Чтение онлайн

Мара положила руку мне на плечо:

– Мы это сделаем. Кроме того, настоящая цель – это Колонны, а не усиление наших способностей для убийства ионотов. Можешь быть уверена, мы приложим все усилия, чтобы ты смогла посетить дом.

Значит, война все же не бесконечна. Хорошо бы про это не забывать.

Понедельник, 18 февраля

Восьмой отряд

Такое странное ощущение, когда находишься среди незнакомцев, которые страстно ждут от тебя какого-то чуда. Ну или просто стремятся узнать, на что будет похожи их таланты после усиления.

Восьмой – один из отрядов, собранных вместе из-за высоких ударных способностей; им не характерны всесторонние таланты, как другим сетари. Обычно их не привлекают в тех пространствах, где требуется вести ближний бой: видимо, есть места, куда не захочешь заходить и что-нибудь взрывать, ибо части пространства сами взрываются в ответ. Возможно, это воспоминания нефтеперерабатывающих заводов. А еще встречаются ионоты, которых необходимо уничтожать физически, потому что к ним не стоит применять псионику.

Капитан восьмого отряда – Ро Канато. Он разыскал меня за полчаса до назначенного времени, дабы представиться, показать путь к новому тренировочному залу и дважды переспросить, как я предпочитаю, чтобы за меня хватались. И постоянно упоминал о неких нормах, установленных для правильного обращения со мной. Очень бы хотелось взглянуть на эти нормы и отчеты обо мне, но, несмотря на имеющийся доступ к общественным разделам интерфейса, существует еще огромная внутренняя сеть КОТИС, увидеть которую я не могу. А еще хотелось бы получать больше информации по всем маршрутам до отправки туда. Хотя, пожалуй, это уже плохая идея, и такие знания принесут только ночные кошмары. Сложно сказать.

Сам Канато примерно моего роста, с длинными черными волосами, которые он собирает в конский хвост. В целом, производит впечатление человека спокойного, действующего с той тихой эффективностью, с какой капля горы точит. Я все гадала, где же слышала его голос, пока не вспомнила, что именно Канато первым заговорил с Рууэлом после нашего возвращения с моей «экскурсии», просто сейчас тон был не столь удивленный. Он не такой учтивый, как Зен, но здравомыслящий и дотошный, поэтому я смущалась меньше обычного.

Тренировочный зал №2 создан для отработки талантов высокой степени воздействия и разделен на две части толстенными защитными экранами. Бльшая часть комнаты заставлена передвижными металлическими стенками – целями.

Остальные члены восьмого отряда ожидали на «безопасной» половине за щитами. Две девушки и еще три парня – сплошная вежливость и профессионализм, сквозь которые пробивалось тщательно скрываемое волнение. Канато представил их в том порядке, в каком они стояли:

– Хеназ, Кейд, Трубан, Бриз, Хазен. Мы проведем общую проверку способностей каждого, начиная с Хазен. Помните инструкции касаемо контакта. Все, кто решит пренебречь установленными ограничениями, проведут остаток дня на пробежке.

Хазен – хрупкая, похожая на птичку девочка с коротко стрижеными черными волосами, потрясающими карими глазами и кожей темнее, чем у большинства жителей Тары. Она встала рядом с люком, который открывался только в другую часть тренировочного зала, и сначала продемонстрировала свою текущую силу. Ее основной талант – электричество, и Хазен выпустила в цель толстую молнию. Мишень стояла где-то на трети длины зала. Результат сильно отличался от световых лучей Лона, больше напоминающих выстрелы, и походил скорее на настоящую молнию, растянувшуюся до самой цели. После удара Хазен тяжело дышала, в воздухе завис острый запах озона, и если б не униформа, волоски на моих руках точно бы встали дыбом. Мишень издала глухой звук, и сквозь толстое искажающее смотровое окно я увидела, как на металлической стенке вспыхивают мелкие искорки. В моих глазах еще долго плясало их остаточное изображение.

– А теперь с усилением, – раздался голос Канато, все замерли, и Хазен дотронулась пальцами до моего запястья.

Первый отряд решил, что лучше, если сам сетари инициирует контакт с усилением, потому что так меньше интервал, плюс у них реакция гораздо лучше, чем у меня. Я вздохнула с облегчением – восьмой отряд осознал, что для усиления достаточно лишь легкого касания.

Полагаю, Хазен целилась в ту же точку. Сложно сказать наверняка, поскольку вместо молнии с ее руки сорвался огромный белый шар, заискрился, зашипел и медленно поплыл от нас. Шум и запах были невообразимыми; я отвернулась и закрыла уши, но все равно чувствовала вибрацию каждой вспышки. К счастью, это продлилось недолго и погасло в ошеломленном молчании.

Канато не смог сдержать свою реакцию, которая безумно напоминала «Обалдеть!» Джулса, когда тот сталкивался с чем-то реально крутым и неожиданным. Наверное, остальные подумали то же самое. Проморгавшись, он сказал:

– Думаю, в следующий раз мы установим цель в конце комнаты. Побочные эффекты?

Я пожала плечами, Хазен медленно покачала головой. Она выглядела слишком маленькой и хрупкой, чтобы натворить таких дел.

– Что ж, тогда повторная проверка, цель в конце зала. Так мы увидим, будет ли схожий результат.

Результат оказался схож. Я привычно странно влияла на способности восьмого отряда, но искажение по-прежнему оставалось стабильным. К счастью, большинство могло похвастаться только тремя-четырьмя талантами, и все же я вымоталась к тому моменту, когда Канато объявил перерыв и отправил меня на обязательный после тестов медосмотр. Врачи не смогли решить, то ли я чувствую себя измочаленной под влиянием усиления, то ли просто голодна и устала. Восьмой отряд выглядел совершенно выдохшимся после разрушения всего и вся, так что в сравнении с ними я еще легко отделалась. Днем я вздремнула и проспала свою пробежку (ой, беда-беда).

И хотя восьмой отряд ближе мне по возрасту, если будет право выбора, я с бльшим удовольствием останусь с первым. Знаю, восьмой просто ошалел от волнения и все такое, но Канато единственный, кто сказал мне хоть слово за всю тренировку. Они не вели себя умышленно грубо, наверное, просто не определились, как я вписываюсь в их жестко структурированный мир. Словно им не дали разрешения на неформальное общение.

Хотя меня это не заботит. Было так забавно наблюдать за их восторгом и тщательными попытками его скрыть.