Чтение онлайн

Рауль начисто отрицал вероятность того, что в его жилах течет королевская кровь:

– Ну, едва ли это так.

– Нет? – Йен поднял свою фляжку, насмешливо салютуя ею, – В отличие от Фредерика мы знаем, что наша жизнь все еще покрыта тайной. И кто скажет, что нам предстоит узнать?

Блестящая черная карета по настоятельному приказу Фредерика стремительно удалялась от Оук-Мэнора.

Фредерик сознавал, что ждал этой минуты две недели, поэтому нетерпеливо потянулся к Порции и усадил её себе на колени. А возможно, он ждал и всю жизнь.

Любуясь красотой поднятого к нему лица, Фредерик почувствовал, что у него перехватило дух. Едва он впервые увидел Порцию в темном коридоре гостиницы, он уже понял, что она за удивительное и отличное от всех существо.

– Наконец-то одни, – пробормотал он, и рука его бездумно погладила ее обнаженное плечо, выступающее из на удивление смелого декольте. Ее атласный корсаж был цвета слоновой кости. Никто не был потрясен больше него, когда Порция прибыла в Оук-Мэнор в платье цвета слоновой кости, скроенном, как видно, специально, чтобы воспламенять кровь мужчины. И в течение всей короткой свадебной церемонии и свадебного завтрака, на котором настоял отец, Фредерик горел на медленном огне. – Слава Богу!

Она ответила медлительной и мучительной для него улыбкой, которая никак не могла снять его нарастающее напряжение.

– Ты понимаешь, что я до сих пор не знаю, куда мы едем?

Он проворчал что-то неразборчивое, и взгляд его пропутешествовал по красиво очерченной груди, столь вызывающе обнаженной низким вырезом платья.

– Я ведь обещал, похитить тебя и увезти туда, где нам никто не будет мешать. – Его голос звучал глухо и обреченно. Хотя Порция охотно оставила гостиницу на попечение миссис Корнелл, до свадьбы она продолжала жить в мансарде, а это означало, что они не могли побыть вдвоем ни минуты. – Хочу гулять по садам, не беспокоясь, что на кухне случится несчастье, хочу держать тебя в объятиях, зная, что никто не постучит в дверь в самый неподходящий момент.

От его нежной ласки дыхание Порции прервалось.

– И где ты найдешь такое волшебное место?

– Отец предложил мне воспользоваться одним из его охотничьих домиков. Он заверил меня, что там всего лишь горсточка слуг, отличающихся отменной скромностью, и что в это время года там на двадцать миль нет ни одного соседа.

– Господи! Мы будем полностью отрезаны от мира. – Она в притворном ужасе захлопала ресницами. – И что же мы будем делать?

По его телу пробежала дрожь, а пальцы продолжали изучать шелковистую, горячую кожу.

– Желаешь, чтобы я описал тебе, или предпочитаешь показ?

Она замерла, вглядываясь в глубину его глаз, и выражение ее лица вызвало золотистую волну наслаждения во всем его теле.

– Я люблю тебя, Фредерик Колстоун, – тихо сказала Порция, и ее рука поднялась к его щеке и погладила ее, а он неожиданно и резко дернулся. – В чем дело?

Он печально покачал головой. Даже по истечении двух недель ему трудно было считать себя не Фредериком Смитом, а кем-то другим. И он сознавал, что какая-то его часть так и останется застенчивым, но решительным юношей, из которого Даннингтон вылепил мужчину.

– Это имя все еще кажется мне… странным, – признался он.

– Ты должен к нему привыкнуть, – предупредила она, и глаза ее потемнели от волнения за него. – К тому времени, когда закончится наш медовый месяц и мы вернемся, всем будет известно, что ты законный наследник лорда Грейстона.

Он притворно содрогнулся:

– В таком случае, может, нам лучше остаться в этом охотничьем домике?

– О нет, – поспешила возразить она. – Больше никаких тайных укрытий. С сегодняшнего дня мы обратим к миру вызывающие лица и будем высоко держать голову.

Фредерик еще крепче сжал ее в объятиях. Сердце его было переполнено любовью, которую она вызвала к жизни. Он приехал в Уэссекс покопаться в прошлом, а вместо этого нашел будущее.

– Это будет легко, раз ты останешься рядом, – ответил он шепотом, наклоняя голову, чтобы встретить ее полные готовности губы.

– Теперь я всегда буду рядом с тобой, мой порочный барон.