Чтение онлайн

— Мы оба многое потеряли, и ты, и я, — вздохнула Шеннон. — Может быть, именно это и привлекло нас друг к другу.

Тони обнял ее за плечи и прижал к себе:

— Ты говоришь как ребенок. Меня привлек к тебе жар, который от тебя исходил, когда ты шла по ресторану в узкой черной юбке. А потом, когда ты обернулась и посмотрела на меня зазывными глазами из-под этих чопорных очков, — Тони свистнул, протяжно и громко, — я поджарился.

Шеннон постаралась сдержать улыбку, но все равно ей стало жарко. Она легонько толкнула его локтем:

— Дикарь.

— Ну, знаешь! Я нормальный здоровый мужчина, а ты сексуальная женщина. — Тони дотронулся до дужки ее очков. — Сейчас ты слишком серьезна. Жизнь сама скоро задаст нам серьезные задачи. Так что давай, пока можем, наслаждаться моментом. И не ворчи больше.

— Ты прав. — Кто знает, как долго она сможет быть с Тони? — Давай вернемся к теме серфинга и танцев в старших классах. Ты, наверное, был плохим мальчиком?

— А ты — хорошей девочкой. Ты уже тогда носила солидные очки?

— С восьмого класса. — Шеннон очень страдала оттого, что ее нос потел под очками, когда она играла марши во время футбольных матчей. — Я усердно занималась музыкой, и на мальчиков у меня не оставалось времени.

— А теперь?

— Я хочу наслаждаться красотой океана и временем, когда мне ничего не надо делать. — Она пошла вперед по кромке воды, раздумывая по пути, как совместить импульсивное желание быть с Тони с требованием разума держаться от него подальше.

Тони зашлепал по воде следом за Шеннон и подхватил ее на руки. Она не возражала.

Почувствовав тепло его плеча, ровное биение его сердца, она невольно обняла Тони за шею.

— Тебе хорошо? — спросил он.

— Да. — Ее пальцы играли его волосами. — Ты всегда задаешь этот вопрос, слушаем ли мы оперу или гуляем по берегу океана.

— Ты заслуживаешь того, чтобы получать массу удовольствий от жизни. — Он прижимал ее к своей груди, и Шеннон радовалась знакомым ощущениям. — Я сделаю твою жизнь легче. Ты это знаешь.

— А ты знаешь мое мнение по этому вопросу. — Она обхватила ладонями его лицо. — Все это — твоя помощь, поездка сюда, одежда, игрушки — уже намного превосходит то, что я могу спокойно принять.

Она должна четко объяснить свою позицию, прежде чем опять подпустить его к себе.

Тони опустил ее на песок:

— Нам пора возвращаться.

В лучах заходящего солнца вожделение ясно было видно в его глазах. И все-таки он отошел.

Ее губы горят, грудь ноет, а он опять уходит, несмотря на то что постоянно говорит о том, как желает ее.

Она решительно не понимала этого человека.

Прошло пять дней.

Шеннон сидела на нижней ступеньке лестницы и следила за тем, как ее малыш катается по берегу в миниатюрном джипе. Оба пса бежали рядом с ним. Впервые за несколько дней она была предоставлена самой себе. За ней еще никогда так не ухаживали. А Тони, верный своему слову, был просто очарователен.

Возможно, ее пребывание на острове подходит к концу?

Шеннон пила свежеприготовленный лимонад, хотя этот восхитительный напиток вряд ли заслуживал такого примитивного названия, и наслаждалась его тонким вкусом. Напряжение постепенно оставляло ее. Заботы и тревоги казались очень далекими.

И всем этим она обязана Тони! Шеннон не представляла, что на острове можно найти столько интересных занятий. Хотя, конечно, Энрике Медина не жалел денег на обустройство своего миниатюрного королевства.

Кинозал с самыми новыми фильмами.

Три столовых для обедов разной степени торжественности.

Комната отдыха, гимнастический зал, открытый и закрытый бассейны.

У нее в ушах все еще звучали восторженные крики Колби по поводу визита в конюшню к лошадям и пони.

И все это время Тони был рядом и воспламенял женщину легкими прикосновениями, а его черные глаза постоянно напоминали ей, что следующий ход — ее. Впрочем, сегодня у них было мало шансов остаться вдвоем. Повсюду наблюдалась бурная деятельность, а Тони нигде не было видно.

Позади отворилась дверь. Тони? Сердце замерло и тут же забилось сильнее. Она повернулась.

Элис, стуча каблучками по плитам веранды, обошла двух гвардейцев и приблизилась к ней. Шеннон заставила себя улыбнуться. Было бы грубо разочарованно нахмуриться, особенно если учесть, как много услуг оказала ей эта женщина.

Гораздо труднее скрыть разочарование от себя самой.

Секретарь короля остановилась у прекрасно оборудованного бара и налила в стакан лимонад. Шеннон вопросительно взглянула на нее.

— Антонио попросил найти вас. — Элис притронулась к висевшему у нее на поясе телефону. Элегантная женщина. Отлично сделанный маникюр, ни одной морщинки на коже, ни единой жалобы по поводу необходимости ходить целый день на высоких каблуках. — Он скоро выйдет. Его разговор с отцом близится к концу.

— Надо забрать Колби.

Шеннон встала. Сегодня она наконец сдалась и надела новые вещи. Все, что молодая женщина привезла с собой, она надевала по крайней мере по два раза. Прачечная успешно справлялась с ее скудным гардеробом, но Шеннон начала чувствовать себя неблагодарной. Она выбрала платье из такой нежной ткани, что, казалось, оно ласкает кожу при каждом движении.

— Не стоит лишать ребенка удовольствия. Антонио уже идет. — Элис присела рядом с ней.

— Мне сказали, что это вы заказывали для меня новые вещи. Спасибо, — поблагодарила Шеннон.

Элис заботилась здесь обо всем.

— Не стоит благодарности. Это моя работа.

— У вас прекрасный вкус. — Шеннон натянула платье на колени.

— Я посмотрела ваши фотографии в Интернете и выбрала то, что подходит к вашей фигуре и цвету глаз. Приятно делать покупки за чужие деньги.

На эти приобретения ушло много денег. Каждое утро Шеннон находила в шкафу что-то новое — от джинсов и кофточек на каждый день до шелковых вечерних платьев и туфель на высоких каблуках. Там была целая коллекция купальных костюмов…