Бык в загоне
Шрифт:
А как известно, при всех своих достоинствах Симферополь имел один огромный недостаток — там не было моря. В гостинице группа наблюдения обнаружила еще двух азербайджанцев, присоединившихся к своему товарищу. Причем их лица точно соответствовали изображениям, сделанным фотороботом.
Каким образом эти двое проникли на полуостров, минуя кордоны, оставалось пока загадкой.
Узнав из донесения лейтенанта о том, что вся группа азербайджанцев в сборе, подполковник принял решение о задержании. Одно из главных требований, которое предъявлялось к оперативной группе, — произвести как можно меньше шума — Если информация просочится в прессу, — напутствовал начальник угро подчиненного, — я засчитаю вам полный провал. И кое-кто лишится погон.
Поэтому договорились взять кавказцев ночью, предварительно удалив из коридора дежурную Около двух часов ночи группа захвата, тихо открыв дверь номера, вошла внутрь. Когда незадачливые гости проснулись, на запястьях каждого были надеты наручники.
Задержанных доставили в ближайшее отделение милиции, где присутствовал сам начальник уголовки. Безо всяких объяснений их водворили в камеру Прошло не многим более часа, когда на пороге отделения появился Хитрый. Не обращая внимания на окрик дежурного, он проследовал в сторону кабинета начальника РОВД, где за видавшим виды письменным столом восседал утомленный последними событиями Гуденко.
— Ну, где эти козлы?
— Сейчас дежурный посадит их в «уазик»… — подполковник торжествовал, будто это он, а не его подчиненные обнаружили, выследили и арестовали азербайджанцев. — Не забудьте только машину вернуть.
Подручный Тягуна лишь хмыкнул в ответ.
— Конечно, не вопрос!..
Пара часов тряски по разбитым дорогам, — и вереница машин во главе с ядовито-желтым милицейским воронком остановилась на границе области.
Черная мгла небосвода начинала проясняться проблесками подступающего рассвета. Еще час, и утренняя роса заблестит, отражая первые солнечные лучи.
— Приехали, — констатировал Хитрый. — Выводи сук поганых.
Один из бригады Тягуна открыл заднюю дверь «УАЗа». На сгрудившихся вокруг милиционеров пацанов уставились три пары удивленных глаз.
— Выходи, мразь, — протянул Виктор.
Кавказцы послушно потянулись за первым выпрыгнувшим на асфальт приятелем, который спросил:
— Куда, начальник, ведешь, да?
Подручный Гросича зло оскалился:
— Я тебе не начальник, падло. Я твой палач.
Расценив это как шутку, азербайджанец натянуто рассмеялся:
— А зачем так шутить, да? Давай договоримся, слышь, земляк.
— Твой земляк червь навозный, — Хитрого злило, что азер принимает его за мусора.
Когда же пленников отвели подальше от дороги, в редкий лесок, они встревожились. Тот, который пытался разговорить Виктора, дико озираясь по сторонам, спросил:
— Кто вы такие, да?
Ответом ему была гробовая тишина. Телохранитель крымского пахана медленно вынул из-за пазухи пистолет Макарова, направив его в голову азербайджанца. Сухой щелчок возвестил о том, что тупорылый патрон плотно вошел в ствол.
— Некогда мне с тобой базарить, сука, — последнее слово заглушил выстрел.
Свинцовая пуля пробила лобную кость мирзоевского боевика, застряв в желеподобных тканях головного мозга. Из образовавшегося отверстия, заливая жертве глаза, вытекла струйка темно-красной крови.
Не успев издать ни звука, азер рухнул на землю.
Двое других тупо уставились на поверженного товарища.
— Слушай, зачем стреляешь сразу, да? Вай мэ, за что? — спросил тот, которого обнаружил бдительный лейтенант.
— За Абрама Рудковского, — спокойно произнес Хитрый, — теперь твоя очередь, — он резко перевел ствол на Натика.
— Какого Абрама? Я не знаю такого.
— Бизнесмена, которого вы порезали в офисе, — объяснил Виктор.
— Я не резал! Вах! И он не резал, — кавказец кивнул на стоящего рядом, а затем перевел взгляд на убитого, — он резал. Это он все, мамой клянусь…
Азер неожиданно резко оттолкнул блатного и бросился бежать. Две тени рванулись вслед за ним.
Далеко убежать ему не удалось. Через каких-то двадцать метров беглец был сбит с ног. Преследователи с остервенением принялись избивать корчащегося на земле Натика Тамерланова.
— Хватит, — резко окликнул их Хитрый, — тащите его сюда.
Избитого азербайджанца подвели к Виктору.
Одежда на жертве была разорвана, скула вздулась буквально на глазах. Вместе со сгустком крови тот выплюнул выбитый зуб. Во взгляде застыл ужас. Он взмолился:
— Не убивай! У меня дети — трое, нет — четверо!
Я жить хочу. Другом мне будешь, да! — Виктор лишь криво ухмыльнулся, следя за тем, как голос азербайджанца плавно перетекал в завывание. — Я не хотел… Я не виноват… А-а-а… Я не хотел…
Его нытье оборвал выстрел. Убитый Натик, медленно раскачиваясь, ткнулся ничком в утреннюю росу.
— Третьего добей ты, — Виктор протянул пистолет стоящему рядом бандиту.
И, разворачиваясь, чтобы уйти, бросил через плечо:
— Волыну бросите здесь, да не забудьте стереть пальчики. И давайте быстрее, а то скоро рассвет…
Глава 15
До Ужгорода доехали без приключений — по дороге Сергей рассказал Анатолию об убийстве Мирзы, о том, какие татуировки видел на теле азербайджанца.
— Нет, не может быть! — воскликнул Лысый. — «Король всех мастей» и купола — и все вместе? Тебе, наверное, померещилось.
— Да нет же, уверяю тебя!
— Мало того, что негодяй, так еще и придурок, — резонно заметил Толик. — Ну, сука…
Больше об этом они и не вспоминали — надо было доставить деньги до места, а путь был неблизкий…
В Ужгороде Писарь, Лысый и его братва остановились в маленькой грязной гостинице, сняв пять номеров.
Писарь принял душ с чуть теплой водой, вошел в комнату, растираясь махровым полотенцем. На старой деревянной кровати, скрипевшей при малейшем движении, лежал Анатолий, уныло глядя в потрескавшийся потолок.