Чтение онлайн

— Я тоже спать. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, папуль, — улыбаюсь ему и, подхватив рюкзак, бреду в спальню.

Приняв душ ложусь в кровать и включаю телефон. Отвечаю на сообщения Элли и замираю, округлив глаза от удивления. Зачем Фредди написал мне? Сначала не решаюсь открыть сообщение, и мой палец зависает над экраном. Но подумав, открываю.

«Привет! Хочу вернуть тебе твои вещи. Завтра будешь дома?»

«Твою мать! Какие вещи? Пару толстовок и футболок с кедами?», — вспоминаю, что могла оставить у Фредди в общежитии кампуса. Или это повод поговорить? Сердце забилось чаще от волнения. Понимаю, что хочу его видеть, хоть и больно. «Ведь любила… или люблю ещё… никак не могу понять, остались ли чувства?» — пытаюсь разобраться в себе и пишу ответ. «Привет! С 12 до 15 дома». Приходит ответ: «Ок.» Краткость характерная черта Фредди. Он никогда не отличался красноречием. Иногда, даже создавалось впечатление, что ему проще в цифрах всё рассказать. Улыбаюсь, вспоминая нас и задумываюсь, а за какие качества я вообще его полюбила? Чем он меня привлёк? Помню, что он был всегда задумчив, в своём мире, не похожим на всех парней: не бегал за всеми подряд юбками, всегда о девушках говорил уважительно, воспитанный, начитанный, добрый. Наверное, этим привлёк. Ну потом, закрутилось, прикипела к нему. А была ли страсть в сексе? Очень часто он был чересчур осторожен, словно боялся сделать что-то не так и мне приходилось брать инициативу в свои руки. Вспоминаю наш секс с Фредди и неожиданно перескакиваю на Логана, начиная их сравнивать. Вспоминаю поцелуи Харпера, его руки, и дрожь пробегает по телу, оседая теплом внизу живота. Щёки начинают гореть, а дыхание учащается. Чёрт!

Логан сегодня был такой очаровательный. Я просто была поражена, как он обращается с сестрёнкой. Он был искренний, без напускной крутизны мачо, настоящий. Мне так было хорошо в кругу их семьи, и парень вызвал во мне нежные чувства, именно поэтому при прощании у меня неожиданно возникло желание его поцеловать. Это был порыв, а не наигранные ласки на публику. Порыв, которого я испугалась и быстро заставила себя остановиться. «Мне ни в коем случае нельзя позволять потерять контроль над собой. Логан всего лишь играет, он несерьёзен. Если я позволю ему и себе лишнего, то точно потом пожалею. Пройдётся по мне, как бульдозер и не заметит, оставив ещё один шрам на сердце. Нет. Нельзя быть настолько наивной, Мелл. Это всё игра», — успокаиваю я себя.

Неожиданно раздаётся сигнал сообщения.

Логан: ещё не спишь?

Я: уже в кровати.

Логан: а ты в чём обычно спишь? (гиф: с закусанной губой)

«Что за на хрен?!» — возмущаюсь, но решаю его подразнить и отправляю подмигивающий смайлик. Задумываюсь: «Зачем я это делаю?» Но меня охватывает какое-то новое возбуждающее ощущение. Со мной ещё такого не было.

Логан: В белье? Кружевном или трикотажном?

«Логан, что ты творишь? Что с тобой?» — обалдеваю я от его наглости.

Я: ты слишком любопытен.

Логан: мне же нужно предоставить факты.

Он что всегда хвастается перед парнями пикантными фото девушек, с которыми спит?

Я: обойдёшься.

Логан: (смайлик) спокойной ночи, малышка.

Подыгрываю ему: спокойной ночи, "котик". (Поцелуй)

Выключаю телефон немного в шоке от произошедшего. «Что это на него нашло? Неужели он думает обо мне перед сном?» — возникает мысль о том, что, может, он решил мной воспользоваться не только для нашей совместной выгоды и включил «режим Казановы» для соблазнения? «Обломись, Харпер», — улыбаюсь и закрываю глаза.

Засыпая, в полудрёме, в моих мыслях возникает образ Логана. Сначала его весёлое лицо с искрящимися карими глазами, с широкой лучезарной улыбкой и складочками на щеках, когда он смеётся. Ворочаясь с бока на бок, не замечаю, как его толстовка оказывается в моих руках. Вот он замирает перед поцелуем, слегка приподняв уголки чувственных губ, а глаза горят, но уже по-другому, переливаясь всеми оттенками, от цвета крепкого чая до орехового, пушистые ресницы чуть опускаются. Его волнистая чёлка игриво падает на лоб. Мне так нравится, как завиваются его каштановые волосы: «Зачем он их выпрямляет? Ведь это так очаровательно». Мне ужасно хочется запустить в неё свои пальцы. Думая об этом, я трепетно касаюсь подушечками пальцев его маленьких родинок на скуле, а он приближается к моим губам и нежно касается их, медленно, ласково обхватывая мои губы и слегка трогая их тёплым языком. Томление растекается по телу, трепетным узлом стягивая всё внутри. Я отчётливо ощущаю его запах: дерзкий апельсин с тёплыми оттенками пряностей, мёда и еле уловимым шлейфом мяты. Такой уютный и манящий аромат, что хочется прижаться к нему и утонуть в его руках и поцелуях. И вот наш поцелуй уже не трепетный, а глубокий и страстный. Мы словно растворяемся друг в друге…

***

— Солнышко, просыпайся, — моргая, приоткрываю глаза и вижу папу, который будит меня, покачивая за плечо. — Мелл, ты просила тебя разбудить, чтобы позаниматься, — улыбается он и садиться на край кровати.

— Да, пап. Спасибо, — сонным голосом говорю я и поворачиваюсь на спину, потирая глаза.

— Эта вещь явно не из женского гардероба, — улыбается он, вытягивая за рукав из-под моего бока чёрную толстовку.

Я в удивлении распахиваю глаза. «Чёрт! Как она оказалась в моей постели?» — удивляюсь я.

— Логан забыл, когда занимались, а я кинула на кровать и не заметила, — пытаюсь оправдаться.

— Просто друг? — снова улыбается папа.

— Пап, — усмехаюсь я, прикрывая лицо ладонями. — Правда друг. Между нами, ничего не было и нет.

Убираю ладони и смотрю на папу, а он тепло смотрит на меня с улыбкой.

— Мелл, ты взрослая девушка. Даже если что-то и есть, то это твоё личное дело. Главное, не забывай о…

— Безопасности, — продолжаю я его слова смеясь и добавляю. — Я помню, пап.

— Умница.

Папа пальцем касается моего носа и встаёт с кровати. Он уже одет в тёмные джинсы, белую футболку и клубный пиджак тёмно-голубого цвета.

— Уезжаешь к Джоанне? — спрашиваю я.

— Да.

— Понятно. Ночью тебя не ждать. Надеюсь, Джоанна даст тебе хотя бы поспать перед работой, — улыбаюсь я.

— Мелисса Ламберт, — с напускной строгостью говорит он, — интимная жизнь отца должна быть не настолько открыта для детей.

— Сам сказал, что я уже взрослая, — улыбаюсь я.

— Люблю тебя, — он наклоняется и целует меня в лоб. — Пока.

— Пока.

Папа уходит, закрыв дверь, а я продолжаю улыбаться. «Как же я его люблю. Джоанне несказанно повезло, что с ней такой мужчина, как Дэвид Ламберт. Если он дарит ей хоть часть такой же заботы и любви, как отцовская, но со страстью и любовью как к женщине… Мать твою! Да она тогда самая счастливая на свете!»

Улыбаюсь как идиотка и непроизвольно снова прижимаю к лицу толстовку Логана, вдыхая его запах. «Чёрт! Что я делаю?» — отбрасываю её в сторону, встаю с кровати, потягиваюсь и иду в ванную.

***

Полдня корплю над учебниками и чертежами. Отвлекаюсь только на обед, когда мне звонит Элли.

— Что значит он приедет? — возмущается подруга.

— Сказал, хочет завезти мои вещи, — говорю я, прожёвывая лазанью.

— Так. Ты только там не раскисай. Не поддавайся ностальгии и ни в коем случае не давай волю чувствам, — настраивает она меня.

— Элли, о чём ты? Я скорее долбану его чем-нибудь, увидев его бесстыжее лицо, — смеюсь я.

— Драться не надо, — смеётся она, — ты же воспитанная девушка.