вам там "чёй-то заплатили", в смысле аванса. Не твои ли слова?