Чтение онлайн

— Объясни, Денисов, пожалуйста, что это ты делаешь?

Денисов мигом оправляется, пятится к парте, принимает смиренный вид.

— Василий Васильевич, позвольте выйти…

Баргамот озадачен, молча таращит глаза на Денисова.

— Позвольте выйти, — твердо повторяет Денисов, — живот разболелся.

Баргамот, засунув глубоко руки в карманы брюк, подтягивает их, с напускным соболезнованием спрашивает:

— Давно у тебя живот разболелся?

— У меня давно разболелся живот, — с готовностью отвечает Денисов.

— А Петрушку валял ты сейчас тоже с больным животом?

Денисов невинно и изумленно взирает на Баргамота.

— Никакой Петрушки я не валял. Позвольте выйти!..

— Ты и из парты не выходил?

— Не выходил, — решительно заверяет бурсак.

Баргамот задумчиво смотрит на него и как бы даже с уважением; крякает, гладит рыхлый живот, садится за кафедру, скучно мямлит:

— Иди скажи инспектору, что я выгнал тебя из класса за паясничество!

— У меня живот болит, ей-богу, — бормочет Денисов уже в дверях.

Бурсаки знают, к Тимохе Денисов не пойдет: Баргамот справляться о Денисове у инспектора не будет.

…Во втором штатном греческий язык преподает Хабиб Хананеа. Бурсаки считают его беглым греком. Хабиб до смешного мал ростом, прямо карлушка. Составлен Хабиб из шаров и полушарий: тугой живот, женские груди, круглая голова, круглые воловьи глаза навыкат с черными зрачками и влажными огромными белками; на макушке шишка величиной со среднее яблоко; на руках-коротышках — пальцы-сосиски. Про глупость Хабиба бурса сложила немало рассказов. Заходит, например, Хабиб в Толмачевскую булочную:

— Дайте мне и Анюте шесть пирожков.

Приказчик, не видя около Хабиба никакой Анюты, спрашивает:

— Разрешите-с! Какой Анюте прикажете отпустить?

— Моей жене, Анюте, — отвечает положительно и солидно Хабиб Хананеа.

По-русски Хабиб изъясняется с пятого на десятое. Вдобавок он зол, вздорен, к тому же и требователен.

В класс опаздывает бурсак Мелиоранский; бочком-бочком пробирается он к своей парте; заняв место, Мелиоранский не поднимает глаз с учебника. Хабиб бегает вокруг Мелиоранского, пыхтит, сопит, издает гортанные звуки. Фамилию бурсака он забыл. Мелиоранский притворяется, будто не замечает Хабиба. Хабиб трется животом об угол парты, верещит, наконец, дергает бурсака за рукав. Мелиоранский, громыхая сапожищами, неуклюже и неохотно поднимается.

— Фамиль!

Бурсак невнятно что-то бормочет.

— Почему так долго в классе не существовал?

— В больницу ходил.

— Фамиль! Повторяй на весь голос!..

Обозленный Мелиоранский оглушительно рычит. Хабиб сверкает белками, воздвигает ему жирный кол, захлопывает журнал, могильным голосом изрекает:

— Ви погребены навеки!

С задних парт смех. Хабиб вновь свирепеет.

— Ви, которые веселые! Даже лампы вас стидятся, вас стидятся люди; они проходят, они говорят: Ай! ай! какой воспитанник в этим училища, какой разбойник!.. Даже животные разбежались на восток и на запад, на север и на юг. Они слушаются своих отец и бабушка и своих наставник!..

Глаза бурсаков готовы лопнуть от смеха.

Хабиб Хананеа берет учебник. Объясняя родительный самостоятельный, он приводит пример: — Козлов приехал из Тамбова (Козлов — город по соседству с Тамбовом). Дальше следует перевод с греческого. Переводя, Хабиб называет корову быковой женой, селезня — уткиным мужем. В перемену при выходе из класса Хабиба берут в кольцо, кто-то дает ему здоровенного щелчка по шишке на макушке. Хабиб визжит и первого, кто ему подвертывается, тащит к Тимохе, уверяя, что это он его ударил по шишке…

…В раздевальной суматоха. Бурсаки наперегонки спешат в больницу. В больнице за аптечной конторкой фельдшер Голохвостов, сосредоточенный, хмурый, записывает к доктору. Голохвостов решает, кого к доктору допустить, от кого отделаться порошком или микстурой. Порошки и микстуру получают всего чаще бурсаки младших классов. Голохвостов из ротных фельдшеров. Лет десять под ряд готовится он безуспешно к экзамену на настоящего фельдшера. Он чтит образование, науки, искусства. Склонив квадратное лицо с усами кота над больничным журналом, он веско говорит четвертокласснику:

— Забористые книги пишут-с господа сочинители. Прочитал-с надосуге комедию столбового дворянина, его высокоблагородия Гоголя. Очень даже завлекательно! Ужасные насмешники!.. Про женитьбу… прозывается сочинение «Действующие лица».

Подзаголовок над перечнем действующих лиц Голохвостов принял за название комедии.

Голохвостов говорит: момент, роман, период. За конторкой он священнодействует; он медлителен, осанист. Однако бурсаки нередко над ним издеваются.

— На что жалуешься? — вопрошает Голохвостов, жречески поглядывая на повесу поверх очков в железной оправе.

Повеса хрипло отвечает:

— Должно воспаление мозговых почек. Ничего не соображаю; ни синь-пороху.

— Гм… посмотрим…

Голохвостов открывает пособие, долго и нудно его перелистывает, бурсак следит за эскулапом с откровенным ехидством.

— Гм… о такой болезни ничего не прописано…

— Неужто? — изумляется бурсак, подмигивая приятелю.

В приемной все больше набивается бурсаков. Прыщавый дылда делает таинственные пассы руками. Ослабляя сначала связки кистей, он с силой бросает их вверх. Он набивает пульс. В другом углу бывалый обучает новичка:

— Поставят градусник, — лупи его по головке щелчками, только не сильно, а то ртуть разорвется… Голохвостов заметит…

Двери широко распахиваются и вместе с клубами морозного пара появляется военный врач Слепцов. Принимая больных, он лукаво шутит, прищелкивает языком, дымит папиросой, от него пахнет хорошими духами. Он приносит с собой особый мир, далекий, не схожий с бурсой. Обращение Слепцова с бурсаками тоже необычайное.

— На что жалуешься, цыпочка? — спрашивает он вихрастого бурсака с дряблой серой кожей.