Чтение онлайн

Этот поцелуй… он словно разбудил во мне что-то такое… Такое непонятное, неизведанное ранее. Глубинное.

Мне даже юбку до колен запрещает носить — только ниже. А сам…

И он же женится скоро. Женится на мне!???????????

Разве… разве так можно??????????????????????

Разве так порядочно делать?????????????????

Я пытаюсь валить все только на одну ярость, но вот здесь я себе как раз лгу — меня задел их поцелуй. Задела их непритворная страсть, о которой я читала разве что в книгах.

— У меня машина там стоит. Пошли, — хрипло приказывает Ратмир и, не слушая никаких возражений, берет руку девушки в свою и ведет ее, разомлевшую от ласк, в глубь парка, к дороге.

Я провожаю их взглядом до тех пор, пока меня не приводит в чувства Рома.

— Эй, Ань! Отомри уже. Они ушли, бояться больше нечего.

Оборачиваюсь на него, смотрю на его тонкие, чуть обветренные губы и вдруг думаю о том, разве я хотя бы раз таяла в руках Ромы настолько…

Да, у нас никогда и не было таких поцелуев. Но разве я их когда-нибудь по-настоящему хотела?

— А зачем он ее в машину повел? Домой отвезет, что ли?

— Ага, именно для этого и повел, — ухмыляется Ромка, и до меня, наконец, доходит...

Так они там собрались... Щеки вспыхивают, и я отворачиваюсь, чтобы это осталось незамеченным.

Выбираясь из кустов и снимая с себя веточки и опавшие листья, продолжаю прокручивать в голове увиденное. И недоумевать от того, почему мне было неожиданно больно смотреть на них. Больно думать о том, что же будет там, в его машине.

Почему?????????????????????????

— Везет же кому-то, — вздыхает Рома, явно намекая на фартового Юнусова. — И что девчонки в нем только находят? Он же осел! Только и гордится денежками и связями своего папаши. И горой мышц, которые заменяют серое вещество. Ни одна нормальная бы никогда с ним не связалась. Да?

— Мне… мне домой пора, Ром, — опускаю глаза, чтобы он не прочитал в них то, что не нужно. — Отец может раньше вернуться…

— Так полтора часа еще! А до моего автобуса целых три. Давай погуляем немного где-нибудь. Где малолюдно и нас никто не знает.

— Нет, пойду. Не провожай. А то увидит кто-нибудь. Пока, — быстро клюю его в щеку и ухожу, зная, что придя домой до самого утра буду прокручивать в голове увиденную картину, которая неожиданно оставила в душе горько-щемящий след.

Но увы, по возвращению картина меня ждала совершенно другая...

???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

Вернувшись домой, обнаруживаю у входной двери ботинки отца. Он не часто возвращается раньше и если он дома, значит, что-то случилось.

А если кто-то увидел как я прощалась в парке с Ромой?

Если ему доложили???????????????????

Вдоль позвоночника пробегает ледяной озноб.

Я понимаю, что ненормально настолько сильно бояться родного отца, но ничего не могу с этим поделать. Он строгий, властный, не терпящий возражений мужчина восточных кровей, и его слово в нашем доме — закон. Закон, который не обсуждается и не подвергается критике.

Я слышу как он о чем-то говорит на кухне, видимо, с мамой, которая привычно молчит. Голос его тихий, вроде бы не злой, что вселяет надежду, что мое свидание с Ромой всё-таки осталось в тайне.

— Иди сюда, Анна, — проговаривает отец, когда я на цыпочках крадусь мимо открытой двери кухни.

Вздохнув, вхожу в светлую и просторную комнату, словно на эшафот. Если он и не знает о Роме, то ему ничего не стоит найти другой повод меня отчитать. Любая мелочь способна вывести его из себя, а если уж на работе какие-то проблемы и он вернулся в плохом настроении — тушите свет.

— Что случилось, пап???????????????????

— Присядь-ка. Поговорить надо.???????????????

Чертова судорога страха сводит коленки. Приземлюсь на край стула, прямо, словно кол проглотила, и пытаюсь прочитать по лицу мамы, что сейчас будет. Но ее лицо как обычно покорно и беспристрастно. За годы жизни с отцом она научилась скрывать истинные эмоции и узнать, о чем именно она думает практически нереально.

Мама — идеальная жена для такого взрывного мужчины, как мой отец. Я никогда такой не стану. Никогда! Это сейчас я терплю, потому что это папа, но мириться с выходками какого-то левого для меня тирана я не буду! Я буду отстаивать себя! По крайней мере надеюсь, что у меня хватит на это смелости...

— Недавно позвонил твой дядя Марат, дедушке совсем плохо, — без предисловий излагает суть папа, и я, к своему великому стыду, выдыхаю.

Я люблю своего дедушку, хоть он тоже чрезмерно строг, как и все мужчины в семье Каримовых, но вероятность получить за что-то выговор пугала меня многократно сильнее.

— Ты же говорил, что та операция на сердце помогла…

— Помогла. Но как оказалось, временно. Вчера вечером он упал и не смог подняться, дядя Марат вызвал скорую помощь и дедушку увезли в больницу. В реанимацию. Ему помогли, но когда выпишут домой, понадобится усиленный уход, кто-то из близких всегда должен быть рядом.

Папа редко показывает человеческие эмоции, но сейчас я вижу, как сильно он переживает.

Дедушка в нашей семье — главный. Как он скажет, так и будет. До сих пор, не смотря на то, что папа уже сам взрослый мужчина и давно способен принимать решения.

— Мы с мамой уезжаем к нему. Завтра рано утром.

— Вы уезжаете? — округляю глаза. — А я????????????

— А ты останешься здесь.??????????????????

Я просто не могу поверить в то, что слышу.??????