Бригадир
Шрифт:
– Привет!
Окрыленный успехом с Юлей, Спартак почему-то рассчитывал на такую же легкую победу и над этой дивой. Он, конечно, не красавец, но, видимо, есть в нем что-то такое, отчего девушки теряют голову. Сильный он, напористый и смелый, как подобает настоящему мужчине.
– Привет… – останавливаясь, удивленно посмотрела на него девушка. – Мы с вами знакомы?
Она окатила его с ног до головы оценивающим взглядом, сжала губы и вытянула их в трубочку.
– Спартак. Теперь знакомы.
– Не думаю…
Похоже, она забраковала его. Но Спартак не думал сдаваться.
– А ты к Юле?
– Э-э… А что? – Блондинка обеспокоенно нахмурила брови.
– Да нет, ничего, просто она сейчас на работе.
– Ну, если ничего, то я пойду, ладно?
Спартака она обходила, неприязненно выставив локоть, как бы отгораживаясь от него, чтобы случайно не коснуться. Он едва сдержался, чтобы не оскорбить ее вдогонку. Так и подмывало назвать ее сучкой… Но ведь она же не виновата, что Спартак ей не понравился. Рылом он для нее не вышел. А может, одеждой?
На рынок бригадир пришел в расстроенных чувствах и первым делом отправился к торговым рядам. Ему приглянулась куртка из тонкой кожи, легкая, стильная. И, главное, не очень дорогая.
– Хорошая куртка, бери, не пожалеешь! – уговаривал его кривоносый кавказец с трехдневной щетиной на двойном подбородке. – Вчера только из Румынии привез, ночью автобус пришел, видишь, даже побриться не успел, сюда торопился. Сейчас все раскупят…
– А в глаз? – оборвал его знакомый голос.
Спартак не заметил, как к нему подошел Хазар, но не выразил удивления, глянув на него. Тускло посмотрел, без эмоций.
– Ты че людей дуришь, ишак педальный? В рыло давно не прилетало?
Кавказец сник, опустив голову. Все правильно, Хазар – фактический хозяин рынка, спорить с ним себе дороже.
– Дерьмо у него, а не кожа, вся краска на одежде остается, – сказал Хазар, панибратски положив руку на плечо Спартаку. – Пошли, покажу тебе, где классные куртки. Там, дальше, в конце этого ряда мужик стоит с бородой и в очках. Инженер бывший. Он реально в Турцию ездит, куртки у него – вещь. Бери длинную, чтобы зад закрывала, сейчас такие в моде…
– Ну, зад прикрыть – святое дело, – усмехнулся Спартак.
– Так и я о том же… Ты не торопись куртку покупать. Я тебе еще накину, может, суперкозырную вещь возьмешь… Пошли, пивка тяпнем, «Туборг» реальный подвезли, вещь!
Хазар подвел его к павильону, сваренному из железных листов, с шиферным навесом, под которым стояли столики летнего кафе. Фактически это была штаб-квартира рэкетирской бригады, контролировавшей барахолку. У мангала стоял узбек в грязном поварском колпаке; на шампурах, источая неповторимый аромат, жарилось мясо. Пиво подали холодное, в банках. Спартак с удовольствием сделал несколько глотков. Он ничуть не сомневался в том, что Хазару снова понадобилась его помощь. Так и оказалось.
– На завтра нам стрелу забили, – сказал бригадир, со смаком отрыгнув пивные газы. – Клоуны московские, завтра их шапито здесь будет…
– Тот же цирк? – спросил Спартак.
Он сидел в пластиковом кресле с шаткой спинкой и посматривал по сторонам. Торговый ряд ломился от товара, продавцы за прилавками нахваливали свое барахло, в проходе – толпа покупателей. Шумит барахолка, где-то в людском гомоне шуршат купюры. Одни покупают, другие продают, деньги переходят из рук в руки. Так было, так есть и так будет. И никому нет дела до бандитских разборок – даже торгашам без разницы, кто контролирует рынок, кто стрижет с них шерсть. Тут как в Гражданскую войну – что белые грабят, что красные, что зеленые. Куда бедному мужику податься?..
– Нет, другой. Но такие же клоуны…
– И сколько их?
– Я не знаю…
Хазар нервно сжал в руке пустую банку, отбросил ее в сторону.
– Знаешь, я тут хотел спросить, да все никак… В общем, ты мне скажи: вот ты махаться умеешь, и пацаны твои. Конкретно машетесь, не вопрос. У нас в Репчино есть пацаны, которые тоже так могут, но как-то мало их, а у тебя все в бой идут. И чисто уличная закваска… У вас там дома что, стенка на стенку ходят?..
– Ходят, – кивнул Спартак. – И сейчас ходят, и раньше было…
Поселок у них небольшой, городского типа, ни одного частного дома, а за речкой город, как шутили в народе, поселкового типа. Там вообще ни одной многоэтажки, сплошь частный сектор. Лет двадцать назад в Знаменке Дворец молодежи построили, в современном стиле, как в больших городах, дискотека там лучшая в районе, она-то и стала яблоком раздора. В Княжевске решили, что дискотека должна принадлежать им по праву сильного, но пацаны из Знаменки встали на защиту своей собственности. И началось – драка за дракой, труп за трупом. Дрались насмерть; ножи, кастеты, молотки, арматура – привычное дело. Такая вражда пошла, что скоро бойцы и забыли, из-за чего все началось. Дискотека отошла на второй план, а бойня продолжалась. То знаменские ходили на княжевских, то наоборот. Спартак был одним из центровых этого движения, а его команда – лучшей.
– Хотя уже сейчас не так, как раньше, но все равно случается…
– Деревня на деревню?
– Что-то типа того.
– И много у тебя таких боевых пацанов?
– Со мной еще четверо.
– А вообще?
– Ну, есть еще, а что?
– Да мне люди нужны. Чем больше, тем лучше… Боюсь, что клоунов будет много. Есть подозрения. А у меня людей кот наплакал…
Хазар показал на своих бойцов, что сидели за двумя соседними столиками. Бритые головы, помятые лица. Вчера ходили по рынку, хорохорились, а сейчас пожухлые какие-то, невеселые. Видать, серьезные тучи над ними сгустились, потому и колотится Хазар.
– Я уже договорился, еще с десяток пацанов будет, но это не то. Мне бы твоих бойцов…
– Мои дорого стоят.
– Сколько?
– По шестьсот баксов на единицу рыла.
– Обалдел?
– Нет, просто продешевил. Я же не знал, что против нас реальные качки выйдут…
– Хорошо, пусть будет по шестьсот… Нет, по пятьсот. Но на тех, кто уже был. А на других, кто не был, по двести… Или пусть по пятьсот, но по бартеру, чисто шмотками. У вас там в деревне со шмотками туго, я же знаю…