Чтение онлайн

Отец Донахью, как всегда, вооружился огнеметом (его любимый вид оружия) и двуствольным обрезом в кобуре. У Минди, конечно, меч за поясом; за спиной колчан со стрелами; на груди патронташ с деревянными ножами.

Сам я надел поверх одежды бронежилет, приладил на бедре автомат сорок шестого калибра, сунул за голенище короткоствольный пистолет, проверил и поцеловал штурмовую винтовку. Комбинация автомата М-79 и гранатомета М-16, она не раз позволяла мне выскользнуть из таких узких мест, где никакая смазка не помогла бы. Зарядил М-16, повесил на грудь связку гранат; не забыл и о термоснарядах. И еще у каждого из нас был нательный крест.

— Может, предупредить местных жителей? — Минди набивала сумку разными магическими аксессуарами — это для Рауля. — Пусть «скорая помощь» и пожарная охрана будут наготове.

— Не согласен, — по той же причине я не мог связаться с вами по телефону или радио. Если часть Таннера-в-Алхимике узнает об этих приготовлениях, округа будет взорвана.

Оставив Амиго стеречь фургон, мы по одному выбрались через боковую дверь и углубились в промозглую аллею. Убедившись при помощи биноклей и темных очков, что улица чиста, вышли на дорогу. Кен двумя большими пальцами рук приподнял увесистую, не меньше восьмидесяти фунтов крышку люка и отодвинул — теперь мы можем спуститься по стальной лесенке. Миновали электрокабель, водопроводные трубы; наконец вот оно, дно коллектора. Хорошо, что прихватили противогазы: вонючая жижа смешалась с субстанцией, которую лучше не называть, и все вокруг покрыто омерзительной слизью.

«Хлебными крошками» служили пятна мазута, ультрафиолетовые лучи с легкостью отличали их по неземному голубоватому блеску. Трюк с длинной-предлинной бородой: мазут водоустойчив и даже в прямых солнечных лучах не бросается в глаза; зато особенно удобно пользоваться им в ночное время. Однако в этом проклятом, выложенном кирпичом туннеле и так светло — под потолком на расстоянии нескольких метров друг от друга висели электрические лампочки.

— Перерезать проводку? — Минди уже наполовину вытащила меч из ножен.

Кен продемонстрировал кулак-кувалду.

— Раскрошить их, сэр?

— Давай я выкручу! — предложил Донахью.

Я принял последний вариант: пусть темнота в туннеле вызовет подозрения, но все же меньшие, чем вид семерых людей, вооруженных, как мы.

— Ступайте на всю ступню! — напомнил я товарищам.

Тут же раздался топот кованых сапог.

— Но как можно тише. Дистанция — один метр. Минди — впереди. Кен выкручивает лампочки. Донахью прикрывает фланги.

Настроив ультрафиолетовый луч на наибольшую интенсивность при наименьшем сечении, я стал водить им по стене на уровне груди. Потом, вспомнив, что бельгиец, который делал записи, — баскетболист, взял повыше и наконец обнаружил едва заметную стрелочку, указывающую на север, в направлении реки, а ниже нацарапано: «Сюда».

Дженнингс быстро продвигалась вперед. Я шлепал позади Сандерса, тщательно обозревая стены. Вскоре показалось новое пятнышко мазута с надписью: «Теперь скоро!» Вонь городской канализации проникала даже через противогаз, и я воспринял сей крик злодейской души с пониманием. Возле следующей лестницы обнаружил еще одну надпись; стрелка указывала вверх, рядом слова: «Ничего не понимаю, шеф».

Итак, они воспользовались люком, чтобы сбить с толку преследователей. Ведь мы только и сделали, что перешли под землей улицу. Алхимик неуклонно рос в моих глазах — ему бы служить в разведке. Следуя указателям, мы поднялись наверх, прошли немного по улице и свернули в тенистую аллею. Миновали несколько бронированных дверей, ведущих в магазины с черного хода: на каждой — массивный замок и табличка с указанием фирмы, поставившей сигнализацию. Для района, расположенного в непосредственной близости от Садл-Брука, отнюдь не лишняя предосторожность.

Сандерс легко справился с уличным фонарем — подбросил кверху нож и перерезал провод. Хранимые благословенной темнотой, мы прошествовали дальше. Маслянистые указатели уходили вверх по склону и наконец привели нас к черному ходу неказистого двухэтажного дома, — очевидно, тоже магазина, хотя и без таблички. На огромной картонной коробке сидел маленький, серый в полосочку котенок.

— Привет! — поздоровался он тихим, знакомым голосом.

Кен без лишних слов вывел из строя еще несколько фонарей. Молодец! Пусть думают, что в квартале короткое замыкание.

Я взял винтовку наперевес и произнес пароль:

— «Милосердие должно идти от души!..»

— Э… Черт, забыл отзыв! — промяукал пушистый зверек.

Джессика метнула в него луч из тазера. Оглушенный котенок скатился с коробки прямо в богатырскую ладонь Майкла Донахью; его пальцы сомкнулись вокруг хрупкой шейки… Джордж прицелился в котенка из пистолета с глушителем, а Минди Дженнингс приставила к горлышку нож.

— Мир! — пропищало животное. — Меня зовут Рауль Хорта. В четверг моя очередь кормить ящерицу. Однажды я превратил Джимми Уинслоу в лягушку, и у нас кончилась подписка на «ТВ-гайд».

— Дальше! — приказал я. — И поубедительнее, пожалуйста!

Котенок боязливо заерзал на ладони отца Донахью.

— О’кей, о’кей! Мое настоящее имя — сэр Мэрникс Шарлеман Сакс Кобург, я внебрачный сын Леопольда Третьего, законного короля Бельгии.

Мы расслабились и принялись гладить нашего рассеянного друга. Он отер пот с пушистых бровей, подпрыгнул высоко вверх, перекувырнулся и оборотился Раулем Хортой все еще в одежде панка.

— Докладывай! — распорядился я, снимая противогаз.

— Они там, внутри. — Маг взял у Минди сумку и поставил ее вверх дном себе на голову. Секунда — и перед нами прежний Рауль: свежевыбритый, чистенький, словно только что из-под душа, благоухающий ароматным шампунем, в элегантном костюме и боевых доспехах, нагруженный сумками и связками гранат, с серебряной фляжкой в руке — глотнул и убрал фляжку за пазуху. Простим аристократу-лишенцу его эксцентричность.

— Кто именно — там? — уточнила Джессика, косясь на двухэтажный дом.