Буду тебе женой
Шрифт:
За время отсутствия Карины Логан тоже переоделся и принял душ. Его темные волосы падали на лоб влажными чуть вьющимися прядями. Он похлопал рядом:
— Капитан дал мне мазь с пантенолом.
Карина присела возле мужчины, затаив дыхание, наблюдая за тем, как он выдавливает себе на пальцы мазь из тюбика. Их взгляды встретились. В сумерках, освещенных лишь лунным светом, глаза Логана казались двумя яркими звездами. Он мазнул ей по носу кремом и улыбнулся скупо, и она утонула в этом звездном молоке. Завороженная… Твердые пальцы перешли на щеки, втирая лекарство быстрыми, но осторожными движениями. Что-то изменилось. Карина почувствовала, что если ничего сейчас не предпримет — он просто уйдет. И тогда она медленно к нему потянулась. Пугливо прикрыла глаза, опасаясь его реакции. Но Логан даже не шевелился. Его губы были горячими и сухими… Он плотно сжал их, и какой-то мучительный миг Карина думала, что это все! Конец. А потом они дрогнули, приоткрылись, позволяя ее языку скользнуть внутрь его рта. Логан порывисто выдохнул, схватил ее за острые плечи, прошелся вниз, безжалостно комкая в руках мягкий хлопок ее сарафана.
— Папа… Карина… Вы где?
Глава 6
Логан вскочил. Оглянулся, мазнул по ней нечитаемым взглядом и поспешил навстречу сыну.
— Мы здесь, соня. Ты чуть было ужин не пропустил.
Тим осмотрелся по сторонам. Растер кулаками глаза.
— Мы попали в шторм? — зевнул беззаботно. Карина перевела удивленный взгляд на воду. И правда… Шторм — не шторм, но океан волновался, и поднялся ветер. Они даже приспустили парус. Но погруженная в Логана и в то волшебство, которое происходило, Карина этого даже не заметила.
Так странно… Никогда раньше она такого не испытывала. Даже когда думала, что влюбилась в Громова. И сейчас это было что-то выходящее за рамки её опыта. Не просто животное эгоистичное стремление обладать. А желание самой отдаться. Всю себя в нем растворить, если это только понадобится. Потребность быть с ним, никогда больше не отпускать. Потому что нет её… Её вены с его переплелись, её сущность. Он её! Её… И кто может объяснить, откуда это берется? Понимание «своего»? Тебе предначертанного человека? Того, кто не обязательно лучше или хуже других, просто он твой — и это как тавро, как диагноз.
— Карина… Карина! — ворвался в мысли настойчивый голос.
— Извини, что ты сказал?
— Нас пригласили на ужин…
Палуба покачивалась под дрожащими ногами девушки, когда она шла к столу. Так красиво — колеблющееся пламя свечи, отливающие серебром приборы. Но главное — он, сидящий напротив.
— Это рыба? А где мои наггетсы?
— Наггетсы ты ел вчера, Тим. Попробуй, какая вкусная зубатка. Это я ее поймал. Ну, что скажешь?
— Буэ… Я не люблю рыбу.
— Тим! — пресек споры с сыном Логан, — Ешь! Это и правда очень вкусно.
Логан делал вид, что между ними ничего не произошло. Нет, Карина, конечно, не ожидала, что он тут же, при сыне, начнет с ней флиртовать, но и к его показному равнодушию была не готова. У нее внутри все вибрировало от эмоций, ей хотелось во всю глотку орать, как тогда, когда она поборола марлина. Вряд ли Логан до конца понимал, что для нее значила эта рыбалка. Может быть только о чем-то догадывался о том, что сражаясь с сильной, полной грации рыбой, на самом деле Карина сражалась с собой. С собственными страхами и комплексами неудачницы. И у нее получилось! Она смогла! Чувство уверенности в собственных силах, которого она не знала раньше, оказалось таким пьянящим. Хмельным… И ни один наркотик не давал ей тех незабываемых ощущений. Она их вообще не знала. И тогда, распластавшись на теплой палубе, покрытая с ног до головы горьким потом и солью, она чувствовала такой нереальный подъем. Она жила… А сейчас снова медленно умирала.
Карина сжала пальцы на запотевшем бокале с водой и отвела взгляд в сторону. Уже почти стемнело. Куда ни посмотри — бескрайнее волнующееся море, очерченное с одной стороны ломаной, полустертой ластиком ночи линией берега.
— Завтра мы увидим знаменитые дома на сваях.
— Ума не приложу, зачем кому-то понадобилось строить их посреди океана.
— А затем, что в океане ты был вне досягаемости закона о запрете азартных игр, действующего на территории Штатов.
— Выходит, это было обычное казино?
— Ничего обычного там не было…
Может быть, Логан продолжил бы свой рассказ, да только Тиму он показался неинтересным, и он спросил отца о чем-то своем. Карина отложила приборы и встала из-за стола.
— Я прогуляюсь.
— Не очень хорошая идея. Ветер усиливается.
— Я осторожно…
Погода портилась на глазах. Как и настроение Карины. Она прошла на нос, вцепилась пальцами в поручень и уставилась вниз. Туда, где прожорливые крутые волны лизали белые бока Марины. Ужасная в своей красоте картина.
— Карина, у нас нерадостный прогноз. Капитан принял решение бросить якорь, чтобы не рисковать. Здесь неподалеку есть уединенная гостиница. Нас заберет катер.
Голос Логана прошелся по ее телу медом. Карине было все равно. Шторм… штиль, лишь бы с ним. Она со страхом думала о том, что их плавание будет коротким. А что потом? Она медленно обернулась.
— Логан…
Он покачал головой:
— Я должен извиниться…
Нет… Нет! Пожалуйста, только не это.
— За что? — прошептала Карина.
— Я не должен был тебя целовать. Это было неправильно.
Она сжалась. Плечи окаменели.
— Почему? — спросила, не поднимая глаз. С трудом подавляя в себе желание вновь забраться в кокон своего одиночества.
— Потому что это порыв, понимаешь? Завтра мы бы о нем пожалели.
Карине хотелось крикнуть ему в лицо: говори за себя! Но тем самым она бы еще сильнее себя унизила.
— Ты все еще скорбишь по жене? — дала последний шанс и себе, и ему…
— Эээ… Да. Да, конечно.
Он врал. Карина чувствовала, что Логан её отталкивал не из-за любви к другой. И не из уважения к ее памяти. Возможно, таким ответом он просто хотел пощадить ее самолюбие. Так воспользуйся же этим шансом! — орало в мозгу. Но какой-то дьявол ей не давал сделать это! Может быть, слабая вера в то, что она ещё стоит чего-то, появившаяся после проклятой рыбалки.
— От чего она умерла?
Логан стиснул челюсти. Яхту все сильнее болтало. По палубе туда-сюда сновал экипаж. А они стояли друг напротив друга…