Чтение онлайн

Спустя несколько минут два умных зонда биологической разведки, замаскированных под шершней-аборигенов, выгнали из подземного убежища целый выводок змейского вида чешуйчатых бескрылых птиц с длинными клювами-пиками. Подобно пастушьим собакам разведзонды подгоняли стаю сердитым жужжащим рыком, а замешкавшихся больно жалили электрическими разрядами.

На ловца и птица летит, и зверь бежит. Всем, но только не размерами и расцветкой, напоминающий земную лисицу хищник от изобилия пищи не растерялся, вцепился в змеиную шею ближайшего цыпленка-ящера, и, мелькнув пышным зелено-бурым хвостом, юркнул с добычей в переплетение лиан.

Послав фауну подальше, Хампер провел экспресс-анализ каменной кладки, из чего с огорчением обнаружил, что ее возраст никак не меньше 1200 лет. Он все же рассчитывал встретить на Экспарадизе каких-нибудь гуманоидных туземцев-автохтонов в живом весе, а не могильные плиты неудачливых аллохтонов-переселенцев из других миров. Хотя, быть может, где-то на планете еще найдутся задержавшиеся в развитии человекообразные местные сопри, доселе занимающиеся ручной обработкой каменных блоков, скрепленных примитивно-натуральным известковым раствором.

В те годы магистр палеографии Хампер принадлежал к сторонникам полигенезиса человеческой расы и полагал возможным обнаружение доказательств длительности процесса возникновения антропологического разума, волнообразно прокатившегося по гиперпространству Вселенной более 50 экуменических миллениумов тому назад. А в том секторе пространства времени, где будут открыты наиболее давние следы деятельности гоминидов, следует искать изначальную Землю или иную древнейшую цивилизацию. Именно разнесенным по времени происхождением разума, Даг Хампер, как и многие его современники, тогда объяснял издревле наблюдавшуюся существенную разницу в человеческом развитии между отдельными планетными системами в доступной Ойкумене.

Продолжив исследование древнего подземного сооружения, состоявшего из трех помещений площадью примерно по 400 квадратных метров каждое, Даг Хампер удовлетворенно хмыкнул, когда обнаружил (есть, хо-хо, пополнение в коллекцию!) многочисленные осколки керамических сосудов все того же тысячелетнего возраста, два бронзовых равносторонних треугольника, вероятно, служивших древним аборигенам денежными единицами и закрытый тщательно пригнанным полуметровой толщины каменным блоком с поверхностной имитацией кладки какой-то проход в помещение значительно меньших размеров.

Вибросейсмический анализ также показал: древние противовесы, возможно, еще действуют, примитивные механические ловушки отсутствуют. Тогда как распознать наивные хитрости стародавних умельцев, упрятавших в стене два утапливающихся внутрь камня, Хамперу не составило труда. Он даже помог старинному механизму пошустрее двигаться, проникающими гравибуром аккуратно удалив тысячелетнюю окаменевшую органику, затруднявшую вращение скрипучих базальтовых роликов.

Уподобляться колониальным археологам, доказывающим неимоверную древность цивилизации собственной родимой планеты, Даг Хампер не собирался, так же как и трястись над каждым примитивным глиняным черепком. Поэтому он без колебаний шагнул в открывшийся проход. Хампер, как положено, взял пробу застоявшегося воздуха, но в общем-то ему было безразлично: входит ли он в древнюю гробницу, или тайное хранилище пергаментов-манускриптов. Полтора тысячелетия какой-то дикой планетки были для палеографа Хампера сущим пустяком, слишком незначительным периодом времени в сравнении с общечеловеческим возрастом доступной Ойкумены, чтобы испытывать какие-либо чувства первооткрывателя забытого и неизвестного современникам.

… Эка невидаль, вымершие туземцы что-то спрятали, а мы найдем. Подать его сюда для исследования!..

В квадратном помещении пять на пять метров Хампер обнаружил полдюжины больших керамических сосудов с узким горлышками, запечатанными древесной смолой. Как он сразу предположил, некогда служивших для хранения зерна, что немедленно подтвердилось при вскрытии первого же из них. Не новость, но, возможно, генотип местных культур риса имеет какую-либо гастроматическую ценность.

Зато испарившееся сотни лет назад содержимое небольшого запечатанного кувшина, стоявшего в углу зернохранилища, порадовало Хампера значительно больше, нежели он обнаружил бы внутри сосуда клад с золотыми монетами-треугольниками. В заветном кувшине когда-то вызревало виноградное вино, и его окаменевшие остатки были со всем тщанием проанализированы, восприняты и протокольно зафиксированы Хампером.

Приятная находка несомненно означала — какому-то лейтенанту Хамперу повезло первому обнаружить на дикой планете эндемичную культуру виноградной лозы, и он может рассчитывать не на одни лишь символические лавры первооткрывателя экзотического продукта. Разумеется, все патентные права на коммерческое использование колониальных эндемиков принадлежали корпусу рейнджеров и будущим владельцам планетарных угодий, но первооткрывателю полагались не слишком большие, но иногда и не такие уж маленькие приоритетные призовые отчисления в размере до полупроцента от прибыли тех, кто займется промышленным производством и дистрибуцией нового экзотического товара. Хотя, как получится и выйдет ли из находки чего-нибудь съедобное, еще неизвестно, но вино есть вино; его ингредиенты на радость потребителям и производителям довольно часто становятся уникальным коммерческим продуктом, пользующимся спросом в цивилизованных суперлативных мирах. В отличие от диких культур риса и пшеницы, обнаруженных беспилотником экзобиологической разведки, едва ли способных стать чем-то выдающимся среди бесчисленных аналогов зернового сырья, применяемого в производстве и синтезе продуктов питания.

Возможно, в древнем продовольственном складе когда-то хранились иные предметы, представлявшие огромную ценность для примитивных народностей, во времена оны населявших Экспарадиз. Но Дага Хампера отсутствие в тайнике золотых или серебряных архаичных побрякушек ничуть не огорчило, если удача в тот день ему радостно улыбнулась, и в смолистых остатках деревянного шкафчика он отыскал как рассыпающиеся в ржавый прах фрагменты железной фурнитуры, так и настоящую курительную трубку, изготовленную, предположительно, из морского пенкового камня, а также хорошо импрегнированного углеводородами деревянного мундштука с серебряной инкрустацией.

Дорогой археологический объект Хампер немедленно упаковал в силовую вакуумную оболочку и поместил в антигравитационный кокон. Затем он принялся тщательно и скрупулезно просеивать мусор в поисках пригодных для генетического анализа образцов того, чем набивали трубку аборигены Экспарадиза. Его старания увенчались успехом, и высохшие до кремневой твердости крошки местного табака он все же отыскал. Осталось реконструировать фенотип растения и выявить одичавшую сельскохозяйственную культуру на каком-либо из материков планеты, что было делом техники и беспилотников экзобиологической разведки, если приоритет уже принадлежит человеку.

Технически, сейчас ему не до курения на планете, где разгуливает психотропный провирус, но, вернувшись к цивилизации, хотя бы на фрегате, а там довольно неплохой кухонный процессор, надо будет попробовать синтезировать местный табачок, дал себе торжественное обещание Даг Хампер. Или отложить гастроматическое удовольствие до конца миссии, чтобы уже в цивилизации профессионально и суперлативно подготовить дегустацию нового колониального зелья.

… Чертов вирус, ни поесть, ни покурить на свежем воздухе! Ладно-ладно, двигаем дальше. Братики с сестричками заждались поди отца-командира на большой маршрутной петле.