Чтение онлайн

Выйдя на улицу, сплошь заставленную в этот вечер дорогими автомобилями, Фрэнк представил себе, как возвращается в свое пустое жилище… Может быть, вернуться, найти кого-нибудь, с кем можно провести вечер за светской болтовней: рассуждениями об искусстве, пересыпанными последними сплетнями? Сплетнями, в число которых с этого вечера войдет и новость о том, что Фрэнк Дорсон явно не в форме… Нет, уж лучше снова в свою берлогу!

Фрэнк вытащил из кармана телефон и, немного поразмышляв, набрал номер.

– Мишель? Да, это я. Никуда не пропал, но ты и сам мог позвонить. Да, было бы неплохо… Я отправляюсь прямо туда. Жду.

Он отправился на бульвар Сен-Жермен и занял столик в «Кафе де Флор». Мишель не заставил себя долго ждать. Он был облачен в шерстяной свитер грубой вязки и бородат.

– Однако, мы будем странно смотреться вместе, – пробормотал Мишель, окинув взглядом костюм приятеля.

– Тебя это смущает?

– Нет, а тебя?

– Нисколько. Что будешь пить?

– Начнем с пива.

– Гарсон! Пару «биер алазасьен» и креветки. Уже слегка навеселе они покинули «Кафе де Флор» и, перейдя улицу, зашли в «Липп».

– Бутылочку кальвадоса и воды, – попросил Мишель.

– Кто бы сомневался, – буркнул Фрэнк. – Странно, что ты пишешь картины, а не романы. Что за уклонение от генеральной линии всей твоей жизни?

– Э-эх! Мне все равно не удалось бы написать ничего стоящего…

Вечер закончился в мастерской Мишеля, где Фрэнк не бывал уже целую вечность. Новые работы друга показались ему гениальными, о чем он тут же и сообщил, но Мишель, кажется, принял эту оценку за пьяный бред. К предыдущей выпивке добавился вермут «шамбери касси», после чего оба уснули на узких диванах, даже не разувшись…

Вскоре весь Париж, знающий Фрэнка, судачил о его трудностях. Особенное оживление вызывал тот факт, что Фрэнку пришлось выплатить неустойку своему другу, у которого «эта нимфетка» работала моделью (в этом месте брови рассказчика выразительно приподнимались), так как она просто-напросто решила больше не являться на работу. И ведь все это можно было предсказать заранее, не так ли?

– Что ты наделала, Шарли? – сделав страшные глаза, проговорила Фелиция.

– О чем ты? – Шарлотта закинула одну длинную ногу в высоком сапоге на другую.

– Твой Фрэнк совсем покатился куда-то… Шарлотта засмеялась.

– Неужели не жалко? – Фелиция отхлебнула из маленькой чашечки дымящийся кофе.

– Что за ерунда! Почему это я должна его жалеть? Он меня изнасиловал!

– Ой! – вскрикнула Фелиция.

– Да, так вот, подруга… – Шарлотта мерно покачивала ногой. – А я его еще жалеть буду? Я себя не на помойке нашла, чтобы всякий старый козел…

– Да, да, да, – раскрыв рот, качала головой Фелиция.

– Джуди? – Эмили была удивлена, но того изумления, которое, как полагала Джуди, вызовет сегодня ее появление на Эшли-стрит, не было. – Вы не уехали?

Она впустила Джуди и, жестом пригласив ее следовать за собой, поднялась в спальню.

– Так что у вас случилось? – спросила она, опускаясь на постель. – Вы опять поссорились с мужем?

Джуди объяснила, что Рэя вызвали в Нью-Йорк, что это срочно и очень важно и поездку пришлось отложить.

– Мне так неудобно… Я ведь договорилась с Бертой.

– Да, я знаю. Ничего страшного, – Эмили явно была расстроена. – Все просто переносится, не правда ли? Так и не расстраивайтесь.

Джуди внимательно смотрела на нее. Что-то не так, что-то стряслось, но что? Она не решалась спросить, а Эмили лежала безмолвно, словно забыв о том, что она не одна. Так прошло несколько долгих минут. Наконец Эмили очнулась и взглянула на Джуди.

– Простите, – сказала она. – Я, кажется, задумалась.

– Ничего, – Джуди попробовала улыбнуться. – Но мне кажется, вы чем-то расстроены…

– Да, – перебила ее Эмили, поднимаясь. – Вы правы. Я расстроена. И, честно говоря, очень рада вашему присутствию здесь. Мне сегодня звонила дочь…

Джуди поняла, что она неминуемо будет посвящена, а значит, и вовлечена в клубок семейных взаимоотношений, но сейчас она ничего не имела против – ей хотелось отвлечься от собственных невеселых размышлений, отодвинуть на задний план свои проблемы и заняться чужими.

– Она получила большое удовольствие, сообщив мне весьма неприятное известие…

– Что-то случилось?

– Да, хотя… все живы и здоровы, и у нее опять новый мужчина. Я, конечно, за нее рада… – Эмили умолкла.

– Так что же случилось? – напомнила Джуди и внутри у нее что-то сжалось от непонятного предчувствия… Но каким образом то, что должна была сообщить Эмили, могло касаться ее? Нет, конечно, к ней это не может иметь никакого отношения! Чужое несчастье может тронуть до глубины души, но все же оно так и останется чужим.

– Фрэнк, мой зять… Вы уже знаете, как я к нему отношусь… Какая-то сорока принесла Норе сплетни о нем.

– Но он же, кажется, во Франции… – робко вставила Джуди.

Сердце ее екнуло. Фрэнк! Она вспомнила фотографию в альбоме: он сидит за письменным столом, склонившись над листом бумаги, рука еще дописывает что-то, а глаза уже оторвались от работы и исподлобья смотрят в объектив. Выражение лица серьезно и сосредоточено, он еще весь там, в той мысли, что осталась на бумаге. Снимок почему-то очень волновал Джуди – словно это она сама позвала Фрэнка и нажала на кнопку фотоаппарата.

– Да, но у Норы везде шпионы, между прочим, ей уже донесли о наших с вами, так сказать, неформальных отношениях… Ну, а уж за Фрэнком она следит все эти годы особенно пристально, ждет, когда можно будет порадоваться его неприятностям… Вот, кажется, и дождалась.

Джуди опять представила себе мужчину на фотографии. Он неожиданно шевельнулся, но выражение лица осталось таким же сосредоточенным, и тихо произнес: «Иногда… хочется побыть просто человеком, который в силах помочь другому человеку. И неважно, что вы женщина, а я мужчина». Краска прилила к лицу Джуди, но Эмили ничего не заметила, она смотрела в пол.