Бунт марионеток

От северных степей Земли Вах до знойных пустынь юга и от цветущего побережья Великого моря до непроходимых лесов и гор востока простиралась Великая Империя ронгов. Сотни царей и племен платили дань императору и почитали его своим властелином.

Непрерывным потоком шли караваны с богатствами со всех сторон света в столицу Империи, Великий Карос. Ткани и благовония везли из восточных провинций, хлеб и золото — с севера. Юг поставлял серебро, медь, изделия из железа и драгоценные камни. По дорогам с запада доставляли легкую корабельную древесину, прочные упругие ветви рависа для изготовления луков, санготовый лист и пряности.

И по всем дорогам под присмотром императорских солдат гнали рабов, захваченных в недавних войнах, везли имущество разграбленных вражеских городов, тащили закованных в цепи непокорных императору царей и вельмож, с их семьями и домочадцами.

И все дороги от самых дальних границ Империи до ворот столицы были утыканы виселицами и усеяны человеческими костями.

Тучи хищных черных птиц кружились над дорогами Империи, высматривая не выдержавших долгого пути рабов, повешенных мятежников или убитых разбойниками купцов.

У дорог бродили стаи шакалов, гиены, волки, пустынные мегары и другое хищное зверье.

Редкий путник отваживался в одиночку, без сопровождения солдат или большого попутного каравана, путешествовать по дорогам Империи. И поэтому удивления достойными казались рослые фигуры двух наездников в черных плащах, подбитых огненным мехом мегаров, и в тяжелых панцирях из сверкающей бронзы, скакавших по направлению к столице.

Огненный Ти уже опустился низко над горизонтом, и человек, скакавший первым, явно нервничал и часто подгонял животное. Его спутник, богатырского роста, широкоплечий верзила с лицом, напоминающим застывшую карнавальную маску, казалось, был лишен всяких эмоций. И только напряженный рыскающий взгляд его глаз свидетельствовал, что их обладатель очень внимательно следит за происходящим вокруг.

Оба наездника были вооружены длинными узкими мечами, двусторонней заточки, и небольшими треугольными щитами. Кроме этого, у верзилы из сумок седла торчал еще длинный прямой лук и по меньшей мере полсотни тонких тиарнских стрел.

Затейливая золотая инкрустация герба на щите первого наездника позволяла причислить хозяина щита к одному из самых могущественных семейств Империи. Простой же черный щит второго всадника, с серебряным клеймом, повторяющим рисунок герба первого наездника, говорил о том, что верзила всего лишь слуга и оруженосец первого наездника.

У крутого поворота дороги зоркий глаз слуги заметил в зарослях какое-то подозрительное движение.

— Хозяин! Засада! — крикнул верзила, резко пришпоривая лошадь и поднимая щит.

Однако первый наездник уже и сам успел рассмотреть блеснувшие в предзакатных лучах наконечники стрел и прикрыл лицо щитом. В то же мгновение в воздухе пропело полдесятка стрел. Две из них ударились о щит господина, одна запуталась в складках его плаща, а остальные были отбиты щитом слуги.

Не дожидаясь повторных выстрелов, первый всадник выхватил меч и, не сбавляя скорости, ворвался в придорожные заросли.

Слуга последовал за ним, на полном скаку натягивая лук и одну за другой выпуская по врагам свои стрелы.

Исход схватки решили мгновения. Двое засевших были заколоты господином, двое других упали, пораженные стрелами слуги. Оставшийся в живых оборванец с проклятием и криком: «Им помогают демоны!» — в ужасе бросив свое оружие, метнулся в заросли.

И тогда первый наездник выхватил из-за пояса длинный тяжелый нож и, широко размахнувшись, метнул ему вслед.

Нож вонзился убегавшему в правую ногу, чуть выше колена.

Оборванец вскрикнул и покатился по траве.

— Этого живьем! — крикнул первый наездник, заметив, что слуга выхватил меч из ножен.

Верзила молча кивнул и, соскочив с лошади, побежал к раненому. Хозяин тоже спешился, неторопливо привязал лошадей и стал осматривать убитых.

Нападавшие были одеты в какие-то лохмотья и, по первому впечатлению, составляли жалкую шайку грабителей. Только у одного из убитых на голове оказалось какое-то подобие бронзового шлема и изрядно проржавевший грубый щит. Вооружены все они были луками, ножами и длинными кривыми кинжалами.

Наездник брезгливо поморщился. Его опытному взгляду все уже стало ясно.

— Охотники за купцами, ловцы ворон! — усмехнувшись, процедил он сквозь зубы. — Что ж, на этот раз вам попалась птичка не по зубам! — Неожиданно путешественник вздрогнул. Ему показалось знакомым обросшее, покрытое коростами и шрамами, лицо главаря, полузакрытое бронзовым шлемом.

Отбросив пинком ноги шлем, он перевернул труп на спину.

— Нет, это не грабители! — сказал он своему слуге, бросившему у его ног, точно тюк, раненого пленника.

— Пощадите, господин! — завизжал раненый, в ужасе катаясь по камням. — Я всего лишь раб, выполнявший приказ! Пощадите!

— Чей приказ? — спросил наездник, принимая из рук слуги свой нож и склоняясь над лежавшим.

Взгляд пленника застыл на остром кровавом лезвии.

— Не убивайте! Я скажу! Нами командовал Гиф.

— Этот? — всадник ткнул пальцем в сторону убитого главаря. — Человек Пирона?

— Да. Он сказал, что нужно подкараулить одного знатного господина.

— Сколько он предложил вам?

— По десять форов и все, что найдем на убитых.

— Не густо! — язвительно прошептал знатный господин. — За голову зятя императора могли бы назначить и более крупную сумму.

Глаза пленника при этих словах, казалось, готовы были выскочить из орбит.

— Зять императора! — пролепетал он. — Клай Кальт! О! Если бы я знал!

— Ты бы никогда не полез в это милое дело! Ты это хочешь сказать? Узнаю старика Пирона. Я всегда говорил, что жадность его погубит. Даже приличных убийц нанять не сумел. От кого ваш Гиф получал указания?