Чтение онлайн

Джуди улыбнулась в ответ и туго закрутила свои пышные волосы на затылке.

Они вошли в воду вместе и поплыли рядом, едва не задевая друг друга. Купание явно доставляло Эмили удовольствие.

– Вы не часто плаваете, миссис Краун? – спросила Джуди.

– В последнее время почти никогда. Даже Никки не может уговорить меня показать мое дряблое тело пляжным толпам. Да и вообще я люблю тихие, безлюдные, можно сказать, дикие места.

– Я тоже, – подхватила Джуди, – но я и в городе пытаюсь найти островки покоя. А почему бы вам не приезжать сюда вместе с дочерью и внучкой?

– Вряд ли это вызовет у них восторг. Они как раз любят быть в центре внимания. – Плавно развернувшись к берегу, она добавила: – Я вполне понимаю их, это свойственно молодости.

Джуди тоже повернула назад и, задумавшись на мгновение, нерешительно возразила:

– Не знаю, я всегда любила уединение. Хотя любила и компании, недостатка в веселье не было…

– Вы говорите так, словно вам, как и мне, семьдесят. Верно, вы и теперь довольно насыщенно проводите свободное время…

– Да, конечно, – изменившимся голосом проговорила Джуди и поспешила продолжить свою мысль: – Но с природой необходимо оставаться один на один, в тишине, чтобы расслышать ее голоса, разглядеть цвета и все их оттенки, почувствовать запахи…

Потом они лежали на круглых, обточенных океаном камнях. Эмили внимательно слушала разговорившуюся Джуди и смотрела на нее своим проницательным взглядом.

А когда они уже вернулись к машине, Джуди наконец решилась задать не дававший ей покоя вопрос:

– Миссис Краун, возможно, мой вопрос покажется вам странным, но не знаете ли вы, в городе много «фольксвагенов» этой модели?

– Не знаю, Джуди, хоть городок и невелик, автомобилей в нем предостаточно. Но боюсь, что такой развалюхи, как у меня, нет ни у кого.

– Почему же вы не приобретете что-нибудь другое? – спросила Джуди, садясь за руль.

– Самая верная примета старости – безграничная власть привычек. Этот автомобиль – мой старый друг, очень старый и очень верный. А от друзей не отказываются только потому, что они вышли из моды. Его, правда, частенько приходится отдавать в заботливые руки автолекарей, так что за те деньги, что потрачены на его ремонт, возможно, я могла бы купить не одну машину новой модели, но зачем? А почему вы спросили?

Джуди ответила не сразу, делая вид, что поглощена дорогой.

– Видите ли, – наконец произнесла она, – я как-то познакомилась с одним французом, вернее американцем, но живет он в Париже, и у него был такой же «фольксваген», просто в точности такой же – у меня хорошая зрительная память. Вряд ли он взял его на прокат. Вот я и подумала, что это машина каких-нибудь его здешних друзей…

– Что ж, может быть. Значит, я не одинока в своих пристрастиях. – Губы миссис Краун морщила лукавая улыбка, но Джуди не отрывала взгляда от дороги и не могла ее заметить. – Извините за бестактность, это романтическая история?

– Нет, – совершенно искренне ответила Джуди, – он просто помог мне… в трудную минуту. Я даже не знаю его имени. Ваш автомобиль сразу же напомнил мне тот случай, и я до сих пор никак не могу от этого отвлечься…

Прощаясь в тот день с Эмили, Джуди, как всегда, сказала:

– До свиданья, миссис Краун.

Но Эмили слегка придержала ее за локоть, словно боясь, что Джуди, не дослушав, уйдет.

– Зовите меня по имени, прошу вас.

С того дня Джуди отправлялась на Эшли-стрит с радостью, а Эмили, просыпаясь, первым делом вспоминала о предстоящем визите Джуди и вставала в хорошем настроении. Их прогулки стали более продолжительными, и теперь они редко проходили в молчании. Женщины обменивались впечатлениями по любому поводу, будь то необычный оттенок воды, перебежавшая дорогу белка, причудливая форма подобранного на пляже камня или глуповатое выражение лица полицейского на посту при въезде в город. Дистанция, соответствующая разнице их положений, сохранялась, но потребность в общении друг с другом появилась у обеих. Они вместе занимались переводами, и иногда от души потешались над неуклюжестью слога или пошлостью сюжета оригинала, подолгу сидели в библиотеке, попивая сок или легкий коктейль, делились впечатлениями от прочитанного, а иногда Джуди читала что-нибудь вслух. Постепенно общение с Эмили стало необходимым для нее, и иногда ей даже бывало неудобно получать деньги за то, что не стоит никакого труда и доставляет удовольствие. Посещения дома на Эшли-стрит стали более частыми, и нередко теперь Джуди проводила там почти весь день.

И все же в свободное время на нее по-прежнему наваливалась тоска, возвращались безрадостные размышления, бесплодные сожаления, неясные надежды, сменяющиеся отчаянием… Вновь вечерами Джуди поглядывала на телефон, упорное молчание которого изредка нарушали лишь звонки Джулии и Эмили. Она опять упрямо и привычно ждала.

Но когда, вернувшись домой после очередного визита к Эмили, Джуди обнаружила там Рэя, это явилось для нее полной неожиданностью.

Фрэнк взял в руки картонку и пробежал глазами перечень блюд. Жан ушел в изучение меню с головой. Его ухоженные длинные волосы красивой волной спадали на плечи. Время от времени быстрым движением растопыренной ладони он откидывал их назад. Наконец он предложил Фрэнку салат «бон фам», консоме с овощами и яйцами, жаркое из кролика, и на десерт – «кольбер». Фрэнк, как всегда, мало представляя себе, что скрывается за каждым из названий, кроме вполне понятного кролика, охотно согласился с этим выбором. «Бон фам» оказался щедро заправленным сливками и горчицей сельдереем, перемешанным с мелко нарезанными яблоками; кролик в соусе из белого вина был превосходен, но что особенно пришлось Фрэнку по вкусу, так это «кольбер» – поджаренные во фритюре и обсыпанные сахарной пудрой абрикосы, в которых вместо косточек оказались шарики сладкого риса.

– Так о чем ты хотел поговорить? – спросил Жан, вытирая полные губы салфеткой.

Фрэнк уже готов был отказался от запланированного разговора, ограничившись обычной застольной болтовней с другом. Но Жан смотрел на него вопрошающим взглядом, и ему пришлось сделать над собой усилие.

– Я хотел поговорить о Шарлотте, – сказал он.

– А что такое? – Жан внимательно посмотрел на Фрэнка, и вдруг брови его взлетели вверх: – Она что, беременна?

– Нет-нет, – поспешил успокоить его Фрэнк.

– Впрочем, что это я так разволновался? – медленно проговорил Жан. – Я, конечно, нашел бы, кем ее заменить, и это скорее стало бы ее проблемой… или твоей.

– Да, – усмехнулся Фрэнк, – мне пришлось бы выложить кругленькую сумму…

– Так в чем все-таки дело?

– Дело в том, что Шарлотта не удовлетворена отведенным ей местом… Ее не устраивает то, что ее используют на вторых ролях.

– Ах, вот оно что… – Жан еще раз провел салфеткой по губам и бросил ее на стол. – Ох уж эти девчушки. Стоит им ступить на подиум или сняться в массовке, как они уже грезят о всемирной славе.

– Речь не об этом… – Фрэнку было ясно, что разговор ни к чему не приведет, но он все же продолжил: – Ей хочется чего-то достичь, а она не видит никакой перспективы…

– Я понимаю, – перебил Жан, – что ей хочется войти в первую пятерку моих девочек, а не быть фоном. Она действительно в резерве…

– Вот видишь, – успел вставить Фрэнк.

– Давай начистоту, Фрэнк. Ты попросил меня взять Шарлотту к себе, потому что тебе хотелось, чтобы она не болталась без дела. По крайней мере, я так тебя тогда понял.