Чтение онлайн

— А какая между ними разница, Рауль? — хочу понять я.

— «Заклинания обороны» не позволяют проникнуть внутрь с оружием; «Заклинания защиты» сообщают магу о присутствии врага.

— Так одно защищает от оружия, а другое задерживает, не дает проникнуть? — Минди во всем любит ясность и точность.

— Совершенно верно.

— «Заклинания обороны»! — Теперь Тина кричит во весь голос.

Джордж привычно кидает в рот жвачку.

— А какие?

«Связь с оружием»!

— Значит, проникнуть можно?

— Только если у нас не будет оружия! — провозглашает чародейка. — И не пытайтесь пробивать здание!

— Выкидывайте! — Я первый отбрасываю в сторону свои «магнумы».

Черт, у нас даже нет кодовой боевой фразы на этот случай. Да разве нам когда-нибудь приходилось расставаться с оружием? Мы никогда не применяли его против людей земли, только против тех, кто губит землю людей… И вот теперь пришло время погубить этих губителей, а нам приходится бросать оружие! Медленно, неохотно команда разоружается. «Баррет» зависает на невидимом крюке и проваливается в ночь… Сумка с патронами, гранаты, кольцо с печаткой, зажигалка, авторучки… И как это я еще не взлетел — такой легкий? Ах да, в кобуре на лодыжке у меня небольшой крупнокалиберный пистолет… И мой карманный нож… И швейцарский армейский нож…

Огнемет отца Донахью падает как свинцовый сейф: вслед за ним летят дробовик, куртка с магическими веществами, наручные часы, карманный ножик, авторучки, четки-гаррота, [100] пистолет, заряженный святой водой… Налегке, однако, священники путешествуют.

Из рук у Джесс поочередно вылетают: «узи», боеприпасы, гранаты, карманная фотокамера, часы, пара шприцев из медицинской сумки, сережки, выпуклая пентаграмма, несколько авторучек, швейцарский армейский нож, два браслета… Ага, браслеты! Вот почему я не прохожу сквозь купол!

Ренолт мужественно развязывает узлы на ремнях, стягивающих его грудь… Вот ремни повисают — «мастерсон» летит вниз. Когда все это упадет на землю, немалые будут разрушения… Надеюсь, под нами нет детской площадки или чего-нибудь в этом роде. Потом Джордж освобождается от ремня с патронами, кольта сорок пятого калибра, крупнокалиберного пистолета, двух ножей, финки, часов, нескольких авторучек, кастетов и… своей шляпы. Вот уж не ожидал — шляпа?..

— Эд, я… не могу этого сделать! — Минди плачет, слезы градом катятся по ее щекам, и обеими руками держится за рукоятку меча.

Да-а, этого я не предвидел… Разве может Минди выбросить свой меч? Десять лет жизни она посвятила физической и духовной тренировке во имя закалки его лезвия. Однажды я был свидетелем, как она нырнула в кипящую воду, только чтобы достать упавшую туда рукоятку. Связь между этим мечом и этой женщиной так крепка и нерушима, что ни соображения здравого смысла, ни общественное мнение не расторгнут ее… Я махнул ей рукой:

— О’кей, Мин. Все имеет свой предел. Лети отсюда к вертолетам — будешь связной. Понадобится — пилотам поможешь.

Она молча кивает и улетает как ветер. Теперь мы совсем беззащитны — потеряли и лучшего бойца рукопашной.

— Эй, как вы там, ребята? — кричу я по ветру.

Рауль хлопает меня по плечу.

— Мы обсуждаем?

«Что обсуждаем?» — думаю я про себя, не понимая.

— Кто остается охранять жезл и прочие орудия мага?

«Так маги тоже разоружаются?»

С каменным лицом Кристина Бланко передает свой жезл Раулю; снимает куртку, избавляется от швейцарского армейского ножа, пузырьков со снадобьями, пачки пакетиков с порошками, связки палочек, пары бархатных перчаток и такого количества браслетов, что я при всем желании не мог бы определить нужный. Но это еще не все: чародейка снимает пиджачок и обнажает плечо — ветер, едва дыша, уносит ее бабочку — татуировку… А я-то думал, что она способна напугать и поразить (не насмерть) только ханжей…

Но не стоит тянуть время! Расстаюсь со специальными часами, запасным зарядовым устройством для «магнумов», браслетами «Удар молнии», «Расщепление» и «Огненный взрыв», у меня остаются еще «Полет», «Стартовый прыжок» и «Телепортация». Так, я все еще здесь… Прощай, «джентльменский набор» инструментов — радость медвежатника… Внезапно начинаю проваливаться в чернильную тьму, зрение затуманивается… Падаю футов шесть и наконец оказываюсь на крыше отеля, освещенной огнями. Вот это да!

С трудом поднявшись на ноги, задираю вверх голову: отель окружен серебристым яйцеобразным куполом — это внутренняя оболочка защитного поля. Поблизости от меня вся команда сгрудилась вокруг Тины — чародейка царапает что-то ручкой на поверхности крыши, рядышком с прочной металлической дверью. Ого, так оружие все-таки просочилось?

— Нет, это обычная шариковая ручка, — не произнося ни слова, остужает мой пыл Джессика.

Ну что ж, при выполнении правительственного задания и такая пригодится.

— Тина рисует пентаграмму.

На первый взгляд дверь ничем не защищена, но у меня слегка дрожат колени, ноют зубы… Этому есть только одно объяснение.

— «Барьер смерти»? — Я опускаюсь на корточки рядом со всеми.

Занятая своим делом, Тина Бланко грустно кивает в ответ:

— Один из самых сложных. Разрушить могу, но мне потребуется время. — И, не тратя больше энергии на объяснения, она забормотала заклинания и принялась жестикулировать возле дверного проема.

Пока мы ждали плодов ее труда, я с дрожью вспоминал, на что способен «Барьер смерти». Несколько лет назад, когда мы сражались на Гаити с колдунами, один шаман заточил всех разом в отвратительном месте. Пока наш прежний маг Ричард Андерсон вместе с Раулем сочинял ответное заклинание, мне пришлось наблюдать, как этот барьер преодолевала белка. В тот момент, когда зверек пересек смертельную черту, жизнь покинула его, но тело продолжало двигаться по инерции: сначала исчезла шерсть… потом — кожа… мышцы… кости… внутренние органы… Наконец крошечное привидение белки издало непередаваемый звук последней боли, невообразимой агонии и испарилось…

Когда чародеям удалось наконец разрушить магический капкан, никто не осмелился спросить меня, по какой, такой причине я расстрелял колдуна пятьюдесятью семью пулями, сжег его труп, взорвал его мерзкую хижину и помочился на его машину… А именно пятьдесят семь пуль почему? Да просто реализовал весь запас…

Между тем русская чародейка завершила свои метания; схватила ладонями черную пустоту и развела руки в стороны — видно было: все это стоит ей величайшего напряжения. Казалось, ничего не изменилось, ничего не произошло… но вот воздух чудесным образом прояснился — и Тина устремилась вперед.