Бусиэ

Ледяной бушующий ветер пронизывал до костей. Тьма и пурга – не видно не зги – в лесу уже смеркалось. Закутанный в тулуп заблудший охотник продирался через сугробы вперед. Силы его уже были на исходе, он очень замерз, и к тому же сбился с намеченного маршрута из-за бурана. В такой кутерьме разглядеть хоть какие-то ориентиры было практически невозможно. Стоять на месте было нельзя, иначе замерзнешь.

И вдруг впереди сквозь пелену бурана мужчина различил темные очертания какой-то избы, одиноко возвышающейся над сугробами. Он воспрянул духом ускорил шаг, насколько смог и вложил остатки сил, чтобы поскорее добраться до спасительного убежища.

Застилаемый метелью кособокий домишко словно маяк манил к себе уставшего и замерзающего путника. Каждый шаг давался мужчине с большим трудом. Его и без того тяжелые унты облепило снегом. Охотник почти не чувствовал пальцев на руках и ногах, но крепко сжимал ружейный ремень одной рукой, а второй прикрывал лицо от пурги.

Уже подходя близко к покосившемуся строению, мужчина заметил, что окна в доме были заколочены. Наконец, охотник добрался до одинокой избушки, построенной кем-то в этой глуши. Мужчина с трудом поднялся по скрипучим кривым ступенькам, которые продавливались под каждым шагом и оказался на небольшом крыльце перед просевшей деревянной дверью.

Охотник несколько раз громко постучал окоченевшим кулаком и стал прислушиваться к окружающим звукам, но слышал только вой метели. Затем он схватился за ручку и дернул дверь на себя.

Та поддалась, отворившись со скрипом.

Охотник удивился и осторожно открыл дверь шире. В проеме зияла тьма. У мужчины засосало под ложечкой. Но он все же собрался с духом и крикнул в темноту немного осипшим голосом:

«Хозяева! Пустите, пожалуйста, согреться! Я охотник и сбился с пути из-за метели. Буду вам очень благодарен! Эй, есть кто дома?»

Ответа не последовало.

Это насторожило путника, однако холод и усталость давали о себе знать. Заблудший охотник осмелел и юркнул внутрь. В сенях пахло сыростью и было почти также холодно, как и снаружи. Зато не было ветра.

Охотник прошел пару шагов во тьме, выставив руки перед собой. Довольно быстро он наткнулся на еще одну дверь и без труда открыл и ее.

И вот охотник оказался в просторной комнате, в которой царил полумрак из-за забитых досками окон. Дневной свет просачивался в неровные щели, отбрасывая на стены паутину переплетающихся полос. Но это не мешало рассмотреть все скромное убранство помещения: в правом дальнем углу печь, рядом грубо собранный стол и стол, кровать напротив у левой стены, а в правом ближнем к выходу углу стоял потертый шкаф и старинный сундук. Вот и все наполнение. Еще рядом с печкой лежала небольшая поленница.

Это означало, что в доме кто-то точно недавно был.

«Возможно, хозяин просто куда-то ушел по срочным делам, поэтому даже дверь за собой не закрыл. Странно все это. Надо дождаться хозяина, а там будет видно. Для начала растоплю печь и согреюсь», – подумал охотник и приступил к делу.

Пока он разводил огонь, то рассуждал о том, как будет объяснять свой поступок хозяину жилища. Все-таки забираться в чужой дом не хорошо, даже если он покинутый. Охотник очень надеялся, что хозяин окажется понимающим и войдет в положение – не выкинет непрошенного гостя на мороз. Это успокаивало мужчину.

Вскоре в комнате стало заметно теплее. Охотник начал согреваться. Приятное и покалывающее тепло разлилось по всему телу, начиная от кончиков пальцев и заканчивая макушкой и пятками.

Затем он достал из рюкзака термос и консервы, разогрел себе еду. Наевшись, мужчина почувствовал себя совсем хорошо. Беспокойство приутихло, приятный треск поленьев в печи только способствовал умиротворению.

Охотник сам того не заметил, как начал клевать носом. Тело отяжелело и размякло, навалилась чудовищная усталость. Мужчина с трудом встал со стула, прошел пару шагов до кровати и плюхнулся на нее, не снимая одежды. Как только голова охотника коснулась подушки, тот провалился в глубокий сон.

***

Мужчина резко открыл глаза. Сна не было ни в одном глазу. Охотник лежал на спине и смотрел в потолок. В комнате царили непроглядный мрак и тишина – снежная буря за окном улеглась. Было настолько тихо, что мужчина, казалось, слышал собственное сердцебиение. Ему вдруг захотелось встать с кровати и зажечь хоть какой-нибудь источник света. Но тело не поддавалось – все суставы окоченели и одеревенели. Двигать мужчина мог только глазами.

Вдруг дверь сотряслась от череды громких ударов. Человек на кровати вздрогнул, но единственное, что смог сделать – слегка сжать пальцами матрац. Охотник перевел взгляд на дверь, в проем которой пробивалось зеленоватое свечение. Новая порция мощных стуков с грохотом распахнула настежь тяжелый кусок дерева, от чего дверь ударилась в стену.

В проеме показалась высокая человеческая фигура, от которой и исходил этот зловещий мертвенный свет. Незнакомец сжимал в обеих руках здоровый топор. Но самое ужасное было в том, что у человека не было головы.

Обезглавленный живой мертвец меж тем не торопился входить в комнату, немного покачиваясь из стороны в сторону, стоя в дверном проеме. Так продолжалось недолго. Тело дернулось вперед и ворвалось внутрь, начало суматошно шариться по углам в поисках чего-то.

Покрытый мурашками и испариной охотник кажется догадывался, что ищет нежить. Прикованному к кровати мужчине хотелось рывком спрыгнуть с проклятой кровати и умчаться в чащу, лишь бы подальше от этого дома. Но он мог только наблюдать, не издавая ни звука. Это все казалось бредом воспаленного сознания, кошмаром наяву.

Вдруг обезглавленный чужак уронил топор на пол и заметался по комнате, размахивая руками и воя несуществующим ртом: “Голова! Где моя головаа?! Кто ее украл?! Убью! Разорву! Изничтожу!”.

Инфернальные вопли доносились из глубины обрубленной шеи и одновременно отовсюду.

Охотник вжался в кровать, стараясь слиться с нею. Мужчина мысленно молил Бога о том, чтобы взбесившийся демон его не заметил. Но охотника выдал сдавленный тихий стон.

Монстр моментально замер в центре комнаты, как будто прислушиваясь. А затем тело медленно развернулось грудью к кровати, вытянув длинные руки со скрюченными пальцами вперед.