Бутончик
Шрифт:
– Ну, смотри! Они созданы только для тебя! Встань, походи.
Он протянул ей руку, она встала, держась за его руку, и сделала несколько шагов. Покружилась, повертела ножками, любуясь переливами камней.
– Это все очень красиво, но…
– Ни каких, но! Я старался для тебя. Ты обидишь, если не возьмешь!
– Я не твоя девушка, чтобы принимать такие подарки!
Прозвучало это очень обидно, он вспомнил, что у нее есть парень, ревность опять полоснула по груди:
– Тогда, что ты здесь делаешь со мной?! Почему сама предложила свидание?– выпалил, он не задумываясь.
– Я не продаюсь за дорогие подарки! Ты меня не за ту принял!
– А я и не покупаю тебя! Мне ничего от тебя не нужно. Я просто хотел сделать тебе приятно и удивить.
Оба обиделись. Молчали, глядя друг на друга. Пауза была долгой. Леша первый сдался:
– Ладно. Если они тебе не нравиться, снимай! Я брошу их с балкона, пусть кому-нибудь посчастливиться! Тебе ведь все равно.
Она немного задумчиво помолчала, глядя на него:
– Хорошо. Я приму этот подарок, из вежливости, но с одним условием. Ты мне больше ничего не даришь! Ничего!
– Ладно. Как скажешь. Ты пойдешь в них или вернем в коробку?
Чтобы он еще раз касался ее ног, она позволить не могла:
– Я буду в них. Но больше ни каких фокусов! – погрозила пальцем.
– Чудно, тогда я эти уберу туда.– «Ага! Значит, нравятся!» отвернувшись, он порадовался своей маленькой победе. Он взял ее туфли и упаковал в коробку.
– У нас остался еще десерт,– заметил он.
– О! Нет! В меня больше ничего не влезет! – возмутилась она.
– Может, тогда потанцуем?
Она вспомнила конец предыдущего танца, у нее похолодело все внутри, она боялась теперь себя, как только он касался ее, она теряла контроль. Повторять она не хотела, не сейчас:
– Нет, спасибо. Не хочется. Просто отвези меня домой. Это был очень бурный вечер, мне надо прийти в себя. Все обдумать.
«Как домой? Сейчас? Только не сейчас! Я не хочу расставаться!»
Он сделал к ней решительный шаг, протянул руку, чтобы дотронуться, но даже не успел ничего сказать, как она быстро сделала два шага назад, сделала жест рукой, чтобы он не прикасался. Он опешил.
– Просто отвези меня домой. Прошу. Не трогай меня.
Она показалась ему чужой, ни его Настей. Растерянно смотрел, не мог понять, что вдруг случилось:
– Я сделал, что-то не так? – « Будь прокляты эти туфли!»
– Нет. Все нормально. Дело не в тебе. Все хорошо. Я могу уехать и на такси.
– Нет, я отвезу тебя сам.
Теперь он вообще ничего не понимал, но чувствовал, что она отдаляется все дальше и дальше. Немного потоптался, глядя в пол, взял коробку и розу со стола и пошел на выход, молча не оглядываясь. « Женщины. Кто их поймет? Чего она хочет? Свести меня с ума?» Она шла за ним, смотрела на его могучую спину и ругала себя за то, что вообще пошла на это свидание. А еще ей было горько, оттого, что она обидела его, она это почувствовала. И это после всего, что он для нее сделал. Он усадил ее в машину, положил коробку на заднее сидение. За своей серьезностью скрывал то негодование, что бушевало в нем. Ехали, молча, старались не смотреть друг на друга, и от этого было еще тошней. Вот знакомая арка и они повернули во двор, у Насти зазвонил телефон, она взяла трубку, это ее подруга беспокоилась, где она. Голос ее был спокойный, ровный, она объяснила, что они уже подъехали к дому. Машина остановилась у подъезда, она повернула к нему голову, он не двигался, смотрел впереди себя, горечь не понятной обиды душила его:
– Мне понравилось наше свидание. Все было замечательно. С тобой очень хорошо быть рядом. Спасибо за все. И за подарок спасибо,– ее голос был спокойный мягкий, но слегка дрожал.
Он посмотрел на нее, и в глазах было столько тоски и тревоги, как будто он теряет ее навсегда, что у нее защемило сердце.
– Я приеду, завтра в это же время,– это был не вопрос, не просьба, а утверждение, он хватался за соломинку, ждал ее реакции, хоть маленькой улыбки, хоть искорки в глазах.
– Нет не надо. Лучше я позвоню тебе сама позже,– сказала она, опустив глаза, решив, что все развивается слишком быстро, нужно время все обдумать и вышла из машины быстро и решительно. Его сердце сжалось в один маленький комок. Он смотрел, как она уходит и думал «Что, вот так просто уйдешь и все! Нет! Не сегодня. Я так не хочу!»
Он выскочил из машины, догнал ее в два прыжка, взял ее лицо двумя руками и впился губами в ее губы. Его поцелуй был таким страстным и нежным, как будто от этого зависело, будет он дальше жить или нет. Она обмякла в его руках, обняла его за шею и ее губы отвечали на его поцелуй. Они долго целовались, пока обоим стало не хватать воздуха, они стояли лоб в лоб, нос к носу и тяжело дышали, она гладила ему затылок, он сжимал ее в объятьях, бесконечно прикасаясь к ней. Снова нежно коснулся ее губ, взял губами ее нижнюю губу, она застонала, он с новой страстью ворвался к ней языком в рот. Она в ужасе понимала, что сладкое желание разгорается у нее внизу живота, и она жаждет его всем телом, каждой клеточкой. Раньше она ни кого и никогда так не хотела. Эти мысли пугали, но она не хотела, чтобы он останавливался. Ее ручки сжимали его так страстно и не желали его отпускать. У него голова пошла кругом, он чувствовал себя словно в невесомости, словно распался на миллионы светящихся молекул. Странное и прекрасное предчувствие томило их души. Именно сейчас все решается в данный момент. Это пугало и окрыляло до небес. Только бы он не отпускал никогда. Не останавливайся. « Да что я делаю? Схожу с ума? Похоже да. Господи, если это так прекрасно, почему ты раньше не подарил мне это!» думала она.
13
Они услышали, как кто-то зовет Настю по имени, но они были не в силах оторваться друг от друга.
– Настя, – прозвучал мужской голос настойчиво и громко.
Она первая повернула голову на голос и замерла в ужасе. Олег не спеша приближался к ним, выйдя из подъезда. У нее похолодело все внутри, она освободилась поспешно из объятий Леши, но на встречу к нему не шла, стояла возле Алексея спиной к нему. Олег был в недоумении:
– Кто этот тип? Настя, что происходит? Ты уже нашла мне замену?
Она спиной чувствовала, как у Леши с хрустом сжимаются кулаки и напрягаются все мышцы. В голове пронеслась мысль, что сейчас, если завяжется драка, а она точно завяжется, то Леша просто убьет Олега без жалости и сожаления. Возможно даже с одного удара. Он вполне способен на это. В голове тут же всплыло чемпион мира и так далее. Ей стало страшно. Это она заварила эту кашу, надо что-то делать:
– Олег, иди домой я сейчас прейду и мы поговорим.
– В смысле иди домой?! Моя невеста целуется с кем-то, а я пойду домой?! Ты спятила?!
Она собрала все свое самообладание и приказала громко и строго:
– А ну стоять там! И ни смей делать, ни шагу больше!
Это странно, но это сработало, он остановился в пяти шагах от них. Она не знала, что он просто испугался приблизиться ближе, еще не забыл тот удар у кафе. Она повернулась к Леше, увидела, как его скулы играют и взгляд на Олега с такой невероятной ненавистью. Ей стало еще страшней, таким она его точно еще никогда не видела. Он стоял спокойно, но она видела, что он готов в любой момент броситься на противника, как хищник на добычу. Она старалась говорить спокойно, но голос предательски дрожал: