Чтение онлайн

Бах, бах, бах! – трижды рявкнул мой «глок». Двое из чугуномордых повалились замертво, а третий, получивший пулю в живот, с разбегу грохнулся об асфальт, скорчился, ухватился ладонями за вываливающиеся потроха и принялся оглашать окрестности душераздирающими стонами и смачными англо-американскими проклятиями. Из окон домов начали выглядывать обеспокоенные люди.

«Не получится у вас по-тихому, господа хорошие, – мстительно подумал я, сбегая вниз по ступенькам. – Вот специально побольше шума устрою. Посмотрим, как вы будете потом выкручиваться!» Завидев меня, подранок прекратил надрываться и потянулся за выпавшим пистолетом.

Бах! – всадил я ему пулю в голову.

– Ой, ма-моч-ки-и-и! – испуганно заголосила какая-то женщина в окне.

– Заткнись, грязная сука! – по-английски рявкнул я, перешагнул через трупы, уселся за руль микроавтобуса, отключил настроенный на передачу «Кенвуд» и, старательно соблюдая правила движения, убрался восвояси. (Ни к чему родное ГАИ в искушение вводить, тогда и впрямь хлопот не оберешься!)

Благополучно проехав четверть пути до конечной цели своего маршрута, я затормозил на импровизированной стоянке возле огромного супермаркета, тщательно протер носовым платком все, к чему прикасался в салоне, бросил машину на произвол судьбы и дальше двинулся пешком.

На улице царила обычная для большого города кутерьма. Бойко торговали придорожные киоски, спешили куда-то прохожие, нервничали (иногда вслух и довольно громко) запертые в очередной «пробке» водители... На меня никто не обращал внимания. Пройдя примерно с километр, я решил немного передохнуть, свернул в первый попавшийся дворик и устало опустился на облупленную лавочку под раскидистым кленом. Вокруг не было ни души. Мирно ворковали голуби. У подъезда на солнцепеке дремал бездомный кот непонятной масти. Землю устилал толстый цветастый ковер опавших листьев. Местами из него выглядывали банки из-под пива, пластиковые бутылки, пустые сигаретные пачки и прочий хлам. Похоже, дворники по каким-то неведомым причинам старательно обходили двор стороной. Глубоко вздохнув, я облокотился спиной о ствол дерева, достал из кармана огрызок сигары, зажигалку и только собрался покурить, как в подворотню агрессивно вломилась легковая иномарка и остановилась, противно взвизгнув тормозами. «Задолбали, уроды! Ну, ни минуты покоя!» – зло подумал я, бросился ничком на землю и открыл огонь по выскочившим из машины громилам, точным копиям тех троих, убитых мной на выходе из тупика. Однако ухлопать их сразу, к сожалению, не удалось. «Уроды» в количестве двух штук помирать явно не спешили. Упредив на долю секунды мои пули, они грамотно попадали на асфальт, со змеиной ловкостью заползли за свою тачку и «запукали» оттуда из пистолетов с глушителями. В опасной близости от меня засвистели пули. Одна из них вырвала солидный клок материи из накладного плеча полковничьего пальто. Не испытывая судьбу, я перекатом «ушел» далеко в сторону, укрылся за широким старым тополем и начал аккуратно выцеливать бензобак. Но мое везение, похоже, иссякло. (Или я просто сильно устал?) Так или иначе, но поджечь легковушку с первого выстрела, как бывало в прошлом [10] , у меня не получилось.

Бах! – мимо.

Бах, бах, бах! – мимо.

Щелк – в магазине закончились патроны. Пока я вставлял запасной, янки остервенело шпиговали пулями ни в чем не повинный тополь. От него веером летели щепки.

Бах, бах, бах! – ну, наконец-то!

Иномарка рванула, как хороший фугас, разом угробив обоих агентов.

– Слава Богу, – пробормотал я, поднялся, отряхнулся, прошел в конец двора, перемахнул через невысокий заборчик, отделяющий его от соседнего, и... остановился как вкопанный, пораженный запоздалой догадкой. Враги уже дважды, с точностью до метра, определяли мое местонахождение. Но не ясновидцы же они! Значит...

– Болван! – хлопнул я себя по лбу. – Считаешь янки тупыми, но сам-то ничем не лучше! Не удосужился сообразить, что в андерсеновское пальто наверняка вшит «маячок» (если не целая дюжина), и продолжаешь в нем разгуливать, привлекая сигналом все новых и новых «более серьезных». Они и летят к тебе, как мухи на дерьмо. И-ди-от!!!

Сбросив злополучное пальто, я свернул его в рулон и огляделся. Нам бы чего-нибудь эдакое движущееся, дабы увести противника по ложному следу. Например, мусоровоз. Пускай порыщут по свалке, как когда-то агенты Структуры. Но нет! Ничего похожего в округе не наблюдалось. Неожиданно мой взгляд наткнулся на канализационный люк. Гм! Тоже неплохо!!! Подцепил чугунную крышку подвернувшимся под руку ржавым ломом... (А все-таки дворники сюда захаживали, но о-о-очень давно! – Д.К.)... Я пропихнул рулон в открывшееся отверстие, задвинул крышку обратно, на всякий случай пробежал еще несколько кварталов, обнаружил покосившуюся лавочку на задворках промтоварного магазина и обессилено плюхнулся на нее, едва не раздавив собственной тяжестью ветхое сооружение. Новых нападений можно не опасаться. Теперь америкосы убеждены – факинг Андерсен спустился в подземные коммуникации... Победа?! Да, почти. Осталось лишь достичь конечной точки маршрута. Сейчас передохну полчасика и в путь-дорогу. Потихоньку, не спеша... Господи! Как же я устал!..

До адреса «улица Триумфальная, дом № 16—32» я добрался к вечеру, на «перекладных». Сперва на трамваях «зайцем», с несколькими пересадками. Потом случайно обнаружил в кармане двадцать долларов пятерками, предназначенных для «чаевых» (о которых я начисто забыл), и поймал частника. Улица Триумфальная начиналась сразу с дома № 16, а куда девались первые пятнадцать, оставалось только догадываться. Высадив меня у строительного заборчика, водитель проворчал:

– Нехорошее тут местечко. Будьте поосторожнее, – лихо развернулся и умчался восвояси.

На воротах, как и обещал «коридорный», болталась грубо намалеванная вывеска: «Внимание! Опасность обрушения!» Пнув ногой незапертые створки, я проник на территорию объекта и неторопливо зашагал по неровной, усыпанной мусором дороге. Приговоренные к сносу здания представляли собой мрачные пустые коробки: без оконных рам, без дверей, с разоренными балконами, со срезанными в комнатах батареями... Даже железо с крыш посдирал кто-то рачительный. Вокруг не было слышно ни звука, ни шороха. «Умерли дома, – отрешенно мелькнуло в голове. – И я, наверное, скоро умру...»

Номер девятнадцать зиял огромным проломом в стене. Внутри него на расчищенной площадке одиноко стоял высокий плотный человек и смотрел почему-то в противоположную от меня сторону. Сложение и осанка «плотного» показалась мне чем-то знакомыми. Я поднапряг память. Б-а-а!!! Да это же Иван, доверенный сотрудник генерала Нелюбина, отвезший похищенного Андерсена прямо в руки «спецам» и оставивший меня на сутки с лишним в свиной шкуре хама, мерзавца и педофила! Ладно, кто старое помянет...

– Э-эй! – негромко окликнул я.

Иван резко обернулся. В руке у него был нерусский пистолет с глушителем. Такой же, как у ныне покойных преследователей.

Я приветливо улыбнулся, и вдруг...

П-ф-ф! В грудь, около сердца, вонзилась раскаленная игла. Боль, впрочем, быстро прошла. Прямо перед глазами я увидел вечереющее небо с рассыпавшимся по нему странным, багровым фейерверком.

– Дебил! Ты в кого стрелял?!! – донесся откуда-то сбоку гневный начальственный бас. Ему вторили еще чьи-то голоса, но слов я уже не разобрал. Небо отодвинулось, исчезло, пропали прочие земные звуки, и я... снова очутился на узкой, корявой тропе с непосильной ношей за плечами. Далеко впереди сиял чарующий, неземной свет. А поблизости стояла знакомая по недавнему сну белая фигура.

– Сейчас ты можешь сбросить груз... если захочешь, – вкрадчиво произнесла она.

Я заколебался, терзаемый смутными сомнениями.

– Выбор за тобой. Или ты желаешь дальше мучиться?! Дурак набитый! – фигура презрительно фыркнула. – Ну, давай, давай, тащи! Из тебя получится великолепный верблюд!

«А действительно, зачем?!! Сколько можно, в конце-то концов?!!» – затравленно подумал я и... СБРОСИЛ.

В то же самое мгновение свет вдали померк, а фигура злорадно расхохоталась. Прежде расплывчатые черты превратились в окровавленную звериную морду. Со всех сторон донеслись пронзительные свист, вой и улюлюканье. Из темноты стаями полезли отвратительные существа: полулюди-полузвери, рогатые, хвостатые, мохнатые, покрытые зловонной слизью. Они жадно рычали, тянули ко мне когтистые лапы. Еще бы чуть-чуть и...