Буря
Шрифт:
Киаран отстранился и специально прижался самым чувствительным местом к ее клитору. А потом наклонился и начал ублажать другую ее грудь, активно подавая бедра и лаская ее снизу. Аудроне выдала сдавленный стон, закрывая рукой лицо.
— Посмотреть на меня не хочешь? — прошептал Киаран, продолжая тереться о нее.
— Нет! — громко выдала она.
— А если так? — он отстранился и плавно вошел.
Застонал с ней в унисон и почувствовал, насколько сильно она сжимает его внутренними мышцами. Аудроне вытащила подушку из-под головы и прижала ее к лицу. Киаран опешил! Ничего себе «игры подсознания»?!
— Еще чего удумала! — он схватился за подушку и метнул ее в сторону.
Аудроне прижала ладони к лицу и снова застонала, когда он начал двигаться.
— Ну, посмотри на меня… — попросил Киаран, чувствуя, что даже на заветную минуту его не хватит!
— Нет!
— Почему «нет»? Посмотри…
— Не-е-ет! — протяжно ответила она.
— Глупая, — Киаран наклонился вперед, замедляя темп и поцеловал тыльную поверхность ее кисти, за которой скрывались губы Аудроне. — Даже поцеловать меня не хочешь?!
— Не заслужи-и-ил! — прохрипела она.
— Заслужил, — он отнял ее руки от лица и впился в ее губы.
Аудроне попыталась его укусить, но не убедительно. А потом она начала целовать его в ответ. Сахида… Он так увлекся, что практически перестал двигаться. Толчок, — и Аудроне распахнула рот, выдавая громкий стон ему в губы. Еще один толчок — и по спине Киарана побежала волна дрожи. Он понял, что просто больше не сможет ее целовать, потому прижался носом к ее шее и начал… …да он сам не знал, что он начал.
Все ощущения накалились до предела. Вот-вот — и пар из ушей пойдет! От обычного «траха» было слишком много отличий. Он ждал… Он ждал каждый из ее стонов, которыми Аудроне благодарно ласкала его слух. Он лизал кожу ее шеи, на которой, займись они сексом в реальности, точно бы остались следы. Ему было наплевать на собственное удовольствие, лишь бы почувствовать, как она сокращается внутри и ритмично сжимает его, получая оргазм.
«Почувствовать оргазм Аудроне Мэль» — вот какая мысль, крутилась в его голове, пока он рьяно и методично доводил Аудроне до точки кипения в своей голове. И она закипела. Сначала вздрогнула, едва ли не подкидывая его вверх, а потом он услышал заветное «Киар-р-ран!»
Он и сам не знал, что подействовало на него сильнее: ее ритмичные сокращения или имя, которое она выдала с типичным луитанским акцентом. Но Киаран кончил. Масштабно, громко и так сильно, что его самого всего затрясло.
Он скатился на бок, Аудроне повернулась к нему спиной. Одно движение ее попкой — и он бы оказался на полу! Но она не двигалась, а Киаран уставился в потолок, изредка освещаемый огнями подсветки из вращающейся части корабля, мелькающими в иллюминаторе каюты.
Киаран молчал, не считая нужным что-либо говорить своей же подкорке. И подкорка отвечала взаимностью, не наделяя Аудроне Мэль из его подсознания ненужными в данный момент речами. На секунду Киаран пожалел о том, что спит. Ведь если бы такой впечатляющий секс ему обломился в реальной жизни, он бы с Аудроне Мэль точно не слез. Но в фантазиях всегда все более красочно и красиво, тогда как в реальности его потенциальная «будущая невеста» может оказаться обычным «бревном». Ужасно, что придется проверять все на личном опыте, ведь нет ничего хуже разочарования в партнере, с которым придется кувыркаться «на камеры» довольно продолжительный отрезок времени.
Почему он сбежал от нее сегодня? Потому что решиться заняться сексом под работающими объективами камер наблюдения оказалось сложнее, чем он себе представлял. Одно дело, когда не знаешь, что за тобой наблюдают. Или догадываешься, но не знаешь наверняка. И совсем другое, когда собираешься выставить нечто очень личное напоказ. Аудроне, похоже, совершенно это не волновало. Она видела цель и стремительно двигалась к ней. А он, вот, споткнулся о камеры… И что-то подсказывало ему, что так просто он с этой проблемой не справится. Конечно, вид обнаженной Аудроне его очень даже взволновал. Настолько, что он едва не повторил попытку в ее каюте вечером. И опять не смог. Зато в своих фантазиях с этим у него проблем не возникло.
Ладонь Киарана легла на живот притихшей Аудроне и поднялась на крутой, но мягкий бочок. Он старательно ощупывал его и даже сжал, пока не услышал гневное:
— Что ты делаешь?
Киаран тяжело вздохнул и уткнулся носом в затылок Аудроне.
— А на что похоже? — на дженерийском спросил он, тут же позабыв о своей бывшей и всяких сравнениях Аудроне с ней.
— Прекрати, — попросила Аудроне из подсознания.
Хотя, вернее будет сказать, что попросило «подсознание» Киарана.
— Что именно прекратить? — он начал поглаживать ее по мягкому месту и развел коленом ее бедра.
— Маньяк, — жалобно произнесла она.
— Ты мне льстишь, — усмехнулся он и плавно вошел в нее.
Аудроне застонала, и он тоже. В общем, на боку он недолго продержался. Поставил ее на колени и, как говорится, подарил весь спектр ощущений от качественного второго дубля. И, собственно, проснулся, когда кончил сам.
Вокруг темно, в боксерах мокро, а сердце в груди заходится. Киаран сполз со своей кровати и побрел в ванную. Чертово подсознание… Хоть ты больше вообще спать не ложись!
Киаран переоделся и сел на кровать. Захотелось отключить камеры в каюте Аудроне, а потом пойти к ней и разбудить ее тем же способом, которым он разбудил ее в своем сне.
— Стоп! — сказал он сам себе. — Стоп-стоп-стоп! — повторил трижды и принял решение напиться.
Не по уставу, конечно, но безгрешных на этом корабле нет. Впрочем, как и во всем доблестном флоте Альянса пяти планет!
У Аудроне поехала крыша. Точнее, она уже уехала и приземлилась на неизвестной территории, оставив «чердачок» владелицы проветриваться. Таких реальных снов у нее еще не было. И такого реального нереального секса тоже!
Трусики можно было выжимать. Аудроне даже приняла душ посреди ночи и переоделась в чистое белье. Простынь, которую она порвала во сне, пришлось менять. Хорошо, что запасной комплект белья находился в выдвижном ящике под кроватью.
И только Аудроне сменила простынь, как внезапная мысль посетила ее. «А если это был не сон?»
Щеки стали пунцовыми, и она прижала к ним ладони. Киаран уже «залезал» без спроса в ее голову. Так почему он не мог «вломиться» в ее разум посреди ночи и… Ну, все, что они делали, было по обоюдному согласию, так что принижать собственные заслуги в этом акте Аудроне не собиралась.